Чердак Внутренних Личностей

ЧВЛ 10. КЛУБКИ И ОЗНОБЫ

- У меня в душе озноб от непросыхающих морозных сквозняков, - поежилась Ринуччо, адресуя слова подернутому легким паром окну. Как обычно, впрочем.

Леди Кэтрин сосредоточенно надзирала за тем, как Хроник Кей варит похлебку. Рассеянность была его вторым я, поэтому присматривать приходилось. Ответственность есть ответственность. От кипящей молочно-чечевичной похлебки на чердаке сделалось влажно-уютно, и запахи спокойствия заползали в ноздри даже против вашего желания.

- Потому что сидишь у окна, - отрезала леди Кэтрин. - Кей, у тебя с ложки капает на пол! - тут же дала она поправку Хронику.

Он задумался, и ложка незаметно сместилась с верха котелка в пространство комнаты.

Герцогиня де Пти неслышно хихикала. Никто об этом не знал. Все думали, она просто улыбается очередному повороту сюжета в романе.

Девчонка Катель рисовала. Радуги и пони на зеленой траве. Ей совершенно не было морозно.

- Ничего вы не понимаете, - обиделась Ринуччо и ее палец, рисующий на запотевшем окне иероглифы, задрожал. Линия исказилась.

- Я даже не знаю, печалюсь ли я, - пробормотал Хроник Кей, пытаясь сконцентрироваться на ложке. - Наверное, не умею.

Девчонка Катель подняла голову. Тряхнула косичками, утерла нос - иногда она страдала от насморка - и неожиданно обратилась к герцогине:

- А ты, де Пти? Ты ведь печалишься? Хоть иногда?

Герцогиня де Пти повела плечом. Сегодня на чердаке готовится особый обед, а потому тепло. А потому плед не нужен, и плечи снова могут быть свободны. Это удобно и опьяняет обманчивым чувством свободы. Но разве иногда не стоит себя обманывать?..

- Никогда, - с коротким смешком ответила герцогиня. И опустила глаза обратно в книгу, но больше не видела строчек. Девчонка Катель вторглась в ее личное пространство без приглашения. Впрочем, тоже как всегда.

- Неправда, - возразила Девчонка Катель энергично, брызгая косичками из стороны в сторону. - Неправда. В тебе очень много клубков печали. Может, даже больше, чем в Ринуччо.

- Эй! - воскликнула Ринуччо обиженно и прекратила рисовать на окне.

- Не забывай помешивать, - напряженно вставила Леди Кэтрин, с отчаянием отмечая, что Хроник снова задумался.

Хроник Кей вздрогнул и забулькал ложкой в котелке, часть похлебки с шипением вылилась в камин.

- Просто пока они лежат в тебе... - задумчиво продолжала Девчонка Катель, сверля взглядом потолок и грызя кончик карандаша, - они тебе не страшны. Ты их чувствуешь, трешься о их бока, немножко тесно, но вроде как не больно. Ты улыбаешься, читаешь книги, подшучиваешь над нами и кажешься непобедимой.

- И что же потом? - с наигранным интересом уточнила герцогиня де Пти, закладывая страницу пальцем. На самом деле, внутри эти самые клубки зашевелились, услышав свои имена, и сделалось душно в собственном теле. И то, что интерес наигранный, она тоже притворилась. Она делала вид, что играет. "Вся жизнь - театр", - сказал кто-то когда-то. И через века кто-то добавил: "А у тебя нет денег на билет".

- А потом эти клубки жалят, - вернулась к рисованию Девчонка Катель и пририсовала розовому пони еще одну лилию в гриве. - Ты делаешься чужой, хотя и дальше читаешь и шутишь. Но Я-ТО знаю.

- По-другому от них невозможно избавиться, - вырвалось у герцогини де Пти. - Клубки разматываются только после того, как жалят.

Девчонка Катель пожала плечами. Вопрос потерял для нее интерес. А вот Хроник Кей все думал. Что бы это значило. И что из всего этого может получиться.

- Подгорает! - воскликнула Леди Кэтрин. - Не слышишь разве?..

Сегодня Леди Кэтрин тоже была немного не в себе. Никто ее никогда не слушает.

Герцогиня де Пти накинула на плечи плед. Что-то ее начинало знобить.

Ринуччо скользнула пальцем по запотевшему окну и поежилась. Из щелей действительно дует.

- Дай мне, - безрадостно подошла она к Хронику и забрала из его рук ложку с прилипшей к ней почерневшей чечевицей...