Чердак Внутренних Личностей

КЧ 8. Город-Что-Пах-Шоколадом

Полтора года назад Ветер Перемен привел нас с Эйр Шато-Гренуи в Город-Что-Пах-Шоколадом. Эйр считала, это весьма и весьма к счастью: гораздо приятнее жить в Городе-Что-Пахнет-Шоколадом, а не бензином или плавящимся асфальтом. Хотя, при необходимости здесь хватало и одного, и другого. 

Нет, вру: асфальтом в этом мире не пахнет. Хотя Эйр умеет с успехом перемещаться между тем и другим. В нормальном мире двадцать первого века она - странный Интроверт в Разноцветных Ботинках, в мире башен, где все мы обретаем жизни - Эйр Шато-Гренуи, неисправимая бродяга, водящая необъяснимое приятельство с ее величеством Жизнью.

У Эйр, вообще, едва ли не все и всегда к счастью.  Жизни редко удается ее по-настоящему обидеть. А все потому, что Эйр слишком серьезно к ней не относится. Да почти ни к чему она серьезно не относится.

А как можно обидеть того, кто не относится к вам серьезно?.. О том, что иногда по ночам Эйр рыдает в подушку, Жизнь узнать не успевает, потому что утром Эйр уже как огурчик, а я мирно засыпаю в дорожной сумке.

Итак, этот Город пах шоколадом. Дразняще, самозабвенно, причем в моменты, когда ему самому заблагорассудится, и только. 

Эйр души не чаяла в его своеволии. Потому что сама такая. 

Ее принес Ветер Перемен. Ах, простите. Я это уже упоминал. Жаловаться было совершенно не на что. 

Разве что на тот факт, что Ветер никогда не спрашивал, чего хочется ей. Впрочем, ветра никогда не спрашивают - они просто служат Жизни беспрекословно. И Эйр привыкла не рассчитывать на то, что все случится, как хочется. 

Но все же - все случится. 

В этом даже есть некоторое преимущество: мечту мы проживаем одну, а реальность другую. Эйр сделалась богаче почти на целую жизнь Мечт, которые так еще и не исполнились. Она свято ценит эти Несокрушимые Мечты, даже когда кажется, что они повержены в пепел и смешаны с грязью.

А еще в Городе-Что-Пах-Шоколадом, случалась невероятная зима. Стоило в снегопад протянуть ладонь в рукавице навстречу небу, и снежинки слетались на нее, как мотыльки на свет. Не повторяющиеся. Уникальные. И всегда грациозные. Исчезающие слишком быстро. 

Ветер Перемен сделал Эйр наполовину снежинкой. Она всегда была где-то из ниоткуда, и только на сегодня. Так получается, когда ты дружишь с Жизнью. Все вокруг - на миг. 

Зато такие люди могут открывать уютни. Ну, знаете, есть кофейни, есть пекарни, чайные, а это - уютня. 

Город-Что-Пахнет-Шоколадом, снежинки на рукавице и уютня. 

И Ветер Перемен несет метель из-за поворота.

Метель влетела прямо в открытую форточку уютни и расселась на столике. 

Эйр спросила у Метели: 

- Чего пожелаете? 

- Того же, чего и все, - ответила Метель, нервно щелкая замком на сумочке, полной мелких морозов. - Уюта. 

Эйр кивнула. 

- Я имела в виду - какого уюта? Комнатного с ароматом свежевыстиранного белья, трескучего каминного, такого как в сказке, как на плече у друга или как у палочки корицы в какао?

Метель растерялась. А морозы медленно расползались по уютне и пристраивались у подоконников, чтобы рисовать в углах окон фамильные вензеля.

- Я не знаю, - покачала наконец головой Метель. - Я лечу всю жизнь, и я устала лететь... Мне хочется остановиться, но тогда я не буду Метелью... - И она устало потерла совершенно белоснежные виски. - Потому просто подай мне... уют дня, какой у тебя остался.

Эйр улыбнулась. Она знала: уют - это тоже искусство. И нет ничего удивительного, что Метель не знает. Знают толк в уюте не многие, а нужен он всем.

Для того и существуют уютни.

- Уют - это не только свернуться клубочком, - успокаивающе пояснила она Метели. - Бывает еще уют ломающейся кромки льда на луже или яростно разбивающейся о прибрежную скалу волны. А вам... я дам две пригоршни искрящейся в лунном луче снежной пыли и щепотку уюта песни ветра в каминной трубе. Подойдет?

Метель взвилась со стола снежинками с любопытством.

- А это сработает?

Эйр кивнула уверенно.

- А главное, когда будете лететь над Городом, вдыхайте глубоко и внимательно. Возможно, он подарит вам запах шоколада. И тогда вы будете уже совершенно надолго счастливы.

Метель обрадованно позвала морозы обратно в сумочку. Они послушно стянулись к ней и забрались в сумочку, потешно подергивая носами.

- Это моя плата, - указала Метель на разукрашенные узорами окна. - Достаточно?

- Более чем, - кивнула Эйр, подпирая голову руками и глядя, как в слабом луче молодой луны Метель выскальзывает в форточку, осыпаясь снежной искрящейся пылью и забывает на столе крупную снежинку. Теперь она летит над Городом совершенно счастливая. Очевидно. В каминной трубе поет ветер, и можно почти разобрать его слова:

- Не забудь. Скоро снова придет твой Ветер Перемен.

И в двери уютни войдет кто-то совершенно неожиданный.

...

Пока дорога вьется впереди, ни одна история не окончена.