Через тернии к звездам

Глава 7

49 г. до н. э. Италия

Совещание проходило в штабной палатке Гая Требония, где уже находился Децим Юний Брут Альбин[1].

– Приветствую, легаты! – произнес вошедший Марк Флавий. – Какие новости? Пройдя всю Трансальпийскую Галлию, я слышал только о том, что Цезарь собирает войска, но его самого, как вижу, здесь нет.

– Мы рассчитывали погрузиться на корабли и отплыть в Италию, – взял слово Гай Требоний, – но этот мошенник Агенобарб склонил город на сторону Помпея, забыв милость Цезаря[2]. Сам консул бежал в Испанию, прихватив с собой казну, а Цезарь забрал оставшееся. Трибун[3] Луций Цецилий Метелл пытался помешать ему, но Цезарь пригрозил убить его. Прибыв в Массилию, проконсул не стал задерживаться здесь и отправился вслед за Помпеем. Мне поручено руководить осадой города на суше, Юний Брут блокирует порт со стороны моря. У нас достаточно солдат для победы.

– Ты настолько уверен в себе? – спросил Сцевола.

– Я уверен в Цезаре! – ответил Требоний. – Наша задача – обеспечить надежный тыл и не допустить отправки кораблей из Массилии. Тебе следует отбыть в Рим. Сенат в смятении, нужно склонить его на сторону проконсула, боюсь, что усилий Марка Антония[4] будет недостаточно. Твое красноречие при поддержке войск должно повлиять на колеблющихся.

– Действовать словом и мечом – вот что я должен делать? Ввести войска в Рим и угрожать городу? Вам не кажется, что история Суллы и Мария[5] повторяется снова? – уставший Марк Флавий с трудом сдерживал эмоции.

– Война с варварами и война с римлянами – не одно и то же, – поддержал его Децим Юний. – Но мы сделали свой выбор и пойдем за Цезарем до конца, а вот твои речи попахивают изменой.

– А твои – оскорблением! – парировал Марк Флавий. – Я был бы сейчас в Испании, а не здесь, если бы поддержал Помпея. Так как в моем присутствии нет необходимости, то дай мне корабли, и я завтра же уплыву в Рим.

– Нам следует держаться вместе, но будь осторожен в словах, как бы они не сыграли против тебя. Что касается кораблей, то ты получишь их, но найдешь ли ты капитанов, судоводителей, знающих эти воды? Я уже не говорю о гребцах. Массилийцы явно не станут нам помогать.

– Оставь эти заботы мне, – ответил Марк Дециму Юнию.

***

Сказать было проще, чем осуществить на практике, но легат Марк Флавий не привык отступать. Собрав своих центурионов, он приказал им выяснить, есть ли в составе войск люди, знакомые с морским делом. Было решено использовать парусные транспортные корабли, для которых не требовались гребцы.

Каково же было разочарование Марка, когда ему доложили о наличии всего нескольких десятков бывших моряков, плававших на торговых судах. Все они были из числа ветеранов. Не склонный к авантюрам, Сцевола все же был вынужден довериться опыту этих людей. Так как грузоподъемность круглых кораблей[6] составляла не более ста тридцати человек, а, исходя из числа моряков, он мог снарядить не более трех судов, Марк принял решение отправить основную часть войска сушей через Форум Юлии, Луну и Популониум. В последнем городе легион должен был дожидаться приказа легата, который к тому времени намеревался достичь Рима.

Погрузка на корабли заняла почти неделю, так как они находились в стороне от города, в Галльском заливе[7]. На лодках были перевезены запасы продовольствия, пресной воды и, наконец, люди, всего чуть менее четырехсот человек. Это были преимущественно ветераны, как наиболее боеспособные и опытные воины, а также их дети.

***

Благодаря попутному ветру меньше чем за неделю корабли Марка Флавия пересекли Лигурийское море, сделав остановку в Алерии на Корнусе[8]. Наконец, они пришвартовались в порту Популония. Оставив несколько человек для присмотра за судами, легат в сопровождении своих людей сошел на берег. В порту были наняты лошади и телеги для перевозки нескольких заболевших в пути человек. Оружие, за исключением кинжалов и дротиков, было решено оставить на корабле, чтобы не вызывать лишних вопросов, хотя само присутствие такого числа легионеров не осталось незамеченным. Сцевола коротко переговорил с магистратами, объяснив цель визита и заручившись их поддержкой. Многие из них знали род Капис[9], к которому принадлежала мать его, а потому охотно поверили мирным намерениям легата.

***

Древний этрусский город, расположившийся на холме, прямо на берегу моря, встретил прибывших теплой солнечной погодой. Марк со спутниками быстро добрался до поместья. С этим местом были связаны его самые светлые детские и самые горькие воспоминания: здесь нашла последнее пристанище его мать Луция Капия. Возможно, по этой причине Тит Флавий Север ни разу после трагической гибели жены не привозил сюда сыновей.

Поместье находилось в плачевном состоянии. На стенах, увитые плющом и диким виноградом, змеились трещины. Створки ворот были открыты. Дорожек, мощеных камнем, практически не было видно из-за травы. Прекрасный фруктовый сад пришел в запустение. Только каменный прямоугольный дом с немым укором черных провалов окон взирал на прибывших.

Марк сжимал от злости кулаки, недоумевая, как можно было довести виллу (по привычке он использовал римское название загородного дома) до такого состояния. В отличие от него Уна, уставшая от морского путешествия, словно обрела второе дыхание. С любопытством разглядывала дом, так непохожий на те, что строили в Галлии, и заросший сад. Она бегала вдоль дорожек и хлопала в ладоши от переполнявших ее новых впечатлений. Радостные крики девочки огласили округу и разбудили последнего обитателя этого места. Он показался несколько минут спустя в дверном проеме. Седой старик неспешно шел навстречу Флавию. Прищурившись, он почти минуту рассматривал странный отряд, а затем низко поклонился со словами:

– Боги явили мне свою милость: молодой господин вернулся.

___________

[1] Гай Требоний (? – 43 г. до н. э.) и Децим Юний Брут Альбин (85 – 43 гг. до н. э.) – военачальники и политические деятели, легаты Цезаря в Галлии.