Через тернии к звездам

Глава 15 "Возвращение к былой жизни"

На следующий день ко мне, как лавина, начали приходить гости: то родные, то друзья и даже просто мои знакомые. Но первым, кто ко мне пришел, была Маша. Я ничего особого тогда не делал, просто читал некую книжку, которая привлекла мое внимание, а именно «Потерянное счастье» Сергея Радонежского. За чтением этой книги я услышал, как к нам в палату зашла одна из мед сестер.

– А где я могу обратиться к Матохину Сергею?

– Это я, – сказал я, подняв руку.

– К вам пришла какая-то девушка. Утверждает, что ваша подружка.

– Хорошо, я вас понял. После этого медсестра ушла, а я же направил свой взгляд на парней, а те, в свою очередь, ехидно смотрели на меня.

– Чего так смотрите?

– У тебя, оказывается, есть подружка?

– Ну да, и что с того?

– Ну ты нам не рассказывал ни о какой подружке.

– Ну я же не все обязан был вам рассказать.

– А какие у тебя отношения с этой подружкой?

– Дружественные и только.

– Дружбы между мужчиной и женщиной не бывает.

– Что за глупые стереотипы, – вдруг возмутился я.

– Да ладно, ладно, Серый, не кипятись.

Пока мы спорили, этого было достаточно, чтобы эта подружка дошла до моей палаты. Я тогда с помощью своих соседей по палате встал и сел на инвалидное кресло. Когда я преодолел порог своей палаты и только повернулся, на меня кто-то набросился с объятиями. Какой-то человек обнял мою шею, сел на колени и заплакал, и только тогда я понял, что это была Маша.

– Я чуть не погибла, – сказала она сквозь слёзы, – когда узнала, что ты попал в больницу, а тем более в кому.

– Не только ты так сильно переживала за меня.

– Когда я обрела свое личное счастье, то оно оказалось обманчивым, и из-за моей слепоты я не вовремя обратила внимание на это, из-за чего и потом пострадала. И вот опять я обрела свое счастье и чуть не потеряла его. Вот по чему я переживала за тебя, наверное, наравне с твоими родителями.

– Я тебя понял. Я превыше всего ценю вашу заботу обо мне, но надо было хотя бы раз о хорошем подумать, – после этого я понял, что слёзы у Маши не прекращаются, и потому я оттолкнул её, и наши взгляды соприкоснулись.

Я держал её за щёки. И когда потекла очередная слеза, то я подловил и стёр ее большим пальцем левой руки.

– Ну все, успокойся, всё хорошо. Я же живой и здоровый, так что незачем теперь слёзки свои лить.

– Хорошо, ради тебя я успокоюсь.

– Ты мне вот что скажи, мои друзья тоже обеспокоены моим состоянием?

– Ну что еще за глупые вопросы, – вдруг оживилась Маша, – конечно же, они точно так же обеспокоены твоим состоянием, как и я.

– Понятно, а я вот недавно информацию узнал, что в тот же день, когда я упал в обморок, сознание потеряла и Настя.

– Настя? Стоп, подожди, если я правильно всё поняла, то ты сейчас мне сказал, что Настя упала в обморок в тот же день, что и ты?

– Да, ты всё правильно поняла.

– Та дура, что до сих пор тебя не может забыть, что ли? Давно уже пора, ведь столько времени уже прошло.

– Не стоит быть к ней столь категоричной, да и вообще никому не ведомо, что в ее голове происходит.

– Кстати, когда ты перестанешь ее защищать?

– Даже не знаю, – сказал я, посмотрев в сторону, а потом опять возвратил свой взгляд на Машу. – Просто дело в том, что я считаю, что все-таки не стоит осуждать и принижать человека за один лишь поступок.

– Ну я в какой-то степени с тобой соглашусь, но ведь она сама виновата, что испортила свою репутацию.

– Ну ладно. Вернемся к нашему разговору, так что говорят на этот счёт?

– Говорят, что ее сам Всевышний наказал.

– Понятно. Теперь интересно, как эта информация дошла до нашей школы?

– В 10 «А» есть такой ученик, Артемий Мидерников, и, как я знаю из того, что говорили, у него троюродный брат учится в той же школе, что Савелий и Настя.

– Вот как, оказывается, так, значит, у нас есть собственные связи в Москве, что может быть лучше, не правда ли?

– Что это значит? – вдруг задумчиво спросила Маша.

– Это значит, что благодаря этому человеку мы сможем контролировать влияние Господина Глауберга. Тебе же известно, как он сейчас живет?

– Конечно же, известно, он в нашем женском обществе иногда становится темой для разговора.

– Так вот, он сказал, что Савелия не тронет ради Насти. Но ранее я узнал от него самого, что его всё же пугает Господин Глауберг тем, что пытается вы ведать информацию, из-за чего Настя всё же упала в обморок и вообще оказалась в коме. Но также Савелий добавил, что он может уже о чем-то догадываться.

– Пусть догадывается, тебе то что, он же всё равно не сможет тебе ничего сделать.

– Ты далеко заблуждаешься, милая моя.