Чёрная королева: Огненная кровь (том первый)

Глава 7. Гроза

Подъём по почти отвесной стене был куда сложнее спуска, и когда они, наконец, выбрались, все перепачканные глиной, наверху их радостно встретил Цинта, вооружённый кинжалом и кнутом.

— Вот, Альберт, я же говорил! Я говорил тебе, что надобно спуститься, а ты! «Тебе надо — ты и лезь!»

— Цинта, заткнись, — устало отмахнулся Альберт.

— И это мне вместо «спасибо»! А я, миледи, собрал ваши вещи из сундука на дороге, думаю, вы захотите переодеться во что-то чистое, да и ехать ещё не знаю сколько. Меня Цинтой звать, а вас, миледи?

— Ну, я не то, чтобы леди, — улыбнулась она снова, — зовите меня найрэ Рита. Мой отец — купец из Фесса.

— Ты осмотрелся? — спросил Альберт, разглядывая дорогу.

— Да. Тут кто-то был до нас, я нашёл три пары следов, — Цинта развёл руками, — но сейчас никого уже нет. И скажу, что сидели они тут долго, видать, поджидали, а не просто так. Хотя, может, и не вас поджидали, найрэ Рита, костерок разложили, закусывали. Может, баловались стрелами, случайно выстрелили да не ожидали такого, вот и удрали с перепугу-то! А может, с кем перепутали.

— У вас есть враги, найрэ Рита? – снова спросил Альберт. – Ну такие, которые захотели бы отправить вас в светлые сады Миеле?

— Враги? Нет-нет, что вы! У меня нет врагов, - ответила она с горячей искренностью.

— Что же… Паршиво вышло. Но хватит болтать, надо убираться отсюда засветло, не нравится мне это всё, — Альберт мрачно посмотрел на горизонт над озером, который заволокли сизые с лиловым тучи. — А, кстати, я не спросил, и куда же вы найрэ Рита направлялись, если это не тайна, конечно, и как вас угораздило оказаться на этой дороге?

— В Фесс. Мы ехали в Фесс. Я… гостила у тёти… в Мадвере.

— Мадвера… Мадвера… Это на побережье, да? Но как вы оказались в этой дыре?

— Какой-то человек сказал кучеру, что впереди обвал, дорога закрыта и указал нам это направление.

— Почему было не подождать до завтра? Пока не разберут завал?

— Он сказал, что это надолго, может, на неделю, а мы торопились.

— И эта дорога — лучшее, что пришло в голову вашему кучеру! — Альберт покачал головой.

— А куда вы направляетесь, мэтр Гарэйл? — спросила Рита в ответ.

— Мы, найрэ, — начал Цинта, поравнявшись с Ритой, — едем в…

— …Рокну, — торопливо перебил его князь, — Цинта, не стой, как пень, как ты видишь, найрэ Риту нужно посадить на какую-нибудь лошадь, живо перевесь сумки.

— Рокна − дальний путь.

— Да уж, но ничего не поделаешь — семейные дела. Небольшое наследство, но в Фесс нам с вами по пути, — ответил Альберт, — а, кстати, кто научил вас так хорошо стрелять? Цинта, слышишь, по твоей милости она меня чуть не убила!

— А, мой кня... – Цинта вовремя прикусил язык, - мэтр Гарэйл, не убила же! Зато… ухт! Чутьё меня не подвело!

— Твоё чутьё дорого мне обходится, — хмыкнул Альберт.

— Простите меня за этот выстрел! — воскликнула Рита. — Я была так напугана, думала, что это разбойники и… Я с ужасом думаю о том, что могла убить вас!

— Так кто же научил вас так стрелять? — снова спросил Альберт глядя на девушку с прищуром.

— Ах, это… Отец. Он любил охоту, вот и меня научил.

— Охота? Странное увлечение для купца. А чем торгует ваш отец, когда не охотится?

— Шерстью и тканями.

— Шерстью, значит, хм. Вот что, найрэ Рита, — Альберт снова посмотрел на небо, потом окинул взглядом её одежду, — я бы предложил, конечно, развести костёр, переодеться и обсохнуть, но, боюсь, это бессмысленно. Нам нужно срочно убираться отсюда и найти какое-нибудь укрытие, гроза будет нешуточная. А нет ничего опаснее в горах, чем гроза. Хотя нет, пожалуй, опаснее гроз только меткие лучницы.

Он усмехнулся, подводя к ней коня, с которого Цинта снял сумки.

— Скажите, что вы меня простили? — улыбнулась Рита.

— Я, скажем так, обдумываю это, — улыбнулся ей Альберт в ответ, — давайте руку, посадим вас на лошадь.

В седло она взобралась легко, сразу было видно, что Рита опытная наездница, но Альберт всё же задержал её руку в своей дольше, чем нужно, и когда обнял за талию, помогая, то увидел, как она вспыхнула от этого прикосновения и смутилась.

И чтобы рассеять эту неловкость, спросила, кивнув на Цинту:

— А это ваш слуга?

— Не совсем, — Альберт тоже взобрался в седло, — хотя по обоюдному согласию он временами подменяет моего слугу. Я учу его делать мази, бальзамы и лечить нарывы. Но на самом деле Цинта — это живой памятник моей заносчивости и глупости.

— В каком смысле?

— Я проиграл его в карты.

— Проиграли? Но… как можно проиграть того, кто тебе не принадлежит? И потом, он же здесь. Может, выиграли? — спросила Рита удивлённо.

— Нет. Он здесь, именно потому, что я проиграл.

— Звучит как-то странно, — улыбнулась Рита, — и как это вышло?