Чёрная кровь

Глава 1. Охота

Лес застыл в мирной тишине.

Устроившись на изгибе толстой ветки, Арлен больше часа всматривался в окрестные заросли, и всё напрасно. Он давно перестал искать следы какой-нибудь живности, потому оставалось только ждать возможной добычи.

Арленом руководил не голод, а гордость. Именно из-за неё он отправился в места, в которые прежде забираться не решался. Зверьё ушло в такие чащи, куда и сейчас Арлен бы ни за что не сунулся. Ему доставались лишь одиночки, по разным причинам отбившиеся от стада. Наверное, высшие силы решили посмеяться над ним. Лес опустел.

Пальцы онемели, но Арлен не решался убрать лук со стрелой, чтобы их размять. Сколько он ни вглядывался, всё равно не заметил ни одного следа оленьего стада. Похоже, олени ещё не трогались с места. Обычно они паслись, а потом устремлялись на север, через волчьи владения. Но волчьи стаи могли добраться сюда в поиски добычи. Встреча с волками не сулила одинокому охотнику ничего хорошего.

От этой мысли прошиб озноб. Арлен отмахнулся от неё, сосредоточившись на окрестностях и на том, ради чего здесь торчал. Эта охота была не ради еды. Она являлась частью его обучения. С детства, когда Арлен потерял родителей, его взял под опеку граф Бенедикт Серкас. Именно он обучил подопечного сражениям, охоте и другим разным наукам. Нередко Арлен благодарил судьбу за то, что привела его под крыло такого замечательного человека. Оставаться на дереве было бессмысленно. Ноги одеревенели и не желали двигаться. Стиснув зубы, чтобы не застонать от боли, Арлен вначале снял и сбросил вниз охотничий лук, затем спрыгнул сам.

От приземления раздался глухой стук. Арлен скрипнул зубами. Он шумел больше, чем дозволялось охотнику. Если юноша не будет сохранять осторожность, то, скорее всего, вернётся ни с чем.

Летние дни длинные. Но Арлен был слишком упрям, чтобы возвращаться домой без добычи. Если он не успеет к вечеру, то придётся возвращаться в темноте. Арлен хорошо помнил предостережение наставника и городских охотников: в местных краях появились громадные волки, рыщущие крупными стаями. А ещё участились слухи о странных существах, - рослых, жутких, смертоносных.

Но хуже волков и монстров могут быть только чернокровцы.

Отправляясь в лес, Арлен изрядно рисковал. Двигаясь быстро и, насколько возможно, тихо, он приложил руку к животу, который недовольно бурчал от голода. Не сказать, что в доме наставника нет еды, наоборот, её было навалом. Дело в упорстве Арлена. Он с утра отправился на охоту и пообещал обязательно вернуться с добычей. Возвращаться с пустыми руками - всё равно что опозориться перед наставником.

После нескольких минут напряжённых поисков Арлен добрался до кустов ежевики. Сквозь них просматривалась полянка, где протекал ручеёк. Интуиция подсказывала, что зверьё часто приходит сюда на водопой. Оставалось надеяться, что кто-нибудь пожалует. Вспомнилось учение наставника: "Надежда - для слабых. Сильные всегда действуют".

Арлен встал поудобнее и успокоил дыхание, напрягая слух и стремясь за шелестом ветра расслышать что-нибудь ещё. Его утомлённый мозг постепенно успокаивался.

На другом краю полянки зашелестели кусты, и Арлен мгновенно приготовил лук. Некогда расслабляться. Затаив дыхание, он вглядывался в просвет между зелёными ветвями.

Шагах в тридцати от него стоял молодой олень, он спокойно щипал и жевал траву. Мяса этого оленя хватило бы на неделю, а то и больше.

У голодного юноши даже слюнки потекли. Тихо, словно ветер, шелестящий между опавших листьев, Арлен поднял лук и прицелился.

Олень не подозревал, что неподалёку притаилась смерть. Он щипал траву и медленно жевал.

Если Арлен убьёт этого оленя и принесёт домой, Бенедикт увидит, что ученик стал по-настоящему сильным и умелым воином и охотником, а значит, будет давать ему достойные задания, как охота на монстров и ловля чернокровцев.

Почему-то у него дрожали пальцы. Арлен успокоил дыхание и ещё раз тщательно прицелился.

Вдруг совсем рядом с ним блеснули золотистые глаза.

Лес замер. Ветер стих.

Арлен забыл как дышать. Чаща заслоняла волка от беспечного зверя. А хищник, не сводя глаз с оленя, приблизился к нему на пару шагов. Волк был громадным - размером с лошадь. Во рту Арлена пересохло. О таких волках и предупреждали охотники.

Арлен впервые видел такого большого волка. Удивительно, но олень по-прежнему не слышал и не чуял его. Хоть страх сковывал тело, участь быть съеденным волновала Арлена меньше всего. Любой другой человек сейчас бы со всех ног улепётывал отсюда.

Однако Арлен считал, что убив зверя, пока он не видит, принесёт пользу миру и самому себе. Вдруг волк захочет полакомиться не олениной? Арлен допускал такую возможность. Ему не составило бы труда пустить стрелу волку между глаз.

Стоило Арлену об этом подумать, как в тот же момент волк поднял голову и, кажется, посмотрел прямо на охотника. Жёлтые, почти золотые глаза уставились на него. Что-то в них показалось... странным. Арлен мог поклясться чем угодно, что эти глаза выражали смесь эмоций: любопытство, раздражение, насмешка. Так не хищник смотрит на добычу, а человек, который нашёл себе развлечение. Обычный волк не может смотреть так осмысленно. Такие глаза принадлежат человеку, нежели зверю.

От таких мыслей у Арлена по спине пробежал озноб. Он постарался прогнать чушь из головы.

Волков с человеческими глазами не существует!

"Он - всего-навсего зверь", - убеждал Арлен себя.

Он быстро достал стрелу и, стараясь не обнаружить себя, вложил в лук. Если метко прицелиться, длинная, тяжёлая стрела серьёзно ранит волка или даже убьёт.

Арлен задумался. Если он убьёт волка, то одновременно спугнёт оленя и тот убежит. А если убьёт оленя, волк либо вцепится юноше в горло, либо поспешит к туше оленя. Тогда пропадёт добыча.

Крепче сжав лук в руке, Арлен натянул тетиву. Он довольно метко стрелял, но только не в волков. Юноша привык считать себя везучим: возможно, сама судьба благоволила ему на охоте. Так думалось раньше. Но сейчас... Арлен не знал, куда целить и насколько быстры волки. Здесь промах недопустим.