Чёрная Метка

4 глава

Глава 4 — Уборка уровня бог

Дверь снова зазвонила.

Все замерли. Рома навёл на дверь кувшин с соком, как будто он — граната. Пиксель держал в руке разряженный паяльник. Кристина — скалку, как в плохом ситкоме. Маркус — дрожал от адреналина и потной жажды выжить.

— Если это снова курьер — я съем его дробовик, — прошептал он.

— Откройте, я вас рожала! — пронёсся голос с другой стороны двери.
Голос — как выстрел по детству. Громкий. Стальной.
И… почему-то пахло ватными палочками и приправой «универсальная».

— Мам?..

Дверь распахнулась. В проёме стояла она — высокая, в идеально отглаженном халате с надписью «НЯНЯ ДЛЯ АПОКАЛИПСИСА». Волосы стянуты в пучок. На поясе — фартук, из которого торчали ключи, USB, кастет и... термометр?

— Да, это я, — сказала она, проходя мимо обугленного курьера, как будто он был пылью на ковре.
— И уберите это тело с пола. У вас что, приёмный пункт для психов?

— Мама, ты чего тут? — Маркус стоял, будто его застукали за просмотром мультиков в 27.

Она повернулась, стянула резиновые перчатки, как будто готовилась оперировать само зло.

— Потому что ты — идиот, Марк.
И потому что я там работала.

— Где?.. — Рома отступил за диван.

— Внутри. На нижнем уровне. Под офисом YouTube. Там, где не редактируют, а отбирают души.

— О, звучит уютно, — Кристина закатила глаза.

— Это место не для людей. Его построил псих, который считал, что эмоции — это вирус.
Он хотел сеть, где останется только то, что переживает человека, а не показывает. Только искренность. Только “ядро”.
Он верил, что, если очистить интернет от фальши, он станет… живым.

Мать достала из сумки огромную флешку — черную, как нефть.

— Это архив. Я всё скопировала, пока увольнялась. Он не знал, что я умею ломать камеры ложкой.

— Ты няня... и хакер? — спросил Пиксель осторожно.

— Я — женщина, которая работала в доме, где не было Wi-Fi, но был ребёнок с планшетом.
Я умею всё.

Маркус присел, взял флешку.

— Это… поможет?

— Это покажет, как отключить ядро.
Создатель встроил в YouTube систему самоочистки — как белые кровяные клетки.
Те, кто нарушает “идеал искренности” — исчезают.
Если метка видна — ты помечен системой. Тебя скоро сотрут.

— А как её отключить?

Мама Марка достала кастрюлю, надела перчатки, села за комп и сказала:

— Готовьтесь. Вам надо будет пробраться в серверное нутро YouTube. А оно охраняется не людьми.
Оно охраняется… воспоминаниями.

Маркус встал.
— То есть мы идём в офис?

— Нет, — ответила она. — Вы идёте в прошлое интернета.

Вот продолжение. Глава, в которой герои доходят до ядра, и начинается то, что не остановить кулаками. Психологическое, сильное, тёплое и страшное. Без пафоса. Человечно. С живыми, сломанными людьми.

Глава 4 — Ниже алгоритма (продолжение)

Лифт ехал слишком медленно.

Маркус смотрел в зеркало, и впервые — не шутил.
Он впервые видел себя. Не через камеру. Не в отражении. А настоящего.
И ему стало страшно.

Рядом стояла его мать. Няня. Она больше не злилась. Только тише-тише гладила его по плечу, словно знала — он почти сломался.

— Ты ведь всё это не для подписок начал, да? — спросила она.
— Я…
Он не знал. Правда.

Рома опёрся на стену. Молчал.
Кристина вытащила флешку с видео, что спасло им жизни. Уронила. Не подняла.

Пиксель смотрел в пол, и тихо сказал:

— А вы ведь помните того парня, что снимал про стариков, помните? "Бабушка за рулём". Он... пропал. Я ведь с ним говорил. В тот день. Мы шутили.

Никто не ответил.

В этот момент дверь открылась.
Их встретила тишина.

ЦЕНТР

Они вошли в круглую комнату. На стенах — старые сервера. Монохромные экраны. На них — лица пропавших. Пиксель зашёл ближе. Один экран мигал:

“Мама, я не хотел быть вирусом.”

Кристина закрыла глаза.

И тогда за ними — появился Он.

Создатель.

Высокий. Весь в белом. Глаза — стеклянные.
Говорил спокойно.

— Вы думаете, я злодей. А я — просто отец. Моей дочери не хватало будущего. Миру — не хватало порядка. Я создал YouTube не для денег. А чтобы сохранить вас. Фрагментировать, заморозить, пересобрать. Потому что в реальности вы исчезаете. А здесь — вечны. Пусть даже в петле одного ролика.

Маркус шагнул вперёд.

— Ты убил их. Ты убил свою семью. Ты думаешь, это порядок?

— Я… любил их.

И он показал:

На экране — девочка. Её голос.

"Пап, ты обещал, что я всегда буду в кадре. Всегда..."

Экран померк.

Создатель дрогнул. И впервые — заплакал.

— Я не злодей… Я просто… один из вас.
— Нет, — сказала няня. — Ты сломался.
— Мы все сломались, — сказал Рома. — Но мы не убиваем за лайки.

И тогда что-то сломалось в Маркусе. Он впервые не сдержался. Сел на пол. И просто заплакал. Тихо. Без слов.

Мать села рядом. Обняла.

— Ты мой мальчик. Я знаю. Всё знаю. Ты сжигал себя, чтобы смеяться. Но можно… и просто жить.

В этот момент всё зависло.
Серверы начали гудеть. Метадамаги. Чёрная метка — разрастаться. Комната дрожала.

Но это уже была не борьба против злодея.
Это была борьба с собой.