Чёрная метка. Вдова поневоле

Глава 26

Три месяца спустя

Телега покачивалась на ухабистой дороге, возвращая мужиков с торговли. Нынче урожай хороший, удалось сторговаться с соседними деревнями по доброй цене да работникам мзду выплатить. Славно потрудились. Уж осень во власть вошла, скоро первый снег землю покроет, надобно подготовиться к зиме.

- Ну чего, обжились поди? - правил Пётр поводьями, понукая лошадку. Позади ещё пара телег едут с мужиками. Выбирались полнёхонькие, теперича пустые, зато в карманах хрустит.

- Помаленьку, - кивнул Назар. – Всё непривычно как-то, необычно, заново приходится учиться будто.

- Ничего-ничего, - хлопает по плечу Пётр, усмехаясь. – Хорошо тебе с сестрой-то моей живётся, сладко?

- Да не смущай, - прячет улыбку Назар. – Что говорить, будто сызнова влюбился.

- Эх, хорошо, - радуется Пётр, а потом себя вспоминает, как по лесу блудил, как к Лукерье вышел, да она его и спасла. – Слыхал, будто Корней дочку свою в избе спалил.

- Не знал я их.

- И хорошо. Такая пакостная, что лучше и не встречать. Ежели б не Луша, не ходить мне по земле.

- Да, - кивает Назар. – Святая она, как есть. Столько всего сделала.

Поднял к небу глаза, о чём-то задумываясь.

- А мальчишки привыкли уж к жизни новой? Чай, всё необычно да интересно.

- Сдружились с соседскими, - кивает, - не найти дома. Бывает, кличу, а не дозваться.

- А Ефим чего ж?

- Не воротится, - покачал головой Назар. – Видать, судьба у нас такая Егоровых: от любви страдать. Не смог рядом с Настасьей жить. Уж так она ему в душу запала, что хоть волком вой. Потому и один решился жить, пока сердце не успокоится.

- Малец ещё.

- А с характером. Из такого хороший муж выйдет.

Покачал Пётр головой. И ему не давали жить, как хотел, только супротив воли родительской пошёл. Тут другое.

- Ульяна мне сказала, кто отец настоящий Настасье. Вон сколько терпела, теперича токмо правда открылась, - разоткровенничался Назар.

- И рад?

- Я что ли? Рад, как дитю своему не радоваться? Моя ж кровь и плоть. Вон, дедом скоро стану.

- Да ладно, - ахнул Пётр. – Неужто понесла всё ж от Игната?

- На всё воля Божья. Подарил на прощанье продолженье своё. Будет нам теперича радость. Вон нянек много. И сынки мои, и Васька с Варькой.

- А с матерью моей как?

- Слаба Богу, ничего. Будто без Касьяна она другой стала. Всем улыбается. А как пришли к ней, разрыдалась. Рада, что семья больше стала. Всем рада. И мать моя тож, постарела, не без того, токмо счастлива, что вернулись.

- Оно и ясно, - закивал Пётр, глядя на знакомую деревню, что впереди показалась.

Добрались до ворот знакомых, спрыгнул Назар с телеги, в калитку вошёл.

- Хозяйка, - кричит, нарочно брови насупив.

Вышла Ульяна на крыльцо, чего-то не весел Назар, али всё так плохо? Первый год без Зосима зерно сбирали, сушили, сбывали. Хорошо, что мужики у ней есть – брат да Назар, спомогут в деле. Тут бабе не разобраться, а чужому вверять – обман будет.

Приходил к ней один еврей, как прознал, что овдовела. Услугу предлагал, а потом и вовсе – жениться. Гнала его метлой Ульяна, ишь чего удумал. Ни того, ни другого не надобно.

- Чего хмурый такой? – сдула прядку, лоб утирая. – Никак с вестями худыми?

- Плохи дела, Ульяна, - покачал головой, а в воротах Пётр стоит, улыбку тянет.

- А чего Петька такой довольный? – не верит хозяйка.

Бросил на него взгляд Назар, а тот лишь плечами пожал, мол, не могу стерпеть, смеяться охота.

- Удача, - решился Назар дальше не тянуть. – Вон сколько деньжищ привезли, а ну, Пётька, подавай.

Выставила передник Ульяна, а в него деньга полетела. Никогда раньше стокмо не видывала. И мягкая, и звенящая, надобно бы припрятать да учиться самой хозяйство весть.

- Заходите в дом, накормлю.

- Анна ждёт, - развёл руками Петька. – Уж три дня жену не видывал, соскучился. – Сказал и выбрался за ворота.

Вышла Настасья на крыльцо, в руках нитки держит.

- Привет, Назар, - говорит отцу. Ну а как его ещё назвать, коли вырастил её Рябой да души не чаял. Пусть хоть и так, всё одно – приятно. – Как путь проехали?

- Спасибо, с Божьей помощью. А ты ж чего?

- Да вот, растём, - погладила живот округлившийся.

Выбрался из двора Назар, растворил ворота, лошадь с телегой завёз, распряг, пока за всем этим Ульяна с дочкой наблюдали. Завёл в конюшню, сена выдал.

- Так зайдёшь или чего? – смотрит Ульяна на него, а сама уж и ответ знает. – Спасибо за труд, - улыбнулась, ему кивая и взглядом провожая.

Идёт Назар мимо домов, что с детства помнит. Вон там с мальчишками по воробьям из рогаток стреляли, а тут первый раз Ульяну увидал да влюбился, а тут с Захаром подрался. Улыбается. Жизни стокмо уж прошло, много хорошего да плохого было. А вместе сложить – судьба его получается.