Черная Пагода. Побеждая Тьму

Глава 1

Дверь с шумом распахнулась, впуская в квартиру промозглый осенний воздух. Я с грохотом захлопнула её, совсем не заботясь о душевном равновесии соседей, и метким, отточенным движением стряхнула правую ногу. Голубой кроссовок не первой свежести отправился в эпический полёт. За ним последовал и левый, так же послушно приземлившись где-то в районе полки для обуви. А, плевать...

Лишь хмыкнув потрёпанному и поверженному виду явно отслужившей своё спортивной обуви, я сбросила ставшие грязно-серыми носки и босиком метнулась в кухню, оставляя за собой мокрые следы.

— Где же ты, моя прелесть? Где? Иди к мамочке, мамочка соскучилась!

Возмущённо скрипнула дверь старенького холодильника, но я уже уверенно тянулась внутрь, даже не удосужившись пробежаться взглядом по полкам. Вот и ты, красавица!

Прохладненькая бутылочка с остатками дорогого французского, так нежно хранимого бывшим.

Громко хрюкнув, я выхватила её из ненадёжного убежища. Так и не раздевшись, даже не сбросив курточку, откупорила бутылку и, опершись на край стола, жадно присосалась к горлышку.

Хорошо! Сладкая жидкость полилась по пищеводу, даря тепло уже одним своим фактом пребывания в моём организме.

Мелькнула мысль, что мужа хватил бы удар от того, как я безбожно и беспардонно растрачиваю последние капли французского, подаренного его двоюродным братом и бережно хранимого до особого повода.

Да что там французское! Он бы меня убил только за одно появление в доме в таком грязном и потасканном виде. Не говоря уже о детских выкрутасах с обувью и абсолютном попрании порядка и гигиены в бережно хранимом семейном гнезде. Чистоплюй проклятый!

Хотя знаете что? Мне насрать! Правда! Переболело!

Лёша уже полтора года здесь не живёт, и есть своя особая прелесть в том, чтобы быть свободной женщиной, не связанной никакими обязательствами.

Во рту противно загорчило, как всегда бывало, когда в памяти всплывал бывший, и я отбросила на стол пустую бутылку с кокетливой жёлтой этикеткой, будто бы эта стекляшка была всему виной.

Ладно, Вика, хватит! Сегодня пятница, впереди два прекрасных выходных, и, несмотря на то что за окном слякоть и холод, ты проведёшь их прекрасно! И даже мысли не допустишь о том придурке... Поняла?

Кивнув собственным мыслям, звучавшим в голове голосом нашей бухгалтерши Лены Алексеевны (а голос у неё был ого-го — все мужики на складе в струнку равнялись, и даже у директора рефлекторно сжимались ягодицы, когда бухгалтерша начинала раздавать команды), я стянула влажную курточку и побрела из кухни.

Желудок затянул унылую песню, как монах на кладбище, о том, что неплохо было бы подкинуть что-то ещё, кроме алкоголя, но я нагло проигнорировала его завывания, ощущая, как по телу уже ползёт болезненное тепло.

Ещё успею поесть! А сейчас мне нужно спешить к любимому!

Бросив курточку на пол где-то в районе входной двери, рядом с поверженными кроссовками, я быстро прошла микроскопическую прихожую и оказалась в святая святых своего дома.

В небольшой комнатке со столом и совсем старым советским диваном, что гордо именовалась гостиной. Был там ещё сервант, доставшийся мне от бабушки, но половина хрусталя из него уже была успешно перебита, а вторая смиренно ждала своей участи, понимая, что с такой хозяйкой надежды выжить нет.

Чего, собственно говоря, я и не отрицаю. В отличие от бабули, женщины, родившейся на изломе веков и видевшей не одну войну, я была отвратительной хозяйкой и той ещё неряхой.

Бабушка очень берегла все вещи в доме и следила за чистотой с маниакальной внимательностью. Постоянно пыталась наставить на путь истинный меня, балбеску, но рождённый ползать...

Короче, после её смерти квартира постепенно погружалась в хаос, и если бы не Лёшка...

Так, всё, Вика!!! О предателях мы не вспоминаем!

Проживёшь как-нибудь без его нравоучений, вечно недовольной рожи и постоянного придирания к любому мало-мальскому пятну.

Всё-таки не в "Доместосе" счастье. И даже не в его количестве.

Встрепенувшись, я поняла, что застыла прямо в дверях, и, отбросив грустные воспоминания, уверенно шагнула в комнату. Мои грязные и красные от холода босые ноги с радостью утонули в ковре с пёстрым персидским узором, которому бабушка определила почётное место на стене.

Бывший же не стал терпеть этот пережиток прошлой роскоши, спустив ковёр с пьедестала и обозначив его место на полу.

Под нож должен был пойти и бабкин белый тюль, стыдливо прикрытый занавесками непонятного болотного цвета, но не успел, зараза.

Поэтому и ковёр, и тюль всё ещё оставались на своих, не совсем заслуженных, местах, и вряд ли я их выкину в ближайшее время. Назло неким скотинам...

Ладно, это всё неважно! Важно то, что меня дожидается моё золотко!

Самое главное, самое драгоценное и вожделенное стояло ближе к окну, не вписываясь в картину этого позднего советского шика. Новенький офисный стол, на котором вальяжно располагался мощный игровой комп. Заманчивый и обольстительный, как опытная куртизанка, компьютер манил к себе, игриво подмигивая кнопкой пуска.

Вот он, мой "зверь", тихо гудит, поигрывая лампочками на блоке. Всегда на месте и всегда рад своей "мамочке".

— Здравствуй, мой сладкий!

— Просюсюкала я, удобно усаживаясь в кресло и нажимая ту самую кнопочку, что делала из моего "любимого" не тихо мурчащего котёнка, а рычащего льва.

Комп взревел, а я откинулась на спинку, расслабленно выдохнув и наблюдая, как загружаются находившиеся до этого в спящем режиме программы.

Как же долго я этого ждала! Весь день, пробивая товары на кассе и предлагая злополучные пакеты, только об этом и думала. Как пальцы обхватят привычным жестом упитанные бока компьютерной мыши и быстро защёлкают, погружая меня в игровой мир.

Угрюмый, жестокий, кровавый, но такой предельно понятный и даже уютный. Мир, где правит красная луна, живут страшные монстры и происходят чудовищные по своим масштабам битвы.