Черная Роза

Часть 35

То, как быстро они подъехали к стройке, обнесенной двухметровым забором, красноречиво свидетельствовало в пользу совсем небольших размеров города стекольщиков. И все же город Гусь-Хркстальнвй был хорош, он виделся путешественникам как очень красивый и самобытный. Старинные деревянные здания, каждый из которых красив своей архитектурой, сохранились, в основном, в центре, но и ближе к окраине попадались очень интересные.

- Привет, Витёк, ты не забыл, что обещал помочь при случае? Пожалуй, у меня теперь такой вот именно случай, -  с места в карьер взялась  устраивать молодых на работу Нина, распахнув дверь в конторке прораба.

- О, Нинок, откуда ты взялась ?! Сто лет тебя не видел, а тут на тебе явилась, да еще и не одна. Ну, давай обмоем эту встречу, у меня тут случайно завалялся, не поверишь, вискарь шотландский. Не халям-балям, как ты говоришь.

Высокий крепыш в куртке-спецовке заполнял, казалось, все пространство конторки, однако при этом так ловко поворачивался  то к дверцам шкафа, где стояли толстые папки, то к столу, что было даже удивительно. Вот из-за этих папок он сразу по нескольку штук вынимал небольшие  хрустальные стаканчики работы  Гусь-Хрустального стекольного завода, расставляя их на столе. Расставлял сразу много, не считая гостей. Под конец всего этого действа прораб вынул из-за папок   высокую бутылку не только незнакомой формы, но еще и с этикеткой не такой красочной, какие бывают на наших винах, а с простой до нелепости записочкой, будто с обрывком газеты, налепленным на подол платья тонкошеей девицы.

- Что-то ты больно скорый, Витек, -  смущаясь, что неизвестно что подумают о ней ее гости, с укором в голосе сказала Нина. – Суетишься, будто мы к тебе пьянствовать пришли.

- Не пьянствовать, Нинок, не пьянствовать, а это закон гостеприимства. Мы с тобой уже не так молоды, как раньше, но и не старики, чтобы чайком ограничиваться.

- Вот давай о чае поговорим, это лучше, - попыталась унять энтузиазм Виктора Нина и села на ближайший к столу стул. – Ты бы лучше нас всех рассадил, прежде, чем стаканы доставать.

- Нет, дорогуша, - отозвался прораб. - Тут ты не обессудь. Стульев я специально не завожу, нечего рабочий люд баловать. Когда негде присесть, они работают, а стоит стулья расставить, так они на них тут же лягут и захрапят.

- Это значит только одно – стимула у твоих работников нет, и именно ты, похоже, не можешь им этот стимул обеспечить.

- Вот значит как? Пришла вся в белом учить нас неразумных, - сарказм в голосе прораба зазвучал какой-то застарелой обидой..

- Где уж нам уж, как говорится – ответила Нина.- Может пора заканчивать выказывать обиды и приступить наконец-то к нашей просьбе? - примирительным тоном спросила она.

- Ладно-ладно. Чай-кофе не держим, а что надо, догадываемся. На работу кого-то из родни устроить хочешь. Так?

- Так, - подтвердила Нина, - в догадливости тебе не откажешь. Только надо сразу двоим дать заработать: и парню, и девочке. Они от родителей сбежали, те им пожениться не давали. Так что жилья нет, одежду надо поменять, и есть при этом, как ты понимаешь, три раза в день.

- Та-та-та-та-та-та. Вот так всего много, и так все сразу? А делать хоть что-нибудь мы умеем? По нашему профилю?

- Вы что умеете по строительству? – обернувшись к стоящим у двери молодым людям, спросила Нина.

- Ну, я себе дом строил сам, правда, не закончил, но все, в основном, умею – и кладку с расшивкой,  и крышу, и всю отделку из современных материалов, - объяснил Миша. – И я никакой работы не боюсь, что надо, то и буду делать. Копать надо - буду копать, таскать - значит, таскать.

- А я – сразу должна сказать - я ничего не умею, но и таскать какой-нибудь раствор на этажи отказываюсь, - категорично заявила Роза.

- Ну, с тобой все ясно, - махнув рукой в сторону Миши, подвел итоги прораб. – А ты сейчас все здесь убираешь, моешь полы и завариваешь чай, чтобы мне больше краснеть не приходилось, когда гости нагрянут. А потом девушка, - прораб замолчал, вопросительно остановив взгляд на лице Розы.

- Роза, - догадалась представиться та.

- А я Виктор Степанович. Так вот,  Роза. Твоей обязанностью будет заносить в книги накладные за день, видишь вот, на гвоздике нанизаны. Собственно, потом всё объясню отдельно. Пока ведро и тряпку возьми в шкафу, а я схожу на объект, -  и определю,...

Прораб прервал предложение и вопросительно взглянул на Мишу.

- Михаил, - вставил свое имя понятливый парень.

- Мишу под присмотр наставника, -  продолжил прораб. – Пойдем, отведу тебя в отделочную бригаду, пусть проверяют, что ты умеешь делать, и сможешь ли успевать выполнять дневную норму.

Прораб Виктор Степанович пошел к выходу из конторки, Миша пошел за ним, а Нина вслед проговорила:

- Постой-постой! Если он не выполнит на первых порах норму, ты «оставь его после уроков», а вот, где им жить и чем питаться, реши сейчас, чтобы мы с Николой знали, как все будет.

- А почему ты их у себя не оставишь? Квартира же у тебя большая?

- Большая-то большая, но двухкомнатная. В одной - я сама со старшим внуком. В другой - семья сына со своим младшеньким. А они молодые, им надо вместе быть хоть после работы.