Черная Роза

Часть 8

Первой не вынесла мук любопытства Роза:

- Ты не обидишься, если я спрошу? – обратилась она к Мише.

- Смотря, что ты хочешь спросить, - ответил он.

- Дело в том, что твоя мама сказала вчера, что есть у тебя «довесок». Это ребенок, что ли? Ты женат?

- Ах, вот оно что! – воскликнул полушепотом Михаил. - Ну, это далеко не тайна мадридского двора. История банальна и проста: был молод я, влюбился, родился сын, женился.

- Да ты прямо поэт! – с искренним восторгом удивилась Роза. – Мне никогда в жизни не удавалось ни словечка зарифмовать. 

- Ну, что ты, рифма меня всегда привлекала и иногда невольно выплескивается в разговоре, но пробовал писать стихи, и знающие люди называют их весьма слабыми. Так что, на звание поэта я не претендую.

- И что было дальше? Где ваша жена теперь?

- Мне было бы интересно узнать, да не хочется заморачиваться. Нашему сыну было десять месяцев, когда жена бросила его и уехала к своей матери в Ейск. Оттуда написала, что больше не вернется, что я маменькин сынок и шагу без своей мамы сделать не могу, что она ее извела до такой степени, что любви ко мне у нее больше нет, что мать ее с ребенком домой не пустит, а сама она его вырастить не сможет. Так и остались мы с сыном одни. А что делать? Зла особого к ней не чувствую, досадно только, да и то иногда. Понять ее, конечно, можно. Мамочка у меня еще та штучка. Я у нее единственный, поэтому никакая невестка ей не угодит. Запилит до смерти или съест заживо.

- Она такая?! А на меня такого впечатления твоя мама не произвела. Добрая, суетливая, причитает смешно. Почему же тогда, если ты у нее один свет в окошке, она позволяет тебе так напиваться?

- Ну, вот опять. Да не пью я, поверьте ж вы, наконец! – с досадой воскликнул Миша, и при этом  заметил, что на него пристально посмотрел мимо идущий милиционер. Роза тоже заметила милиционера и, приглушив голос, спросила:

- Мы снова на «вы» перешли?

- Не-ет, -  склонившись к плечу девушки, так же шепотом сказал Миша. – Это  случайно, от досады вырвалось. Ты видишь, как на нас милиционер смотрит?

- Вижу. Наверное, сейчас подойдет и спросит, кто мы такие.

Но милиционер не подошел. Поезда приходили и уходили, вокруг сновали пассажиры, их становилось то сразу очень много, то постепенно они будто рассасывались, то ли растворяясь в воздухе, то ли просачиваясь сквозь стену.

И снова Роза с Михаилом оставались одни среди полностью сменившихся людей и не заметить этого через несколько часов наблюдения милиционер, конечно, не мог. Не раз в течение ночи, натыкаясь взглядом в эти профессионально въедливые глаза, молодые люди в дополнение к своим переживаниям стали ощущать себя почти преступниками.

- Чего он на нас уставился? Следит неотступно, будто мы воришки какие-нибудь! – возмутилась Роза.

- У него работа такая, не обращай внимания. Лучше клади голову мне на плечо и постарайся поспать, завтра нам дальше ехать.

Девушка послушно положила голову на его упругое плечо и с наслаждением закрыла глаза, но в это время в здание вокзала  въехал уборщик со свои «комбайном» и с противным гулом принялся мыть устланный кафелем пол. В таких условиях стало не до сна, тем более, что он начал свою работу именно с той группы стульев, отделенных проходом, где сидели Роза и Миша.

Молодым людям пришлось подняться и перейти через проход между рядами стульев, чтобы сесть на следующем переднем ряду, потому что не было никакой уверенности, что очень скоро не придется им снова менять свои места.  Была глубокая ночь, а на Розе было открытое летнее платье с оголенной спиной и, конечно, несмотря на теплую летнюю ночь, девушке стало зябко.

- Ты замерзла? – заботливо спросил ее Миша.

Роза кивнула.

- Хочешь, надень мою футболку, - предложил парень.

- А ты как же? Голый останешься? – Роза прыснула от смеха. – Лучше уж я потерплю, - добавила она.

Когда они проходили мимо милиционера, занимавшего удобную для наблюдения нишу между колоннами, он подозвал их к себе, тронул пальцами правой руки козырек фуражки и вежливо предложил показать документы.

Миша не стал спорить,  подал милиционеру паспорт и предложил спутнице:

- Достань свой, Роза.

- А зачем? Мы ведь ничего не сделали! – заупрямилась девушка.

- Тогда пройдемте, - сухо, не разжимая губ, приказал милиционер. Сопротивляться было бессмысленно, поэтому, Роза послушно пошла в том направлении, куда милиционер указал. За ней, стараясь заслонить ее от милиционера, шел Михаил. Перед дверью опорного пункта молодые люди остановились и пропустили вперед работника милиции.

- Проходите, - предложил он.

- Я ни разу в жизни еще не была в милиции, - отметила Роза.

- Когда-то надо начинать, - пошутил Миша, а милиционер сказал:

- Это еще не милиция, однако, уважения требует, - И добавил, рукой показывая на стулья у входа: