Черная Роза

Часть 14

- Уже темнеет, - ответил Миша, спустив ноги с кровати, и из-за этого отвернувшись от Розы.

- Как темнеет? – переспросила, не поняв, она.

- Да, так вот, - ответил Миша. – Мы почти сутки дрыхнем. Я просыпался несколько раз, видел, что ты спишь, но будить не хотел, поэтому засыпал тоже. Так что уже вечер. Как твоя нога? Болит?

- Не очень. Повязка уже застыла и почти не больно. Надо же, как будто настоящий гипс!

- Действительно, здорово! – подтвердил Миша и, поднявшись, подошел к окну.

- Что эта собака так разрывается? Пришел кто-то чужой, что ли?

- Сходи, посмотри, - предложила Роза.

- Конечно, а ты никуда пока не ходи. Я постараюсь тебе что-нибудь вместо костыля раздобыть.

Миша открыл дверь и увидел за ней Дарьюшку, которая, услышав, по-видимому, его последнюю фразу, не здороваясь, ответила на нее:

- Зачем же раздобывать?  Костыли я уже принесла от соседки. У нее муж на костылях ходил с самой войны. Он-то уже давно умер, а костыли остались. Вот мы у нее всей деревней берем их напрокат, а потом возвращаем хозяйке. Соседский сынок Лешка ногу недавно ломал, так пока на этих костылях ходил, всю старую краску с них наждачкой стер и лаком покрыл. Теперь костыли те, как новенькие. Сейчас я тебе их, голуба, принесу, - Дарьюшка пошла по коридору и вскоре вернулась с костылями в одной руке и двумя яблоками в другой.

- Вот вам по яблочку, угощайтесь. А когда умоетесь, приходите на кухню. К завтраку не успели, так хоть к ужину не опоздайте. Он у нас в семь часов.

- А сейчас сколько? – спросила Роза. Миша еще не вернулся.

- Сейчас уже без пятнадцати, так что, поспешите, - сказала Дарьюшка и спросила:

- Как твоя нога?

- Нормально, спасибо, - ответила Роза, откинув с ног одеяло. – Я уже не чувствую боли, а повязка стала твердая, как гипсовая.

- Поэтому и не болит, что, как гипсовая. Учись, в жизни может пригодиться. Люди много тысячелетий живут, и болезни лечить давно научились.

Между тем собака во дворе лаяла в исступлении. Наверное, она была маленькой, потому что голос ее был тоненький, зато отчаянно звонкий.

- Это ваша собака так разрывается? – спросила Роза Дарьюшку.

- Наша, чья ж еще? Найда у нас умница, попусту никогда не залает. Да это Никола, мой племянник подъехал, а Найда наша его никак за своего признавать не хочет. Когда она маленькая была, щеночек еще совсем, он  взял манеру ее дразнить, дратовать по-нашему. Считал, что она недостаточно злая растет. Собачонка моему дорогому племяннику  шагу ступить по нашему двору теперь спокойно не даст. Показывает Николаю умная Найда, кто у нас в доме хозяин.  Или хозяйка? – засмеявшись, добавила Дарьюшка и предложила Розе:

- Ну, пойдем, я помогу тебе, провожу в ванную комнату, раз муж тебя бросил без помощи, - ласково  проговорила добрая женщина, наклонившись к лежащей на высокой подушке Розе.

- Кто кого здесь бросил, интересно? – входя в комнату, с шутливым возмущением спросил Миша.

- Тебя, голубчик, обсуждаем, - напевно проговорила Дарьюшка. – Ушел и как в воду канул. А я тут женушку твою развлекаю, про собаку нашу рассказываю.

- Да, собака ваша не на шутку разошлась, я выходил посмотреть. Там Никола приехал и с ним мужики какие-то весьма бандитского вида. Ваш муж с ними возле ворот разговаривает. Может мне выйти помочь с ними разобраться? Как-то очень уж недобро, вроде как  настороженно, Никола на меня глянул, когда я на крыльцо вышел.

- Да быть такого не может, тебе показалось! – всплеснула руками Дарьюшка. - Никола у нас - сама доброта, он злобно сроду ни на кого не смотрел. Да и супруг мой, Андрей Савельевич человек серьезный, любому укорот даст. Ну-ка, давайте я схожу,  проверю на всякий случай, что это там такое деется, - со всей решительностью  хозяйки дома заявила Дарья Петровна  и, широко шагая, вышла из комнаты.

- Найда, фу! Замолчи сейчас же! – услышали молодые люди из раскрытого окна ее строгий голос.  И тут же, резко перейдя на ласковый тон, заговорила напевно с умолкнувшей собакой:

- Вот умница, хорошая ты моя! Послушная! Ни у кого нет такой хорошей собаки, как у нас, девочка ты наша, золотая! Да наша ты, наша, никому не отдадим – ласково приговаривала хозяйка и собачонка повизгивала от счастья.

- Смотри, - глядя в окно, сказал Миша Розе, - она ее даже не погладила, только ласково поговорила. Вот как мало надо для счастья! Недаром  говорят, что ласковое слово даже собаке приятно.

- Кошке, - поправила Роза.

- Ну, ясно, что кошке, - согласился Миша и объяснил, - но здесь же собака.

-  А ты кого больше любишь, кошек или собак? – спросила Роза.

- Никогда не задумывался. Я всех люблю, даже змей. И лягушек.

- И я змей люблю. Однажды в детстве я даже с мальчишками подралась из-за ужа. Отобрала и выпустила в траву  у реки, но потом узнала, что он далеко уже уползти не смог. Мальчишки нашли его. До сих пор мне этого ужа жалко. И лягушек я люблю. История с лягушкой у нас тоже была. Мы с классом в поход ходили, разожгли костер возле запруды такой, а есть уже было нечего, но очень хотелось. Вот один мальчик и предложил поймать лягушку и пожарить. Никто не согласился, мы его уговаривали этого не делать, но он не послушался. Снял с лапки лягушки кожу, мясо, помню, белое-белое было. Подержал над костром и съел. Не наелся, наверное, зато в памяти все это осталось. Потом он погиб вместе со своим отцом на мотоцикле и мы с девочками из нашего класса жалели его и думали, что не съешь он тогда ту лягушку, ничего бы и не случилось. Красивый такой был мальчик. И не хулиган вовсе, - грустно закончила свой рассказ Роза.