Чёрная роза

Глава 4

Со свечой в руках к столу подошёл Эдельвейс-младший, сразу за ним шёл профессор. Арнольд-Эдельвейс одним движением сдвинул всё моё чтиво на край стола, а в центр поставил Сферу предсказаний, которую держал в другой руке. Пока он расставлял в определённом порядке кристаллы, рассеивающие свет и зажигал свечи, первым заговорил профессор:

- Ну что, она оценила подарок? – полюбопытствовал Нигальд.

- Хм.… Ещё как! – после некоторой паузы протянул Арнольд-Эдельвейс. – Профессор, ещё ни один ваш совет не привёл меня к неверному решению, Вы всегда знаете, как сделать всё самым лучшим образом.

Никто и не сомневался. Наверное, он всё-таки подарил Ланране этот заветный свадебный браслет, о котором она уже давно просто болезненно мечтала. Хотя, может и не браслет, и вовсе не Ланране. После их сегодняшней утренней встречи, я думаю, она была не в лучшем настроении принимать такие подарки.

Профессор мог говорить о ком угодно, у Эдельвейса точно было множество поклонниц по всей столице. Да взять хотя бы ту самую Раду, трактирщицу, он наведывался к ней с завидной частотой, наверняка уж не только покушать. И это только то, что было замечено мной, по чистому стечению обстоятельств, конечно. Но где бы он ни появлялся – везде находились дамы, жаждущие близкого с ним общения. И он, естественно, не мог им отказать.

Я была неоднократным свидетелем этих забавных сцен – Арнольд-Эдельвейс как-то неуверенно пытался избежать сближения с дамами, жаждущими внимания, но когда у него не оставалось не единой возможности для манёвра, он кардинально менял тактику поведения и сам поскорей уводил счастливицу за пределы видимости общественности, ну, по крайней мере, приличной.

Дамам из высшего общества везло намного меньше – стоило только какой-нибудь из них появиться на горизонте, как Эдельвейс-младший искусно скрывался от них, зачастую используя меня как щит. «Рядом с тобой, любезная Лиса, она меня точно не заметит. Правильно, с чего бы даме из высших аристократических кругов смотреть в сторону простолюдинки…» - нашептывал он мне свои рассуждения.

Я не спешила ему отвечать, ведь судьба и так сыграла с ним злую шутку – как бы он от них не прятался, ему все равно было суждено связать себя узами брака с одной из них. Возможно, даже в очень скором времени. Я знала это точно. Какая-то внутренняя уверенность в этом позволяла мне сохранять спокойствие каждый раз, когда он пытался хоть как-то ущемить меня, обыгрывая тему моего происхождения.

Наверняка, Эдельвейс-старший уже подыскал подходящую партию любимому сыну, да и род Арнольдов не мог оставить сие событие без внимания. Эти аристократы с завидной историей, чуть ли не берущие своё начало у ближайшей родни древних королей доимперского периода, всегда славились умением находить правильные матримониальные решения, сопровождающиеся весьма выгодными политическими связями.

Но пока отец не призвал сына исполнить сей незавидный для Эдельвейса-младшего долг, он мог быть просто Рейденом и наслаждаться всеобщим к нему интересом высоких кругов общества и неподдельной любовью более низких, перебегая из одного лагеря девиц в другой по собственному усмотрению.

- Весьма занимательно! – заинтригованный голос профессора прервал мои размышления. – Очень неоднозначно. И кто же ты? – Нигальд любил задавать самому себе вопросы.

- У меня есть сомнения насчёт толкования всего этого. – склонившись над столом, пояснил Эдельвейс.

Кристаллы и свечи были расставлены так, что рассеивали свет, словно окутывающий сферу, но из-за спины немаленького аристократа мне не удалось увидеть саму сферу предсказаний. А ведь моё любопытство так и подталкивало меня выйти из-за укрытия и помочь им в толковании видения – это всегда отлично у меня получалось.

Но сколько бы лишних вопросов повлекло бы за собой моё неожиданное появление, и наверняка, ещё больше колкостей как раз со стороны того человека, с которым мне меньше всего хотелось общаться в свете утренних событий.

- У меня есть несколько вариантов, профессор, но ни один не вписывается в нашу картину, и… – продолжил аристократ.

- Мне просто необходимо показать это одному человеку! – профессор прервал Эдельвейса на полуслове. – Он уникален в своём роде и определённо поможет прояснить всё это. Но живёт он, правда, далековато. Так что с толкованием придётся повременить, сам понимаешь. Запечатай сферу, а я пока попробую связаться с ним через гильдию.

Арнольд-Эдельвейс провёл все необходимые манипуляции со сферой, аккуратно завернул её в дорогую материю с эмблемой чёрной розы, знакомой мне с некоторых пор, и передал профессору. Я уже не слушала, о чём они говорили по пути из хранилища. Чёрная роза не выходила у меня из головы.

Некоторое время я стояла в полном замешательстве, все мысли складывались в какую-то мозаику, но в ней определённо не хватало частей. Что-то постоянно ускользало из моего внимания. Я поднялась наверх, не зажигая лампы. Как можно тише пробираясь в полумраке, мне посчастливилось добраться до своей комнаты никем не замеченной.

В коридоре не было окон и сейчас он освещался лишь тусклыми полосками света пробивавшимися из-под дверей нескольких комнат. Одной из них была комната Эдельвейса. Пришлось задержаться там на несколько мгновений, чтобы побороться с желанием войти и расспросить его о сфере. Но это было бы слишком опрометчиво, и я побрела к себе, сгорая от любопытства. Решив всё-таки заполнить тот странный лист, чтобы хоть как-то отвлечься от новой загадки, я разложила его на столе и перечитала ещё несколько раз.