Черная ведьма

Глава 17

Работа началась сразу же.

Вероника не могла себе позволить ни минуты промедления. Платья Жизель — не просто наряды, это были произведения искусства, каждое из которых требовало внимания к мельчайшим деталям, и каждая деталь должна была быть выполнена безупречно. В комнате стало тихо, только шелест иглы, когда она занялась первым платьем.

«Королева Ночи» — чёрное бархатное платье, которое должно было стать воплощением тени и мрака. Вероника уже представила, как тяжёлый, густой бархат будет ложиться на кожу, подчеркивая силуэт, как вспыхивающие серебряные вкрапления рубина будут отбрасывать ледяные отблески. Сначала она начертила выкройку, начав с идеальных пропорций. Но это было не так просто, как казалось на первый взгляд.

Она работала всю ночь, изо дня в день поглощённая этими нарядами. С каждым новым швом, с каждым новым движением её сердце стучало быстрее. Черный бархат оказался трудным материалом для работы — игла не хотела проходить через плотную ткань, но она продолжала, несмотря на усталость, продолжала, как будто боясь упустить хоть малейший момент, чтобы не разочаровать свою заказчицу. Каждую складку, каждый шов она делала с таким вниманием, как будто эти ткани хранили в себе какую-то магию. Лёгкие серебряные нити, которые должны были образовать пышный шлейф, отражались в тусклом свете лампы, создавая ощущение мистического сияния.

Когда наряд был готов, она подняла его перед собой, оценивая проделанную работу. Платье, с длинным, почти метровым шлейфом и перьями, казалось, будто поглощало свет вокруг. Но было ещё одно важное задание — маска. Вероника взялась за крафтинг металлической маски, как было указано в заказе. Тонкая, темная, с серебряными вкраплениями и крупным рубином в центре — именно такой должна была быть маска для «Королевы Ночи». Вероника выточила маску с такой тщательностью, что каждое изгибающееся серебро блескалось на ней, как ледяные осколки.

С этим платьем она закончила только на четвёртый день, когда Линета заметила её тяжёлое дыхание и тёмные круги под глазами.

— Ты на грани, девочка, — сказала Линета, влезая в мастерскую с мешком ткани. — Не забывай, что если ты устанешь, никто за тебя не будет работать.

Но Вероника не могла остановиться. Она не имела права на отдых. Быстро перехватывая несколько перекусов в перерывах между шитьем, она переключилась на следующий заказ — платье для «Флоры Весны».

Зелёный шифон, который она выбрала для этого наряда, был лёгким, как воздух, и казалось, что он сам хотел танцевать в воздухе. Резкие линии для стежков, цветочные вышивки, невероятно сложные по форме — каждый стежок был почти как рисование на холсте. Чтобы вышивка стала по-настоящему живой, она использовала тончайшие нити, добавляя мелкие жемчужины, чтобы они напоминали утреннюю росу, сверкавшую на лепестках цветов.

Платье получилось настолько лёгким, что Вероника даже не верила, что оно будет держаться на теле. Но именно такой должна была быть Флора Весны — безмятежной и легкой, с воздушной юбкой, плавно спадающей до пола.

Маска для этого наряда должна была быть совсем другой — нежной и изысканной. Вероника решила использовать светло-розовые лепестки и перламутровые вставки, чтобы маска выглядела как распустившийся цветок. Всё должно было быть идеально для Жизель.

Потом, как и было заказано, она начала работать над третьим нарядом — «Пламя Гнева». Для этого наряда она выбрала ярко-красный шёлк, который казался живым. Под действием огня ткань как бы вспыхивала, а золотые драконьи чешуйки, которые она нарисовала по бокам, должны были добавить наряду мощи и силы. Разрез, который заказала Жизель, начинался уже в районе бедра и продолжался до самого низа — это было платье для сильной, уверенной женщины.

Маска для этого платья была создана из ярко-красного металла, с плавными завитками и декоративными перьями, которые напоминали языки пламени. Жизель, наверное, почувствовала бы себя на балу властительницей огня, если бы выбрала именно этот наряд.

Каждое следующее платье было всё более трудным, и Вероника чувствовала, как её силы уходят. Но она не могла остановиться. Платье «Морская Русалка» было сделано из лёгкой голубой ткани, и она почти не чувствовала вес каждого шва. Вышивка раковин и бисера делала его более изысканным, а маска из жемчужин и голубых камней напоминала океанскую глубину.

И наконец, последняя модель — «Ледяная Принцесса». Это платье было самым сложным из всех. Белый шёлк, тонкий, почти прозрачный, почти невесомый, он напоминал снежную бурю. Кристаллы льда, выложенные на рукавах и подоле, переливались в свете, создавая иллюзию холодной красоты. Маска, выполненная из стекла, была сделана с такой тонкостью, что казалась, будто она просто замерзла, как снежинка на ветру.

Когда последние стежки были сделаны, а маски были отлиты до идеала, Вероника откинулась назад и выдохнула. Пять платьев, пять масок, каждая деталь доведена до совершенства. Но в её глазах была тревога — она знала, что Жизель никогда не будет довольна на сто процентов. Её желание было неумолимым.

Как только она закончила последние штрихи, она сложила платья аккуратно, сдерживая дыхание. Теперь всё зависело от того, как эти наряды встретит Жизель.
***

Когда Вероника услышала, как скрипнула дверь мастерской, её сердце предательски застучало громче. Это была она — Жизель. Вновь эта великолепная женщина вошла в комнату, и даже её шаги, уверенные и почти властные, звучали как приглушённый бой барабана, напоминающий о том, кто в этом мире настоящий властелин. Она как бы невидимо заполнила собой всё пространство.

Вероника не могла позволить себе в этот момент даже вздохнуть. Всё, что она могла, — это смотреть на неё с благоговейным почтением, но скрывать внутреннюю бурю. Жизель, пройдя в мастерскую, сразу потянулась к своим платьям. Тот взгляд, который она скользнула по первым нарядам, был настолько холодным и беспристрастным, что Веронике даже показалось, что сама атмосфера в комнате задрожал от напряжения.