Черная вода. Resort & Spa

12.

Никогда не была жаворонком. Но сегодня почти об этом жалею, так прекрасно летнее утро в горах. Небо на рассвете сиреневое, розовое и золотое, солнце еще не взошло, прячется в облаках где-то за деревьями. Воздух прямо-таки хрустальный, прохладный и пронзительно свежий.

Санаторий притих, все, кроме немногих слуг, еще спят. И кажется, будто все здесь только мне одной принадлежит: и это пастельное небо, и сверкающие росинки на бархатных алых розах, и песня птиц в саду. Надо бы завести привычку вставать на рассвете, хоть иногда. Романтика же!

– Доброго утра, Валерия, – приветствует меня Макс, сбегая по ступеням крыльца.

Как всегда, безупречен и свеж, под стать идеальной картинке вокруг. Я прямо героиней исторической мелодрамы себя почувствовала, даже платье соответствует – светло-голубое, с пышной юбкой и кокетливыми оборочками.

– Вы готовы?

– Смотря к чему, – отвечаю, глядя на него подозрительно.

Нет, я конечно люблю сюрпризы, но лучше когда в качестве них преподносят что-то, что я сама хочу. А в этом мире всякие бывают чудеса, и не угадаешь, что он на этот раз затеял. Еще и с полетами связанное... Надеюсь, не на очередном чудовище, я даже к смирному туринусу с трудом привыкла. Как-то достижениям техники я больше доверяю, а животных в принципе опасаюсь, даже спокойных и дрессированных – кто знает, что они там себе думают, нечеловеческим своим умом.

Макс только хитро улыбается вместо ответа, потом вдруг берет меня за руку, опускает ресницы и замирает на долю секунды. Похоже, аж дышать перестал. Прежде чем успеваю спросить, что это еще за фокусы, по руке будто легкий электрический разряд пробегает, едва заметная дрожь.

Забирается под кожу там, где ее касаются его пальцы, расходится вверх, щекоча запястье и сгиб локтя, заставляя крохотные волоски подняться дыбом, как в грозу.

– Всего лишь проверяю, что вы в порядке. Все замечательно, сияете с каждым днем все сильнее, – поясняет он, приоткрыв глаза.

Но мою ладонь не отпускает – забылся или прикидывается? Так и ведет по ровным, идеально выметенным дорожкам мимо клумб, газонов, скульптур, цветущих деревьев и бюветов. До неприметной калиточки, которую открывает своим ключом.

– Нам далеко еще?

Знала бы, что придется выходить за пределы санатория, обула бы что-нибудь практичнее атласных туфель-лодочек. Да и оделась бы в дорожное, серенькое, зато не с таким длинным подолом. И зачем вырядилась, спрашивается? Перед Максом что ли? Как будто ему не все равно, в махровом халате я или в нарядном платье...

Словно нарочно он окидывает меня критическим взглядом – от выглядывающих из-под белой ажурной шали кружев на декольте до злополучных туфелек. Кивает своим мыслям и подбадривает:

– Ничего, сойдет. Там тропа достаточно ровная, дождей давно не было, ваша обувь не пострадает.

Вот и весь комплимент, который я заслужила. Хоть бы платье похвалил ради приличия. Туфли ему мои не понравились, ишь! В другой раз в галошах пойду, специально одолжу у экономки самые потрепанные.

Дуться получается недолго – попетляв немного по лесистому склону, тропинка выводит нас к краю пропасти. На дне ее журчит прозрачная горная речка, сейчас тихая, обмелевшая. Вдалеке виднеется дорога, за ней – крыши городка Хельгиштейн выглядывают сквозь туманную дымку. Красиво, но ведь не полюбоваться мы сюда пришли.

Озираюсь, пытаясь увидеть нечто, на чем мы будем кататься. Не может ведь оно быть маленьким, разве что невидимым! Но все оказывается куда как неожиданнее и страшнее.

Макс вновь крепко сжимает мою ладонь, а вторую руку кладет на талию. И я осознаю, что он совсем-совсем близко, между нами всего один крохотный шаг, а то и полшага, а когда он начинает говорить, мою макушку едва заметно щекочет дыханием.

Не в состоянии решить, как к этому стоит относиться, я не сразу понимаю смысл его слов.

– Надеюсь, вы не сомневаетесь в том, что наделены большой магической силой, – тихонько произносит он, а я все еще сосредоточена на тепле его ладони, проникающем к телу сквозь тонкую шаль. – И в том, что я ни в коем случае не причиню вам вред и не подвергну заведомой опасности. Вы мне верите, Валерия?

– Угу.

Конечно! Все это так прекрасно: чудесное раннее утро, золотистый свет и ясное небо под ногами, и красавец-мужчина держит меня в объятьях – можно забыть о том, что это Макс, которого больше всего на свете волнуют приборы и формулы, и вообразить, будто он...

– Вот и славно. Вы только не бойтесь: страшно только сделать шаг, а после вас подхватит поток, откликаясь на силу вашей магии.

– О чем это вы? – переспрашиваю, мигом очнувшись от фантазий, и запоздало понимаю, что он незаметно подвел меня к самому краю. Одно неловкое движение – и сорвемся.

Но мы не срываемся. Мы прыгаем.

Точнее, Макс прыгает. Просто шагает, как со ступеньки, и тащит меня следом. Не ожидая такой подлянки, я даже не сопротивляюсь. Только ору, пока порыв теплого ветра не ударяет снизу упруго, загоняя крик обратно в горло.

– Тихо, постарайтесь расслабиться. Не зажимайтесь так, а то мы падаем!

– Я заметила, – всхлипываю в ответ, с ужасом глядя, как верхушки сосен несутся навстречу. Как там в книжках пишут? Время замедлило свой бег, и падение кажется бесконечным.

Но не настолько же! Мы успеваем болтать, а Макс смеется. И вообще как-то мы медленно падаем. Скорее... летим?

– Ловите поток, Валерия.

Его губы едва не касаются уха, сильная рука осторожно поддерживает под живот, как в детстве, когда кто-то взрослый и надежный учил плавать, и постепенно оказывалось, что вода тоже держит.

А сейчас я вдруг чувствую, что держит воздух, и это самое настоящее чудо. У меня получается – мы больше не падаем камнем, а медленно парим над пропастью.

– Вы поймали его, – говорит Макс радостно, и я не в состоянии ответить из-за переполняющих эмоций. – Теперь прислушайтесь к ощущениям. Попытайтесь им управлять. Я не могу объяснить, как именно это следует делать, у каждого свой опыт.