Чернила на асфальте

Глава 8

Моргана сидела в своей сказочной комнате на втором этаже «Диаманта» и уже битый час разгадывала узор, который Лиза перерисовала по памяти с «якоря», питавшего демонов. Музыки из клуба здесь слышно не было благодаря отличной звукоизоляции, и под потолком разносилось только тихое заунывное завывание волынки.

Лиза не выдержала и ушла пропустить пару коктейльчиков уже спустя десять минут. Я же до сих пор сидел на краю кровати Морганы и наблюдал за её работой. Она оставалась такой же соблазнительной и загадочной, но сейчас передо мной была не кокетка и не напуганная феечка, а настоящая колдунья — мудрая и сосредоточенная. Её синие глаза ярко светились, разгоняя темноту лучше всех светлячков в этой комнате, а вокруг перерисованной копии свитка то и дело витали причудливые фиолетовые завихрения магии.

— Можешь сменить пластинку? — раздражённо буркнул я. — От такой музыки только вешаться.

— А мне помогает, — пожала плечами Моргана, не отрываясь от работы. — Но если ты так просишь, хм... Вот более современная композиция, из моих любимых.

Она щёлкнула пальцами, и мелодия сменилась. Джо Дассен — «Если б не было тебя». Ещё лучше. Кажется, у феи врождённая неприязнь к весёлой музыке. Но, надо признать — я не знал, что бы делал, «если бы не было её».

— Ещё немного, — зевнул я, чувствуя, как веки наливаются свинцом, — и я лягу спать прямо тут, у тебя.

— Я не против, — как бы невзначай обронила она, но я заметил дрогнувший уголок её губ. Мне и самому идея начала казаться всё более соблазнительной, как вдруг фея часто-часто замахала крылышками. — Есть!

Над столом сверкнула маленькая, почти беззвучная фиолетовая молния, и все магические завихрения разом сошлись в сложный, многослойный узор, зависший прямо над копией свитка. Я вскочил с кровати и оказался рядом за пару шагов. Спать перехотелось моментально.

Моргана встала с кресла и указала на него мне.

— Садись.

— Да мне и так видно... — пробормотал я, хотя отдавал себе отчёт, что больше следил за изгибами её тела, пока она была поглощена работой. Особенно вид был хорош отсюда, сверху, пока она не встала.

— Знаю я, что тебе там видно, — фыркнула она, прикрывая стройные ножки в чулках подолом платья. — Здесь концентрация нужна, поэтому сядь.

В мгновение ока она оказалась позади меня и, положив руки на плечи, буквально вдавила меня в кресло.

Ух! В нашу первую ночь она не показалась мне такой сильной...

— Смотри, — Моргана наклонилась над моим плечом, её горячее дыхание обожгло шею. Аккуратные пальцы провели по ромбу, прорисованному прямо в воздухе самыми жирными линиями. — Вот эта фигура даёт стабилизацию. Тот, кто готовил свиток, рассчитывал, что он пролежит там долго. Либо делал это давно. Этот узор, — она сместила палец левее, на повторяющиеся вдоль краёв листа тончайшие завитушки, — нужен для сокрытия содержимого. Поэтому его не смогли обнаружить простые стражи. — Затем перламутровый ноготь Морганы обвёл центральные иероглифы, похожие на стеллаж и домик. — Это не просто слово. Это имя.

— Шинсуке, — тревожно выдохнул я, догадавшись.

— Правильно, — кивнула фея. — И в него искусно вплетены едва заметные черты рун, столбиком. Основы четыре. «Иса» — лёд, барьер. «Гебо» — обмен. «Турисаз» — прорыв. «Наутиз» — принуждение. Строго говоря, это двусторонняя сделка, в которой отдаёт только одна из сторон. И отдаёт она...

— Силу! — снова перебил я её, вскакивая со стула. Голос срывался на крик. — Кто-то черпает силу Шинсуке! Вот почему демоны его ищут! Их призывает не он!

Моргана отшатнулась, слегка напугавшись моего напора, но быстро взяла себя в руки.

— Тише, Марк! — примирительно подняла она ладони. — Это ещё не всё…

Её крылья за спиной затрепетали, излучая лëгкое синеватое свечение.

— Что ещё? — спросил я, не зная, какого нового свинства ожидать от этого свитка.

— Сядь, пожалуйста, — мягко, но настойчиво попросила фея. Я выполнил просьбу. Она снова ткнула пальцем в самый нижний, самый незаметный узор, представляющий собой всего одну закорючку. — Тот, кто стоит за этим, оставил на свитке свой символ. Вот он.

— Кто? — едва не выкрикнул я. — Кто он?

Моргана тяжело вздохнула и отвела взгляд, голос звучал тихо-тихо.

— А вот этого я понять так и не смогла. Прости...

Её крылышки снова замахали в тревожном, беспомощном ритме, а губы задрожали. Я не мог допустить, чтобы девушка, которая только что выложилась для моего дела, разрыдалась от чувства собственной неполноценности.

Я встал, подошёл ближе и обнял её, чувствуя, как её хрупкое тело слегка вздрагивает.

— Не переживай так, — тихо сказал я. — Кое-что важное мы всё-таки выяснили.

Моргана подняла на меня удивлённый взгляд, в её синих глазах плескались слёзы и вопрос.

— Но... я не смогла...

— Понимаешь, со скандинавскими рунами... наш брат, русский сказочник, обычно не в ладах, — начал я объяснять, не выпуская её из лёгких объятий. — Почему, например, наши китайские коллеги используют свои иероглифы, а арабские — свою вязь? Знаю, в Эпосе все границы размыты, но у нас, в Яви, они ещё очень даже существуют. Мы называем это «земельным признаком». Если ты успешно и стабильно используешь древние символы какой-то земли, это значит одно из двух: либо ты прямо сейчас на ней находишься...

— ...либо ты оттуда родом, — тихо, но уверенно закончила за меня Моргана, и её крылья наконец замерли.

— В точку! — Я одобрительно кивнул. — Так что загадочный колдун, который черпает силы и использует воображение нашего японского друга, должен быть как минимум европейцем. И я как раз припоминаю одного конкретного европейца, который использовал очень похожий набор рун, когда был... одним из нас. Проблема только в том, что к нему так просто в гости не заглянешь... И тут мне снова нужна твоя помощь.

— Конечно, — прошептала она, глядя на меня с безграничным доверием. — Ты уже дважды спас мой дом. Пока ты ведёшь эту охоту, я хоть как-то защищена. Поэтому — что угодно.