Чернила на асфальте

Глава 10

Утренняя прохлада только начала уступать место дневной жаре. Лиза, успевшая поспать всего три часа, сонно смотрела в окно дорогой иномарки Александра Лагутина. Машина мягко шла по утренней Москве.

— И почему вам понадобилось лично за мной приезжать? — ворчала она, сдерживая зевок. — Небось, какая-то бумажная волокита, с которой ваши клерки не справились? Герман вон офицер у вас, а всё равно постоянно спрашивает, что в документах начиркать.

Лагутин, сидевший за рулём, не сводил глаз с дороги. Его лицо было напряжённым и серьёзным.

— Об этой встрече не знает никто. Даже мои ближайшие подчинённые, — тихо начал он. — Сегодня утром я получил донесения уже о пяти ëкаях в разных концах города. После того, что Марк рассказал о предателе среди своих... — он с силой сжал руль, — я понял, что предателей, скорее всего, больше одного. И они могут быть в моей же общине.

Лиза насторожилась, остатки сна как рукой сняло.

— И что вы предлагаете?

— Мне нужен кто-то, кто будет действовать без приказов, без бюрократии, без отчётов. Кто-то, кто сможет бить чудовищ быстро и жёстко. Как это делал Кристоф Хаас. — Лагутин наконец посмотрел на неё. — И я знаю о твоём авторитете среди староверов, которые не в восторге от нынешних порядков. Прошу тебя, Лиза. Вернись в строй. Ненадолго. Призови боевого фамильяра и возьми эту миссию на себя.

Лиза тяжело вздохнула, глядя в окно на проплывающие улицы. Она чувствовала тяжесть этого решения. Возвращаться к тому, от чего она с таким трудом ушла, да ещё и убеждать других... Но с уходом из структур Ордена девушка не выбросила из сердца чувство долга.

— Вам повезло, — наконец сказала она, поворачиваясь к Александру. — Боевой фамильяр у меня уже есть. Был бы и раньше, но мой учёный котик не одобрял других кандидатов. Ждите весточки из зеркала.

— У нас уже лет триста как нет на вооружении волшебных зеркал, девочка. — Лагутин скептически хмыкнул, не отрывая взгляда от дороги. — Связь — по служебным каналам.

Лиза загадочно улыбнулась, доставая из кармана смартфон.

— Не волнуйтесь, Александр Викторович. Моя подружка использует самые обычные.

Она провела пальцем по экрану, активируя камеру, и на мгновение поднесла его к зеркалу заднего вида. Раздался щелчок фотографии. Лагутин машинально бросил взгляд на отражение и резко дёрнулся. Теперь из зеркала на него смотрела не только Лиза.

В отражении на заднем сидении вальяжно расположилась бледнокожая девушка в роскошном бордовом платье. Её губы были подкрашены в тон наряду, а вокруг смеющихся, хищных глаз застыли причудливые узоры, напоминающие пятна крови. Она хитро подмигнула главе Московской Общины, и тот, не удержавшись, перекрестился.

***

Крепкий чёрный кофе в глиняной чашке слегка дымился, навевая слабую, но упрямую мысль, что жизнь, возможно, не так уж и плоха. Его густой аромат перебивал даже вековую пыль архива Ордена, пахнущую старой бумагой и тайнами.

Проспав на старом кожаном диване в углу от силы пару часов, я уже чувствовал себя заметно бодрее. Немец, небось, там в приёмной уже запылился. Но он же не в курсе, сколько на самом деле времени требуется, чтобы поднять все нужные документы? Пусть и дальше верит в миф о русском бардаке, пока в вотчине Соломонова царит идеальный порядок без единой лишней пылинки.

— Спасибо большое, Аркадий Романович, — сказал я, делая первый обжигающий глоток. — Вы снова меня очень выручаете.

— Всегда пожалуйста, Марк, — старик дождался, пока я возьму чашку, и убрал со стола блюдечко. Папка с затребованными мной документами уже лежала у него под рукой. — Хоть какое-то развлечение перед заседанием.

— Опять Совет собирается? — уточнил я, чувствуя, как на лице появляется гримаса раздражения.

— Да. — Аркадий кивнул, поправляя очки. — Грошев снова выносит на обсуждение какую-то свою ересь. Насчёт «либерализации рынка магических услуг».

У меня невольно вырвалось:

— Как же это всё уже достало...

— Рад, что ты понимаешь, мой юный друг, — тяжко вздохнул архивариус. И вдруг я заметил в его руках другую папку, втрое толще моей, перевязанную суровой бечёвкой. Соломонов поймал мой взгляд, и на его морщинистом лице расплылась хитрая, почти мальчишеская улыбка. — Благо, мне тоже есть, что вынести на рассмотрение Высоких Пророков.

Сквозь стёкла его очей сверкнул совсем не старческий, живой и острый огонёк. Я не удержался от любопытства:

— И что это у вас там, Аркадий Романович?

— А это, — он с наслаждением произнёс каждое слово, — «Положение об антикризисном управлении в условиях внешней паранормальной агрессии», редакция тысяча девятьсот шестидесятого года. Должно... гхм... временно приостановить все эти «ценные инновации» наших ремесленников. Тарас Анварович, надо отдать ему должное, надоумил меня его прихватить и зачитать. Думаю, господину Грошеву будет весьма... познавательно.

— Вам не кажется, что Мезеров просто использует вас и ваш голос? — осторожно спросил я, делая скупой глоток из чашки.

Соломонов устало вздохнул, снял очки и принялся протирать их платком.

— Я прекрасно это понимаю, Марк. Не первый год живу. Но помнишь, я говорил тебе, что скоро придётся делать выбор? Мне пришлось. И сейчас Мезеров — меньшее из зол. К тому же, — он снова надел очки, и его взгляд стал цепким, — Тарас уже вернул вашему СРСП полномочия по взаимодействию с МВД. Его очень взволновало, что пока передовики геройствуют на севере, по Москве начали всерьёз гулять ёкаи.

— Настолько, что он решил объявить кризис?! — я не удержался и всплеснул руками.

— Кризис может объявить только Высший Пророк, — поправил меня архивариус. — Но, мне кажется, уже пора. Не потому, что всё реально рушится, а потому, что Грошев слишком заигрался. Моя роль в этом ничтожна, но я сделаю, что смогу, чтобы Тарас Анварович подавил эту бизнес-империю в зародыше. Искатели тоже на нашей стороне, а у них, напомню, целых два голоса в Совете. Если кризис будет объявлен... — он многозначительно посмотрел на меня, — то СРСП больше никто и ничто не помешает вести расследование. А уж Глеб наведёт порядок.