Чёрное Наследие Малфоев

Глава 3.

Ветер на астрономической башне выл диким хором, словно сама природа пыталась предупредить её об опасности, что поджидала внизу. Аурора стояла неподвижно, как изваяние, сжимая в руке единственный оставшийся финик, пока острые кристаллы перца не впились в кожу сквозь тонкую перчатку. Боль была чёткой, ясной и отрезвляющей, как и единственное решение, которое она приняла, глядя в свинцовую даль. Она не отступит.

Она спустилась в подземелья; её шаги, отмеренные и твёрдые, эхом отдавались в сырых, тускло освещённых каменных коридорах, пахнущих плесенью и старой магией. Аурора только вышла из гостиной Слизерина, направляясь в спальню, как наткнулась на высокую, худую фигуру, застывшую в дверном проёме, словно паук у входа в свою сеть. Беллатриса Блэк стояла, скрестив руки на груди, её длинные пальцы с тёмными ногтями барабанили по рукавам мантии. Тёмные, почти чёрные глаза горели лихорадочным, опасным огнём, в котором читалось обещание боли.

— Куда это ты так спешишь, малютка Малфой? — её голос был нарочито сладок, как испорченный мёд, но каждый звук, каждый изгиб интонации обещал унижение и страдание. — Не хочешь ли присоединиться к нашему... просвещённому обсуждению? Мы как раз говорили о верности. О настоящей преданности.

За спиной Беллатрисы, как тени, стояли двое семикурсников-Слизеринцев — крупные, уверенные в своей безнаказанности юноши, чьи лица выражали подобострастное внимание и голодное ожидание зрелища.

— Боюсь, не сегодня, Беллатриса, — сухо ответила Аурора, пытаясь обойти её, сохраняя маску безразличия. — Уроки. Эссе по Древним Рунам не напишется само.

Беллатриса резким, почти змеиным движением преградила ей путь; её мантия взметнулась, словно крылья хищной птицы.

— Уроки? — она фыркнула, и её смех прозвучал как сухой треск. — Ты всё ещё думаешь, что какие-то пыльные школьные свитки и ворчание старых профессоров важнее нашего великого дела? Лорд Волан-де-Морт не будет ждать, пока ты сдашь свои С.О.В., девочка. Он требует служения здесь и сейчас.

— Я прекрасно понимаю свои приоритеты, — парировала Аурора, чувствуя, как у неё в животе сжимается холодный, тяжёлый ком. — Но мой брат, Люциус Малфой, — она намеренно сделала ударение на имени, — лично настаивает на безупречных оценках. Или ты хочешь оспорить его волю и отвлечь меня от выполнения его прямого приказа?

Это был рискованный, отчаянный ход — апеллировать к авторитету брата. Беллатриса на секунду сжала тонкие губы, в её глазах мелькнула ярость, но затем она улыбнулась ещё шире и страшнее, обнажив ровные белые зубы.

— Милая, Люциус не здесь. А я — здесь. И я считаю, что тебе не помешает дополнительная... практическая подготовка. После твоих драгоценных уроков. В Запретном лесу. У пруда.

Один из семикурсников подавил хихиканье, прикрыв рот рукой. Аурора поняла всем существом: это не просьба, а ультиматум. Отказ будет расценен как трусость, слабость или, что в тысячу раз хуже, — нелояльность делу Тёмного Лорда.

Ловушка захлопнулась. Сердце Ауроры заколотилось в грудной клетке, как пойманная птица. Она выпрямила спину, вкладывая в свой ответ всю оставшуюся волю.

— Как скажешь, Беллатриса, — кивнула она, стараясь, чтобы голос не дрогнул и не выдал парализующего страха. — После астрономии.

— Прекрасно, — Беллатриса наклонилась ближе, и её шёпот был подобен ядовитому шипению змеи, ползущей по уху. Её дыхание пахло мятой и чем-то металлическим. — И захвати свою палочку. Настоящие уроки требуют настоящей практики. Будем надеяться, ты окажешься способнее, чем выглядишь.

Она резко прошла мимо, намеренно толкнув Аурору плечом, так что та едва удержала равновесие. Семикурсники, ухмыляясь, бросили на неё уничижительные, насмешливые взгляды и последовали за своей предводительницей, их шаги гулко отдавались в пустом коридоре.

Аурора осталась стоять одна в холодном подземном полумраке, чувствуя, как предательски дрожат её руки. Она сжала кулаки, пытаясь взять себя в руки. "Практика" с Беллатрисой в Запретном лесу, ночью... Это могло закончиться чем угодно — от унизительного и болезненного поражения в поединке до настоящих, серьёзных травм, которые спишут на "несчастный случай" во время незаконной тренировки.

Она посмотрела на серебряные карманные часы, достав их дрожащей рукой. До астрономии оставалось несколько часов. Этого времени едва хватит, чтобы мысленно подготовиться к ночному кошмару, перебрать защитные заклинания, проанализировать слабые места Беллатрисы. И она точно знала, что не сможет обратиться за помощью к профессорам — жаловаться на старшекурсников, особенно на такую влиятельную, как Беллатриса Блэк, было против неписаных, но железных правил Слизерина. Это был знак слабости. А слабых в её доме не жаловали. Она была абсолютно одна.

Мысленно перебирая защитные заклинания, Аурора направилась в библиотеку; в её душе бушевала смесь страха и яростной решимости. Ей нужен был каждый шанс, каждый клочок знания, чтобы не просто выжить в этой «практике», а найти способ превратить её в свою собственную, опасную игру.

Луна над Запретным лесом была похожа на бледный, равнодушный глаз, наблюдающий за тем, как Аурора отступает под градом тёмных, извивающихся заклинаний. Воздух трещал от магии, пахнув озоном и гарью. Беллатриса не церемонилась. Каждое её заклинание было быстрым, как удар кобры, точным и безжалостно жестоким.

— Протего! — выкрикнула Аурора, едва успевая поднять дрожащий щит. Кроваво-красная молния, посланная Беллатрисой, с грохотом отрикошетила в ближайшую сосну, оставив на коре глубокий, дымящийся шрам и опалив хвою.

— Слишком медленно, малютка! — почти напевала Беллатриса, грациозно обходя её по кругу, как хищница, загоняющая добычу. Её тёмная мантия сливалась с тенями. — Ты думаешь, Тёмный Лорд будет ждать, пока ты настроишь свою жалкую защиту? Круциато!

Аурора отпрыгнула в сторону, но конец жгучего луча всё же задел её плечо. Волна острой, жгучей боли пронзила тело, заставив её вздрогнуть. Она сглотнула крик, стиснув зубы до хруста, и почувствовала, как по руке разливается тепло от проступившей крови.