Черновик счастливого дня

Если бы

Ты помнишь класс, высокий свет в окне,
Шум парт и мел, и чей-то взгляд украдкой?
Я рядом был, как эхо в тишине,
Как слово, не рискнувшее стать правдой.

А ты смеялась, просто, без причины,
А я ловил тот смех, как редкий знак;
Мне каждый день казался половиной,
Пока я прятал главное в глазах.

Я знал твой шаг, твой почерк, поворот,
Как знают дом, в который не войдут;
И сердце шло к признанью каждый год,
Но страх всегда оказывался тут.

Я мог бы подойти. Сказать. Коснуться.
Обычным тоном, без больших речей.
Но легче было в тишье окунуться,
Чем сделать шаг и стать чуть-чуть родней.

Я долго нёс любовь, как тени за спиной,
Не смея вслух назвать её своей;
И потому, устав быть тишиной,
Я выбрал путь попроще, поровней.

Я выбрал ту, с кем легче не мечтать,
Где шаг вперёд - обычное движенье;
Где можно было сердце не держать
На грани риска, боли и сомненья.

И в выпускной, под музыку и свет,
Я с ней кружил, как будто всё верно;
Но сквозь улыбки, платья и букет
Я видел взгляд твой - тихий и прямой.

Он не был ни упрёком, ни мольбой,
Он просто знал, без слов и без речей;
Не ей солгал я - только сам собой
Той правде, что была всего важней.

Теперь я понял: выбор не всегда
Про счастье, смелость, верный поворот;
Порой мы выбираем навсегда
Не ту любовь, где меньше страх берёт.

Теперь мы - книги, розные судьбой,
Где след руки давно уже истлел;
В молчании, оставшись сам с собою,
Я вспоминал, : «А если б просто посмелел…».

Я не прошу ни встречи, ни ответа,
Мне дорого и это «не успел»;
Любовь - она ведь тоже форма света,
Даже когда сказать её не смел.

Потом я сделал вид, что всё прошло,
Что можно просто вычеркнуть, забыть;
Как будто сердце – список без имён,
Где лишнее легко убрать и жить.

Я удалил твой след из тихих дней,
Из слов, из встреч, из мелочей былых;
Чтоб не ловить в толпе чужих огней
Тот взгляд, что ближе всех моих родных.

Я отучил себя искать твой свет
В чужих чертах, в дыхании весны;
И научился верить: тебя нет
Здесь для меня, ты вне моей судьбы.

Так проще жить, не пряча в сердце след
Того, что не случилось и не стало;
Когда былое больше не ответ
И тишина над мыслями настала.

Но странно: вычеркнув тебя из дней,
Я не освободил свою судьбу,
Ты просто стала тише и сильней
Внутри того, кем я теперь живу.

Мне говорят - прошло. И я киваю.
Я научился верить этим дням.
Мне правда легче, я не вспоминаю
Твой голос по ночам и по утрам.

У тебя жизнь. Дороги, люди, планы,
Другие окна, лица, имена.
Я рад, неискренне, без раны,
Как радуются, глядя из окна.

Мы разлетелись, словно птицы к югу,
Не оглянувшись, каждый в свой поток;
И нет в том зла, ни долга, ни испуга,
Лишь разный ветер, разный потолок.

Мне правда больше не болит;
Но иногда, без повода, без смысла,
Когда случайный вечер замолчит,
Я слышу отголосок прежней мысли.

Но боль, она не крик, не наказанье,
Она, как эхо в дальней тишине:
Не слышно днём, но в редкое молчанье
Она напоминает о тебе.

Ты не утрата, не вина, не боль,
Ты - путь, что вёл не к той тропе;
И всё же я признателен судьбой
За всё, что было, честно и вдвойне.

И, если честно, мне уже не больно;
И, если честно, боль жива порой.
Мы разошлись естественно и вольно,
Как птицы - каждый с собственной весной.

Я больше не зову тебя во снах,
Не жду ответа в тишине ночной;
Твоё лицо, как отблески на окнах,
Что был и стал далёкой стороной.

Я отпускаю, не в забвенье лет,
А чтоб хранить без имени и снов;
Есть тайны, что не просятся на свет,
Их можно пронести сквозь жизнь без слов.

Пусть дальше каждый выберет свой путь,
Не оглянувшись, не считая шаг;
Я сохраню в себе не боль, а суть
Того, что было, честно и не так.

Мы разошлись не с шумом, не с войной,
А как расходятся рассвет и ночь;
И в этом есть покой, и есть иной
Закон любви - уйти и не помочь.

И если вдруг когда-нибудь, потом,
Мы вспомним этот школьный, хрупкий свет,
Пусть это будет тёплым, тихим днём,
Без «почему», без «если», без «привет».

***

Тебя любила, тихо, без надежды,
В тетрадных строчках, в взгляде робком глаз;
Ты шёл сквозь дни беспечно и небрежно,
Не замечая трепет мой ни раз.

Звонок звенел, как приговор разлуки,
Года текли, стирая детский страх.
Я прятала любовь в улыбке скуки,
В чужих стихах, в несказанных словах.

Мы рядом шли, но будто в разных снах:
Ты - вслух, легко, не думая о завтра,
А я - с любовью, спрятанной в глазах,
С мечтой, что всё когда-нибудь внезапно…

Ты звал, не вслух, но взгляд твой был заметен,
В нём музыка уже звала в полёт;
В тот миг мой шаг мог быть заметен,
И вальс тогда бы закружил народ.

Но я молчала. И под сводом зала
Ты так и не взлетел в заветный круг;
Я робостью своей тебя лишала
Того, что дарит музыка и друг.

Ах, робость, злая спутница желаний,
Сковала грудь непобедимым льдом;
Лишь в дневнике, без слов и оправданий,
Я имя повторяла тайно в нём.

Я не сказала. И в этом вся вина.
Боялась быть смешной, простой, ненужной.
Любовь была наивна и честна,
И оттого, так хрупко-безоружна.

Теперь мы разлетелись, словно птицы,
И редко нас былое соберёт;
Иной уж мир в глазах твоих струится,
Иная радость, и иной полёт.

Но если вдруг, в толпе, среди мгновений,
Мелькнёт твой образ, сердцу дорогой,
Вся жизнь замрёт, в коротком отраженье,
И боль вернётся тихой и немой.