Черновик счастливого дня
Последняя строка
Я прожил жизнь в чернилах и словах,
Где каждый звук искал себе значенье;
Где мир дрожал в расставленных строках
И вечность пряталась в коротком мненье.
Теперь я стар. И строки не спешат.
Рука дрожит не от былых волнений,
А от того, что слишком много дат
Прошло сквозь сердце, память и сомненье.
Я знал любовь, и славу, и разлад,
И цену дружб, и горечь одиночья;
Я знал, как слово поднимает взгляд
И что молчать трудней, чем ставить точку.
Мне больше не нужны ни спор, ни шум,
Ни битва с веком, ни венцы эпох;
Я понял: высший труд - смирить свой ум
Перед тишиной, пред временем и Богом.
Я вижу, как беспечно юность жжёт
Себя в огне мгновений и желаний;
Я знаю: всё, что ныне в них живёт,
Однажды станет пеплом поминаний.
И если кто прочтёт мои листы
В чужом году, без имени и звука,
Пусть знает, что у этой внешней простоты
Стоял старик, уставший быть разлукой.
А я уйду без грома и венца,
Оставив миру строчки, как приметы;
И, может быть, последняя строка
Сильней всего расскажет о поэте.
Отредактировано: 14.01.2026
Добавить в библиотеку 