Черный Ангел

Глава пятнадцатая КРУЖОК

— Фиби, — неловко обратился Нил, — у меня в кошельке всего десять долларов.

Стрелка настенных часов указывала на половину пятого вечера, а это означало, что оранжевый вечер наступил. Закат выплеснул свои краски в город, и это душило горло. Отец все сидел за белым столиком, время от времени посматривая на меня. Я сидела напротив и постоянно проверяла окна: вдруг там появится Трент? В доме не были включены ни телевизор, ни плита, ни радио. Абсолютная аналогичная тишина, лишь громкое биение моего сердца. Все тело содрогалось от его ударов, а еще больше — от предположений и догадок.

В ответ на намек Нила я заверила, что не нуждаюсь в деньгах и пусть мое присутствие его не смущает. Вроде бы он смирился.

— Нет, — отложил отец газету в сторону. — Милая, если ты хочешь поговорить со мной о машине, давай. Я же вижу, ты хочешь поговорить! Иначе ты не сидела бы и не смотрела на меня… вот так вот!

— Нет, нет, пап! Все в порядке. Ты читай газету, я тихонько посижу.

— Ну, тогда, может, тебе тоже стоит что-нибудь почитать? — Папа принес мне глянцевый журнал и сел на место.

— Спасибо, — сделала я заинтересованный вид и открыла журнал.

Стараясь вдуматься в том, что читаю, я понимала, что мои мысли заняты не свежими новостями и кинозвездами, а отцом и его безопасностью.

Время беспощадно тянулось, в то время как я начинала понемногу уставать от перенапряжения. Не буду же сидеть здесь дурой еще два-три часа! Конечно, закат исчезнет, но, по-моему, сама кульминация рассеется, когда сюда приедет мама и заберет меня. Стрелка часов гнетуще передвинулась на следующую минуту.

— За книгой схожу, — встала я из-за стола. — В этих глянцевых журналах одни только сплетни.

Отец одобрительно кивнул. Наверное, подумал, дочурка к знаниям стремится…

В гостиной у Нила на полках всегда куча классики. Я вошла в комнату и застыла: в окне кто-то прошел. Или мне на нервной почве почудилось? Я вернулась на кухню и прошла к двум окнам, которые располагались по две стороны от входной двери — эта часть кухни была названа прихожей. Оранжевая улица — больше ничего не бросилось глаза, когда я приковала их к окнам. Значит, временный отбой тревоги.

Я обернулась: Нил с недоумением смотрел на меня, застыв в читательской позе.

— Одноклассника увидела, — оправдалась я и зашагала обратно к книгам.

Правда, не стоило так уверенно туда шагать, я могла и закричать, привлекши тем самым внимание Нила. В центре гостиной стоял Трент. Он был одет с иголочки: по-прежнему идеально чистый черный пиджак, брюки, элегантный галстук, изумрудные, наполненные душераздирающей иронией глаза.

«Это тот самый момент, — поняла я. — Только как он проник в дом?».

Взгляд пал на открытое в комнате окно, и я даже не стала забивать себе голову тем, как именно ему удалось его открыть.

Хуже ситуации я не встречала. Сзади меня, на кухне, сидел родной папа, от которого я так неумело скрываю тайну, впереди меня — мой заклятый враг, который при любой удобной возможности нападет. Я — единственное, что удерживает две эти грани. Созданный мною барьер служил не только защитой, но и тупиком: вот что мне делать? Не закричать — это предел глупости в данный момент, не оттолкнуть — сама отлечу на кухню, не пригрозить — услышат.

В дом позвонили. Я подпрыгнула на месте и попятилась.

«Это мама! — поняла я. — Мое присутствие здесь не должно было допустить всего этого! Так почему это повторяется? Я даже силы в себе не открыла!».

Слезы начали накапливаться в глазах.

Папа подошел к двери и открыл ее. На пороге стоял наш сосед — маленький толстенький мистер Бон. Моя душа, позвони сюда мама, вырвалась бы самостоятельно, без способностей Трента.

— Да, Бон, — устало поприветствовал его Нил.

Отца он, честно говоря, достал жалобами о кране с водой. Не знаю, почему в глазах соседа мой папа является сантехником, но это шестой приход по одной и той же причине.

— Да вот что-то с краном опять, — признался Бон.

Мужчина выглянул из-за Нила и уставился в гостиную — я так и не поняла, на меня он смотрит или…

— А это кто? — поинтересовался Бон.

Отец повернул голову через плечо.

— Дочка, Фиби.

— Красавица! — похвалил тот.

Я потеряла дар речи. Неужели я таких больших размеров, что закрыла собой Трента?

Нет, это не так. Просто парня уже не было. Окно закрыто, как будто все это игры моей фантазии.

Где-то через час, когда накаленная атмосфера снизилась до минимума и закат быстро зашел за горизонт, на мой сотовый позвонила мама.

— Я здесь, — сказала она.

— Отлично! Уже выбегаю! — обрадовалась я: отчасти из-за того, что все и впрямь закончилось!