Чёрный человек

Глава 3.

До второй половины дня, у меня не получалось словить Максима, как в воду канул. На уколах не был, в столовую не приходил. Я туда-сюда шныряла по коридору, в надежде его застать. Терпение лопнуло, решила напролом – проверять каждую палату. И как обычно бывает, только собралась выполнить задуманное, как потеряшка объявился сам.

– Уфф, живой, – успокоилась я. – Куда провалился?

– Спал, – устало отреагировал Максим.

– Пошли ко мне, обговорить надо…

– Давай после ужина, есть хочу зверски.

Его слова меня взбесили. С пяти утра на ногах. Места себе не нахожу, а он спит понимаете. Но, не осмелившись всё высказать, я согласилась.

– В одиннадцатой, вечером, жду.

Он явился только к девяти. Его новый вид привёл меня в замешательство. Футболка и шорты болтались, выглядели на несколько размеров больше, что ещё сильнее подчеркивало его худобу. Рыжие волосы, распушившись, торчали в разные стороны, наверное, после душа. В совокупности с его ростом, он сейчас более походил на домовёнка Кузю, чем на подростка пятнадцати лет.

– Извини, – начал Максим, – Помыться ещё сходил, неделю грязный хожу.

Он залез на кровать и сел напротив меня, не забыв снять обувь.

– Иии? – удивленно приподняв брови, я чуть двинулась к нему.

– Что И? – на дурачка ответил Максим.

– Издеваешься?

– Ааа, прости. Выбился из сил. Сегодня ещё капельницу какую-то поставили, как мне сказали, успокаивающую и расслабляющую. Вот и тянет на сон.

Он и правда выглядел вялым, как засохший огурец.

– Поэтому такой спокойный?

– Уставший, – поправил он. – Чёрный человек доконал.

– Чёрный человек? – от изумления я приоткрыла рот. – Расскажи.

Максим, слегка поёрзал, скривил гримасу и одним движением спрыгнул с кровати, взял с соседней подушку и вернулся обратно.

– Вот так удобнее, – резюмировал он. – Ты и сама его видела.

Максим, сглотнув сделал паузу.

– С месяц назад… Он начал приходить ко мне, во снах… Дикие кошмары, где я каждый раз пытался убежать, но всё напрасно… Эта тварь догоняла, а я просыпался от морозной дрожжи и холодного пота… На прошлой неделе… Ночью мне приспичило по-маленькому, и то ли спросонья, то ли позабыв про игру воображения, я пошагал в туалет. А когда сделал все дела, на обратном пути, через приоткрытую дверь спальни, разглядел силуэт. Испугавшись, шмыгнул в коридор и выбежать на улицу…

– Хочешь сказать, месяц тебя донимали ужасы, но ты не соизволил никому сообщить? Родителям? – перебила я.

– Отец только отмахнулся и дал понять, что если ещё раз его разбужу, то мне несдобровать… – пожал плечами Максим.

– И всё?

– А, что, по-твоему? Попросить совета школьного психолога? Классухи? Да они, тут же бы меня сдали, куда следует. Плюс ко всему, реально считал, что чёрный человек – плод моей фантазии.

– Весьма настоящий плод, – конкретизировала я. – Когда его снова ждать?

– Не знаю… он впервые тут объявился.

– А ты не пробовал, подойти к нему?

Без понятия, почему эта мысль пришла ко мне в голову, но сейчас она казалась единственным правильным выбором. Жутким, возможно глупым и неразумным, но правильным.

– ШУТИШЬ?

– Определенно, нет. Страх нужно встретить лицом, а не задним местом.

– Слушай, есть вероятность, что мы оба сошли с ума? Быть ненормальным меня боле удовлетворяет, чем обнимашки с непонять кем.

Я пыталась сдержаться, но смешинка вылетела из моих уст.

– Что? – озадачился Максим.

– Ничего, просто представила, ваши так называемые обнимашки.

Теперь смешинка перепрыгнула на Максима. Мы лыбились друг на другу, на минуту позабыв положение.

– Извини за нескромный вопрос: что на тебе надето?

– Эмм, – он растянул футболку. – Папины шмотки. Соседка, не разбираясь принесла.

Внезапно до меня дошло. Малой, сидевший напротив, на днях был героем хроники происшествий. Это его обнаружили полуголого на улице. Теперь всё ясно, от какого монстра он убегал.

– А родня где? – интерес меня не отпускал.

– Отец занятой… всё в командировках. Да и зол сейчас. Ему пришлось побегать по инстанциям, штраф уплатить за мои полуночные прогулки.

– Мама? – спросила я, чувствуя, что ответ будет не приятным.

– Пять лет, как нет…

– Прости.

– Ничего, уже привык, – тихо произнёс он.

Я ему не поверила. С таким свыкнуться невозможно.

– Почему туалет? – тут же задала вопрос, чтобы избежать неловкости.

Максим опять пожал плечами.

– Искал безопасное место. В палате, кроме меня – никого, а в туалете для мальчиков окно во всю стену. У вас же, можно удобно спрятать за кабинки, если кто-то зайдёт, едва ли заметит. Ну я ещё лампочку одну скрутил, чтоб темнее было.

История на сто баллов, в голове не укладывается. Не видя монстра своими глазами, я бы посчитала его вруном. Но всё складывалось иначе.

– Психолог сегодня донимал вопросами. Пришлось соврать, что у меня недержание на нервной почве. Спросонья перепутал дверь, а в полумраке столкнулся с тобой, когда зашла Люба.

– Что дальше? – недоумевала я.

Максим развел руки в стороны.

– Понятия не умею. Убежище раскрыто – туда нельзя. Бежать тоже не вариант. Отца могут упечь на несколько суток, до выяснения обстоятельств.

– Были прецеденты?

– Ну как сказать… После смер.. Когда мамы не стало, он слетел с катушек. Много пил и бывало отрывался на мне…

Максим отпустил стеснительный взгляд на руку. Несколько шрамов “красовались” на тыльной стороне предплечья.

– Вот урод! – эмоции вспыхнули во мне.

– Нет, папа хороший. Просто не справился с потерей. Сейчас, конечно, изменился и пальцем меня не тронет. Но он перестал улыбаться, стал строгим, отчужденным.

Я затихла и не решилась вставить и слова. Мы оба потеряли родных. Мальчик, сидевший напротив ощутил всё внутреннее одиночество. Отец, который должен быть сильным, сам обмяк, как губка. Он бросил сына в яму, закрылся от него преградой терзаний, и избавляя себя от боли, наносил её другим. Как же я благодарна своей маме, что она не ушла в себя, не зациклилась на смерти и помогла мне выбраться из мрака скорби.