Чёрный цвет солнца

Эпилог

Веснушчатая женщина со светлыми волосами и ярко-голубыми глазами налила в кружку ароматный мятный чай и поставила его рядом с кареглазым темноволосым юношей, который с аппетитом доедал хлеб с вареньем из смородины.

- Возьми еще, Вань, - Радмила придвинула к юноше тарелку с порезанным хлебом.

- А мне можно? – спросил светловолосый мальчишка лет пятнадцати, сидящий на краю лавки, рядом с Игорем.

- Тебе, Илья, уже хватит, - буркнула Ольга. – Вон, какие щеки наел. Тебе худеть надо, а Ваньке, наоборот, вес набирать.

Мальчишка уныло опустил голову и вздохнул. Игорь задиристо пхнул его в плечо и взлохматил светлые кудри.

- Ничего! Немного потренируется с волколаками и станет богатырем! – объявил он. – Будет защищать наш мир от всяких супостатов.

- Так ведь та злая ведьма мертва, - сказал паренек.

- Зато живы ее союзники, - волколак поднял вверх указательный палец. – Всегда нужен глаз да глаз. Правда, Оль?

Охотница согласно кивнула.

- Поэтому Хал, как только оправился после ран, так сразу и улетел за моря, чтобы искоренить всех, кто может вновь повторить замысел Гаяны, - задумчиво сказала она. – Надеюсь, он когда-нибудь вернется к нам.

- Сомневаюсь, - тихо заметил Игорь. – Мы напоминаем ему о ней…

Радмила тяжело вздохнула. Иван потупил глаза вниз и сделал несколько глотков чая.

Стараясь выглядеть равнодушной, Ольга подошла к столу и, взяв кусок хлеба, намазала его вареньем и откусила кусок. Жуя, она окинула взглядом сидящего рядом Ивана и делано безразлично заметила:

- У тебя румянец появился. Не зря Радмила тебя все это время откармливала.

Иван машинально коснулся своих щек, ставших заметно пухлее. Взглянул на свое лицо, которое отражалось в боках самовара.

- Действительно, румянец, - удивленно пробормотал он.

- Как у девицы, - захохотал Игорь, за что тут же получил тычок от Ольги. – Всяко лучше, чем упырья морда, - перестав смеяться, сказал волколак.

- Колдовские силы пропали – появились щеки, - улыбнулась Радмила.

Иван еще раз взглянул на свое отражение: на лбу уже не осталось никаких следов от выцарапанных Гаяной ран, а некогда черные глаза теперь снова стали прежними, темно-ореховыми.

Залпом допив чай, Иван резко встал из-за стола.

- Уже уходишь? – спросила Радмила.

- Да. Пора.

- Хотя бы присядь на дорожку.

- Так сидели уже, - поморщился юноша.

Знахарка бросила на него взгляд, не терпящий возражений. Иван вздохнул и послушно опустился на край лавки. Досчитав до пятнадцати, он встал и сказал:

- Что ж, прощайте.

- Бывай, друг, - гаркнул Игорь.

- Доброй дороги, Ваня, - пожелала Радмила.

- Пока! – рассеяно бросил светловолосый Илья, поглядывая на хлеб и варенье.

Ольга подошла к Ивану и, положив руку ему на плечо, тихо сказала:

- Попрощайся с ней за меня и передай, что я скучаю…

- Передам, - пообещал юноша и, не оборачиваясь, вышел из избы.

Шагая по дороге, ведущей к западным воротам, Иван остро чувствовал на себе колючие взгляды жителей Залесово. Жалея, что у него не было его черного плаща с капюшоном, юноша низко склонил голову и ускорил шаг. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как из бездушного колдуна с темными силами он стал совершенно обычным человеком, но люди все еще шептались за его спиной и недовольно поглядывали на него.

Без тени сожаления покинув Залесово, Иван быстро пересек луг и вошел в лес. Несмотря на то, что он давно перестал быть хранителем, ноги сами привели юношу к заветному дуплу, рядом с которым его ждал леший.

- Пришел меня проводить? – спросил Иван, плотнее запахиваясь в потрёпанный кафтан. Прохладный осенний ветер пробирал до костей.

- Не только тебя, - ответил Арсений. – С ней тоже, - он кивнул на тень Ивана.

- Она скучает по тебе. По всем вам.

- Знаю. Она была хорошим хранителем и прекрасным другом.

Иван промолчал и кинул нетерпеливый взгляд в сторону дупла. Леший понял, что ему натерпится уйти, и не стал его задерживать. Отошел в сторону и сказал:

- Передай ей от меня спасибо. За все.

- Передам, - в который раз пообещал Иван, стараясь запомнить еще одно послание.

Он подошел к дуплу и коснулся рукой его шероховатой поверхности. Дожди полностью смыли с него кровь, которой его облила Гаяна. Уже ничто здесь не напоминало о том жутком дне.

Последний раз взглянув на ярко-оранжевое солнце, Иван вздохнул и шагнул в дупло.

На несколько мгновений его окутала темнота. В нос ударил запах раздавленных грибов и мха. Сделав несколько шагов вперед, он вышел на свет и инстинктивно закрыл глаза ладонью. Проморгавшись, Иван огляделся вокруг и, хмыкнув, достал из рюкзака Маши компас. Определив дальнейшее направление, юноша уверено двинулся вперед.