Черный наследник и Проклятая принцесса

Глава 3. След

Лиорелль

Шаги приближались.

Сначала они были далеко — просто шум где-то за линией деревьев, как будто лес сам пытался убедить меня, что мне мерещится.

Но через несколько секунд стало ясно: это не ветер и не зверь.

Люди.

Их было несколько.

Я слышала, как ломаются тонкие ветки под сапогами, как цепляется ткань за кусты, как кто-то тихо ругается себе под нос.

Слова пока не разбирались, но интонации не оставляли сомнений: они шли уверенно, не сбиваясь, будто заранее знали, куда.

Я сидела на земле, мокрая и дрожащая, и всё во мне было слишком медленным.

Дыхание то и дело срывалось, в груди жгло после кашля, мышцы оставались ватными, как после долгой болезни.

Я пыталась подняться раньше.

Пыталась доказать себе, что смогу уйти.

Но ноги дрожали так, что это было похоже на плохую шутку.

Рядом стоял тёмный незнакомец.

Он почти не двигался.

Только смотрел в сторону леса, куда приближались шаги.

И от его спокойствия мне становилось хуже — не потому что он был слабым, а потому что он был слишком собранным.

Будто всё это для него не неожиданность, а просто ситуация, в которой нужно действовать правильно.

— Тихо, — сказал он.

Слово прозвучало спокойно, но в нём было столько власти, что у меня перехватило дыхание.

Я хотела спросить, кто они.

Хотела прошептать: “они идут сюда?”

Но язык будто прилип к нёбу.

Я испугалась собственного голоса.

Испугалась даже того, как громко стучит сердце.

Шаги стали ближе.

И вместе с ними я услышала ещё звук — низкое фырканье и металлический звон, будто кто-то вёл зверя на поводке.

Не лошадь.

Не обычную собаку.

Этот звук был тяжелее, грубее.

Я подняла взгляд на незнакомца.

Он не посмотрел на меня.

Только крепче сжал моё запястье, и я почувствовала тепло его руки — резкое, уверенное.

Это прикосновение держало меня в реальности так же надёжно, как боль держит от обморока.

— Они… — я сглотнула. — Они ищут меня?

Он ответил не сразу, словно выбирал слова.

— Если увидят — заберут, — сказал он коротко.

И это прозвучало хуже любого “убьют”.

Заберут — значит исчезнуть.

Стать вещью.

Становиться чужой добычей, пока не останется ничего своего.

Я стиснула зубы, пытаясь не дать дрожи вырваться наружу.

— Я не вещь, — выдавила я.

Он взглянул на меня впервые за всё это время.

И этот взгляд был слишком прямым.

— Для них — да, — сказал он тихо. — Сейчас ты именно вещь.

Меня кольнуло, будто он ударил в самое слабое место.

Правдой.

Без жалости.

Без смягчений.

Я дёрнулась, пытаясь высвободить руку.

Глупо.

Бессмысленно.

Он даже не усилил хватку, просто удержал меня — спокойно, точно, будто я причиняла вред не ему, а себе.

— Встань, — сказал он.

Я попыталась.

Колени подогнулись почти сразу, и я бы упала, если бы он не подхватил меня одним движением.

Горло сжалось от унижения, и мне пришлось отвернуться, чтобы он не увидел, как сильно это задело.

Но времени на это он не оставил.

Незнакомец потянул меня к себе резко, будто решая за двоих.

И накрыл плащом так быстро, что я не успела даже вдохнуть, чтобы возмутиться.

Темнота ткани ударила в лицо.

Запах — сухой, холодный, как пепел.

И мир вокруг будто стал тише.

Не исчез, но отодвинулся.

Голоса звучали приглушённо, шаги — словно дальше, чем должны быть.

Как если бы нас здесь не было.

Как если бы лес сам сделал вид, что эта ночь проходит мимо.

Я стояла почти вплотную к нему.

Слишком близко, чтобы это было безопасно.

Слишком близко, чтобы я могла свободно дышать.

Я слышала, как ровно он дышит.

И слышала, как громко дышу я.

Шаги подошли вплотную.

Теперь я различала слова.

— Здесь, — сказал один. Голос был низкий и уверенный. — След свежий.

— Река рядом, — ответил другой, грубее. — Значит, была здесь. Сказали, она далеко не уходит.

У меня внутри всё сжалось.

Она.

Они знали, что ищут девушку.

Я почувствовала, как в груди поднимается паника — вязкая, слепая.

Она приходила не как мысль, а как удар по телу: сердце ускорилось, горло стало узким, пальцы заледенели.

Я стиснула зубы, стараясь удержаться.

Дыши.

Только дыши.

Но дыхание предавало.

Оно дрожало.

Срывалось.

Незнакомец сжал моё запястье сильнее.

На грани боли.

И я внезапно пришла в себя, будто меня окатили ледяной водой.

— Дыши, — прошептал он почти у самого уха. — Тихо.

Я вдохнула.

Сдержанно.

Через силу.

Зверь снова фыркнул рядом.

Так близко, что у меня поднялись волосы на затылке.

Он сопел, водил мордой, будто пробуя воздух.

Я не знала, что он чувствует — запах, след магии или просто страх, — но каждая секунда казалась последней.

Я вцепилась в ткань плаща так крепко, что пальцы свело.