Черный наследник и Проклятая принцесса

Глава 8. Цена

Глава 8.

Лиорелль

Он вошёл так, будто рассвет принадлежал ему.

Словно дом не был убежищем, а продолжением его самого — таким же молчаливым, таким же выверенным и закрытым от всего лишнего. Он не торопился, не оглядывался по сторонам, не проверял углы. Просто прошёл вперёд, снял плащ и бросил его на спинку стула, как человек, который возвращается сюда не впервые.

Лири сидела у камина, сжимая перстень в ладонях.

Пальцы всё ещё дрожали от усилия, которое она только что приложила, чтобы не сорваться. Глубина не ушла до конца, но притихла, будто отступила на шаг, узнавая его присутствие. И это бесило сильнее, чем страх: даже сейчас Лири чувствовала, что рядом с ним легче.

Он остановился на расстоянии вытянутой руки и посмотрел на неё сверху вниз.

В его лице не было ни удивления, ни мягкости. Только внимательность, холодная и точная, как лезвие.

— Ты почти сжала его, — произнёс он ровно.

Лири подняла подбородок.

— Я не звала тебя.

Он не ответил сразу. Его взгляд задержался на перстне — на том, как крепко она держит его, будто это не украшение, а последнее, что связывает её с поверхностью.

— Но держала так, будто собиралась, — сказал он негромко.

Лири медленно разжала пальцы и положила перстень на одеяло рядом.

— Я справилась бы сама, — сказала она. Не оправдываясь. Не доказывая. Просто обозначая границу.

Он чуть склонил голову, словно оценивая её слова.

— Почти справилась, — поправил он.

Это прозвучало жёстче, чем нужно.

И, возможно, он сам это понял, потому что добавил уже спокойнее:

— Но ты держалась дольше, чем я ожидал.

Лири не знала, что ответить на это.

Внутри было странное чувство: она не хотела ни благодарности, ни похвалы, но то, что он вообще заметил её усилие, было… раздражающе важным.

Она поднялась, чувствуя, как ноги слегка подкашиваются от усталости, но не позволила себе пошатнуться. Она слишком много раз теряла равновесие в его присутствии — физически и иначе.

— Ты вернулся быстро, — сказала она тихо. — Я думала, тебя не будет дольше.

Он бросил взгляд на камин, на последние угли, едва живые.

— Чуть больше суток, — ответил он. — Этого достаточно.

Лири сжала губы.

Вопросы копились с момента, как он вышел за дверь. И теперь они были не капризом, а единственным способом не потерять почву под ногами.

Она посмотрела прямо на него.

— Кто ты?

Он повернулся к ней.

Помолчал несколько секунд, словно решая, стоит ли вообще открывать хоть что-то.

А потом произнёс:

— Каэль Арденхольт.

Лири замерла.

Она знала это имя. Она должна была знать — даже если память предавала её, такие вещи не забываются. Имена королевских персон соседних государств впитываются с детства вместе с этикетом, дипломатией и правилами выживания.

Каэль Арденхольт.

Чёрный наследник.

Сильнейший маг королевства, о котором говорили вполголоса. Тот, кого боятся — и не зря.

Лири медленно вдохнула, чувствуя, как внутри всё перестраивается.

Значит, она не просто оказалась рядом с человеком, который умеет открывать порталы.

Она оказалась рядом с тем, кто может раздавить её одним движением — и даже не заметить.

И всё равно не сделал этого.

Она встретила его взгляд.

— Тогда скажи мне честно, Каэль Арденхольт… зачем я тебе?

Он не улыбнулся.

Не отвернулся.

Только на мгновение прикрыл глаза, будто собирал терпение.

— Потому что ты — ключ, — произнёс он спокойно. — К чужой правде. К чужим секретам. К тем, кого невозможно достать обычными способами.

Лири не дрогнула.

— А если я не хочу?

Он посмотрел на неё ровно.

— Тогда тебя будут пытаться забрать те, кто считает тебя своей добычей, — сказал он тихо. — И они не остановятся.

Несколько секунд Лири просто молчала.

Эти слова были слишком близкими к тому, о чём она думала ночью у камина.

Он сделал шаг к столу и только тогда заметил тарелку.

Вторую.

Хлеб и вяленое мясо лежали на ней ровно, аккуратно — как будто Лири сама не понимала, зачем сделала это, но всё равно сделала.

Каэль задержал взгляд на еде на долю секунды, затем сел и молча взял хлеб.

Он ел медленно, без спешки, так же спокойно, как говорил. И в этой обыденности было что-то странное: будто на мгновение они оба пытались притвориться, что это просто утро, просто дом, просто короткая передышка — а не тонкая граница перед тем, как всё снова сорвётся.

Лири смотрела на него несколько секунд, а потом поднялась и, не говоря ни слова, взяла кружку с травяным отваром. Он уже остыл, но всё ещё пах горечью и теплом трав.

Она поставила кружку рядом с его рукой.

Каэль не сразу поднял взгляд.

Но когда всё-таки поднял, его лицо осталось таким же спокойным.

— Спасибо, — сказал он тихо.

И от этого простого слова Лири стало неловко, как будто она сделала что-то слишком личное.

Она тут же вернулась на своё место — чуть сбоку, чтобы видеть его лицо и не чувствовать себя допрашиваемой.

Он доел несколько кусков и поднял на неё взгляд.

— Я был в Серебряном лесу, — произнёс он.

Лири напряглась.

— Там… что?

Каэль на мгновение опустил взгляд, словно выбирая, что сказать первым.