Чёрный писатель

Глава третья

- Нет! - Юля опять не выдержала и перешла на крик. - Да что ты за человек-то такой, Степан?! Невозможный! Невыносимый!

Степан выложил мясо из решётки в глубокую тарелку, подвинул Юле хлеб и нарезанные овощи.

- Давай пообедаем, Юля. Надеюсь, ты мне доверяешь? Ведь мы это всё вместе покупали в супермаркете.

- Я тебе доверяю, но у меня аппетит пропал, - покачала головой Юля, хоть и понимала, что разжалобить Степана не получится, так же, как и достучаться до него.

Потому ни к чему актёрствовать. Тяжело вздохнув, Юля нарочно взяла рукой кусок мяса из общей тарелки, взяла хлеб и начала есть. Хуже, чем сейчас, вряд ли будет, всё безнадёжно испорчено, всё потеряно. Потому ей стало всё равно, что подумает о ней Степан.

Ему же, кажется, наоборот понравилось то, что он увидел. Юля поняла это по блеску его глаз. Никогда ей не понять этого человека! Оттого, видимо, он и влечёт её настолько мощно, и она не в силах сопротивляться этому влечению.

Харизматичный и яркий Полевой, например, не влечёт, хотя в него влюблены почти все женщины их отдела, в том числе, подруга Юли, Алина. И всем плевать на то, что он женат. А Степан, которого, увидев впервые, так сразу и не заметишь, занял всё пространство в душе́ и в сердце Юли.

Так они и съели всё мясо, доставая куски руками из общей тарелки. Потом умылись, и Степан попросил Юлю включить диктофон.

- Зачем? - умоляюще спросила Юля, которую опять начали мучить тяжёлые предчувствия.

- Тебе ведь нужно интервью? Я готов его дать.

- Не надо, Стёпа, я не хочу.

- Я не могу допустить того, чтобы ты вернулась в Москву с невыполненным заданием, - твёрдо сказал Степан.

И Юля опять не смогла ослушаться.

- Сначала я расскажу тебе всё о себе, а потом ты задашь интересующие тебя вопросы, хорошо?

- Хорошо, - обречённо кивнула Юля, которая уже приняла решение.

- Меня зовут Степан Сергеевич Елисеев, мне двадцать шесть лет. Я родился и вырос в этом городе. Мои родители поженились, будучи очень молодыми. Мама забеременела мной, когда училась на первом курсе техникума, а отец как честный человек женился на ней. Они учились в одной группе. Мама перевелась на заочное отделение, а отец доучился очно и начал работать. Когда мне было три года, отец уехал в командировку в Казахстан и познакомился там с другой женщиной. Вернулся только для того, чтобы уволиться с работы и развестись с мамой. С тех пор я его не видел, хотя алименты он платил исправно. Сначала алименты получала мама, потом, позже, - бабушка и дед. Когда мне исполнилось шесть лет, мама вышла замуж и уехала с новым мужем на его родину, на юг. Меня она оставила здесь, потому что новому мужу "прицеп" нужен не был, а мама этого нового мужа очень полюбила и слушалась во всём. Конечно, она тоже присылала мне и посылки, и деньги, но когда я повзрослел, запретил ей присылать это всё для меня. У неё после меня родились ещё трое детей, им нужнее. Когда мне было десять, не стало бабушки, а через год дед, которому тогда было всего пятьдесят пять, женился на шестидесятилетней вдове, тёте Тане. Единственный сын тёти Тани, которому тогда было уже за тридцать, давно уехал за границу, а о матери знать не желал. Именно тётя Таня заменила мне мать. Я её так и называл: "мама", и считал своей матерью, и сейчас считаю. Мама переехала в этот дом, к нам с дедом. Свою квартиру она продала, а деньги они с дедом вложили в покупку того участка, что за забором, и в начало строительства. Однако, когда мне было семнадцать, не стало и деда - сердце подвело. Мы остались с мамой Таней вдвоём. Я окончил колледж, отслужил в армии и вернулся, начал работать. Мы мечтали достроить дом, в память о дедушке. Однако мама Таня серьёзно заболела, и лечение съедало все свободные деньги. Продавать участок мама категорически отказалась, а я не смел настаивать - это подкосило бы её, мечта держала её на плаву. Я разыскал её сына, написал ему о болезни матери, но он ответил примерно следующее: тебя она вырастила, ты и помогай ей. Я старался. Хватался за любую работу, в том числе, в интернете. Тогда я и начал вести свой блог, хотя он и приносил сначала сущие копейки.

Хлебников - фамилия деда, девичья фамилия моей матери. Елисеев я по своему биологическому отцу. Так родился псевдоним. И знаешь, писательство меня вдруг увлекло.

Почему я выбрал такие тяжёлые жанры? Наверно, потому что я, в отличие от тебя, с детства увлекался "страшилками", они будоражили моё воображение. В юности много книг читал в жанре хоррор и тёмное фэнтези, и мне всегда казалось, что можно сделать лучше, напряжённее, загадочнее, страшнее.

И тут вдруг я словно нашёл себя. Уже не я управлял процессом, а процесс - мной. В голове постоянно крутились идеи, мысли, образы, новые сюжеты... Я забывал о своей тоскливой жизни, о своих бедах, погружаясь в работу.

Сначала и речи не было об успехе, да я на него особо и не рассчитывал. Меня больше интересовали те небольшие деньги, которые удавалась зарабатывать, и сам процесс работы.

А полтора года назад неожиданно пришла слава. Мои книги вдруг начали публиковать, продажи превзошли все ожидания, а два романа пошли на экранизации. Появилась реальная возможность закончить строительство. Мы с мамой очень мечтали об этом.

А ещё я мечтал отвезти маму на лечение в одну из лучших клиник, специализирующихся на работе с такими пациентами. Однако у мамы начался рецидив, и она угасла за четыре месяца. Мамы не стало девять месяцев назад.

Уже после её ухода я узнал о том, что существует завещание, по которому участок земли отходит мне. Тот самый сын пытался оспорить завещание, но оно было оформлено строго в соответствии с законом. Для меня стало делом принципа оставить участок за собой.

Три месяца назад завещание вступило в законную силу.

Хочешь знать, Юля, почему я напускаю столько секретности вокруг своей персоны? Или сама всё поняла?

- Поняла, - спокойно ответила Юля, которая запретила себе плакать и проявлять сочувствие, зная, что Степану эти проявления не нужны. Ему нужно именно понимание. - У тебя слишком много так называемых родственников, которым ты, будучи простым парнем Степаном Елисеевым, нужен не был. И ты не хочешь вдруг стать нужным им всем сейчас.