Черти (том I)

XIII. Встреча.

Близилось июльское светское собрание, от чего Кир становился более нервным и беспокойным. Текст травника только подтвердил слова профессора. Выиграть не представлялось возможным. Но отступать нельзя. Всё-таки необходимо хотя-бы попробовать. Судят не за проигрыш, судят за трусость.

Не одним описанием влияния алкоголя на человека ограничивалась книга. Ради интереса он заглянул и в другие разделы её. Например, что из определённых трав, какие он видел в ближайшем лесочке, можно сварить себе отвар от похмелья, по описанию даже вкусный, но, к сожалению, малоэффективный. Из чего-то можно сделать порошок, который надо закуривать, перемешав с обычным табаком, помогает от кашля, и всё в таком духе. А вот дальше главы тридцать второй до четырнадцати лет Альфред читать запретил. Пока никто не видит, наверное, можно и заглянуть чуточку…

Вектор скоротал вечер после обеда за прочтением «изготовления стекла», сопровождаемое подробными гравюрами различных этапов с подробными инструкциями, как и что делать. Он любил представлять у себя в голове все процессы, что можно улучшить, как переделать и упростить с помощью магии. Её, почему-то, старательно избегали использовать. Надо будет у учителя спросить. Маленький изобретатель весь погружён в описание созидания.

Резкий хлопок двери, непривычно грозный, прервал его рассуждения.

— Здравствуй дом, привечай своего истинного хозяина! — претенциозно доносилось из залы. Игнас вернулся на побывку с академии на два месяца, не соизволив ответить ни на одно из писем отца. Зачем что-то писать? Там у него свои дела. Да, обучение воинов в последнее время значительно сокращено, он отучится лишь два года, вместо когда-то положенных четырёх. Но это не важно. Важно, что там были девушки, что многие из них сдавались без боя, только заслышав его фамилию.

«Чёрт. Этот точно не даст мне спокойно заниматься своими делами.» — Вектор, порядком отвыкший от старшего брата, рассуждал лишь с остатками страха, но более с ненавистью за всплывшую в памяти попытку убийства. Получить от него не хотелось, потому паренёк довольно быстро сообразил запереть дверь. Замок, что предназначался на погреб, повис на старом месте. Младший точно знает – братец не упустит возможности поквитаться за что угодно, ему одному известное.

— Вектор, иди сюда, маленький позорник. Говорят, ты там совсем от рук отбился. Я иду воспитывать тебя, щенок несчастный! — отдававшие военщиной шаги, чем-то похожие на отцовские, направились на этаж.

— Как в воду глядел. — подумал младший вслух.

Пока Игнас всё больше и больше бесновался, терроризируя запертую дверь, «щенок» пытался продолжить чтение, сопровождая сопутствующим размышлениями. Но постоянный шум чёрной брани и бесконечных тщетных попыток сломать неподатливый металл мешали воспринимать написанное. Надо что-то предпринять.

Главной целью было сбежать из дома от братца, а дальше можно податься куда угодно. От дома прислуги до ближайших сёл и лесов, которые он уже успел исходить вдоль и поперёк. Хотя брат тоже их знал, но наверняка не столь хорошо.

Прорабатывая план действий у себя в голове, ребёнок неспеша, аккуратно намотал портянки, чтобы затем спокойно надеть свои ботфорты. Натянул связанные Прошкой шапку и тёмно-зелёную кофту, на улице было холодно от недавнего дождя. И мастеровые перчатки, конечно. Очень уж они ему нравились. Осталось только привести план в исполнение. Собравшись с духом, младший приготовился действовать быстро и решительно.

Он подождал новой попытки Игнаса проломить дверь, и, между толчками открыл и убрал замок. Братец, не ожидая успеха очередного удара попросту распластался на полу комнаты. Пока тот пытался понять, что же произошло, Вектор, довольный удавшимся планом, спешно покинул этаж, стрелой выбегая из дома. Лишь краем глаза он успел заметить довольно яркую непонятную одежду на брате.

Игнас был в ярости. Позорный чёрт опять избежал мести. Долорес и Кламантис, у которых он побыл первым делом, весь вчерашний вечер жаловались на Вектора и его гувернёра. Так обращаться с любимыми тётушками он не мог позволить. Поднявшие мятеж против устоев и традиций должны быть наказаны.

У взрослых были свои дела. Отец целиком занялся управлением поместьем. Начинался сев, а значит без его участия не могло обойтись, гостей стало кратно больше. Вынужденный работать с утра до ночи, он волей, сознательно ограничивал себя в спиртном, отчего был просто в ужаснейшем раздражении от неотступающей тревоги и постоянного желания выпить.

Неугомонный священник с должности учителя религии был уволен. С того вечера Станислас начал распространять слухи о чертовщине в барском доме, подстрекая и без того нервных крестьян, заодно пытаясь предать огласке сокрытие еретиков-многобожников в поместье пана Планка, используя свои новые не самые плохие связи. Несколько «обысков», гласных и негласных, не дали никаких результатов.

Вектор отсиживался в полусадике дома прислуги, наблюдая закат с непривычного, но более безопасного места. Сновавшие туда-сюда люди барчонка как-то то ли боялись, то ли стеснялись. К такому он уже давно привык, своеобразно путешествуя по деревням вместе с пани служанкой, потому просто не обращал на это внимания.

Из дома знакомым тихим шагом вышел учитель, по совместительству друг и товарищ и подсел рядом. Альфред в прекраснейшем настроении шёл сюда прикурить, но, завидев ребёнка, решил повременить. Дурной пример показывать нельзя.

— Ты чего тут?

— Игнас на каникулы вернулся.