Черти (том I)

XIX. Призраки.

Близилось рождество. Барчата собирались в столицу, одевались как можно теплее, предстояла долгая дорога. Складывалась одежда, еда, немного игрушек. Кир взял свои карманные часы, прихватил с собой новую фляжку с зельем от похмелья, Вектор же очередную книжку, если будет совсем скучно. За сборами произошедшее отходило на второй план, забывалось, да от него и хотелось отвлечься. На улице грузилась карета Бролье всем возможным, что может понадобиться по пути, но больше подарками для многочисленной родни.

Профессор собирался неохотно, как обычно скромно. Сменная рубаха, штаны, порошок валерьянки, парочка склянок с зельем лечения, длинное письмо, замаскированное под обыкновенное уведомление и уже разведённое успокоительное, специально для младшего.

Прошка сидела печальная и молча наблюдала за ним.

— Прости, родная, я не смог его уговорить. Придётся ехать.

— Ты же дворянин, Альфред. Почему не мог просто сказать «нет»?

— Дворяне разные бывают. Я всего лишь виконт, да ещё и в найме, а он граф, это звание намного выше, порядка на три, так ещё и наниматель. Я обязан подчиняться до истечения договора, либо нарушить его. Второе значит потерю чести, потерю содержания, дома, всего. Я не могу подвергать тебя неизвестности, особенно в таком положении. Чтобы у нас всё было хорошо, я должен исполнять договор.

— Обещай мне хотя бы не ввязываться ни во что опасное.

— Там столица, опасаться нечего.

— В прошлый раз ты в обычном лесу неприятности нашёл.

— Поэтому и не тороплюсь обещать. Кто знает, что ещё произойдёт?

В дверь мастерской просунулось нагловатое лицо кучера. Звонкий голос кинул: «пан Зибер, отправляемся», и лицо тут же исчезло.

— Пора. Прощай родная. Две недели пролетят незаметно.

— Прощай. Всё одно скучать буду.

***

Ехали долго и муторно. Снег, утоптанный сотнями проезжающих карет и телег, был блестяще гладким, скрывая под собой все ямы и выбоины. Внутри кареты было теплее, чем на улице, но не то, чтобы сильно. Вектора усадили рядом с отцом, чем ребёнок явно не был доволен. Сидеть здесь страшно. Сегодня обнимет, а завтра изобьёт до полусмерти, непонятно, что он выкинет, неважно, трезвый или нет. Но трезвый он хотя бы более предсказуем. Пытаясь отвлечься, младший решил посмотреть в окно, но на долго его не хватило. Больно смотреть на идеально белую, искрящуюся на солнце пелену. Магией не побаловаться, рабочие перчатки лежали далеко в сумке. К сожалению, они не могут защитить от сильного мороза, в отличие от вязаных пани Прошкой варежек.

Смена лошадей была целым событием, во время которого можно было выйти и размяться, зайти в тёплую станционную избу, вкусно поесть и выпить горячего или горячительного. Пока профессор с детьми сидел и пил чай, Мизерат пригубил пару стопок, душок которых Вектор определил безошибочно, вновь садясь в карету. Теперь ещё страшнее. Альфред, конечно, здесь, он защитит, но надо ведь ещё успеть что-либо сделать. Пусть время течёт побыстрее, дорога станет короче, скорее бы мы приехали и можно спрятаться от отца, уйти, убежать. Постепенно ребёнок уснул, то и дело ворочаясь и просыпаясь.

Снилась разная дребедень, под конец сменяясь кошмаром. Отец, вновь наказывая, занося руку для очередного удара прутом вдруг остановился, зашатался, из него выпрыгнула огромная печень, мозг, а затем и всё остальное, он рассыпался на органы, что вытекали из его кожи как из мешка, и убегали на улицу, прямо в снег. Кишка змеёй уползала вслед за остальными. Страх то какой! На этом младший вновь проснулся. Полусонный он вновь заглянул в окно, въезжали в столицу.

Тут карету начало потрясывать, колёса дребезжали о городскую брусчатку. Здесь вид из окна был намного разнообразнее. Чем ближе к центру, тем богаче и изящнее дома, тем больше людей, одетых ярко и празднично. Проезжали университет магии, напротив него, около замёрзшей речки, начертив сигил на снегу, трое студентов сотворили в небе громкий цветной взрыв. Линии сигила остались ледяной коркой. Подростки с ликованием встретили разорвавший воздух шарик, а за тем со смехом принялись убегать от городового, закидывая его снежками. Профессор усмехнулся, наверное, тоже видел всё это.

Подъезжали ко дворцу Войцеховских, около которого уже стояла куча карет, пассажирских и грузовых. Намечался большой праздник. Внутри дворца Планков встретила предрождественская суета. Слуги сновали из комнаты в комнату, кто с украшениями, кто с тарелками, кто по поручению уже прибывших гостей, кто-то искал управителя кухни, чтобы выгрузить мясо. Прибывших встретила шустрая служаночка, которая распределяла комнаты. Сверилась со списком, и провела каждого до их места, уже прибранного и готового к встрече. Мельком Вектор увидел в приглашённых Игнаса и тёток.

Дети уже раскладывали свои вещи, слуги принесли то, что лежало в грузовой. Одежда на улицу в одно место, на выход в праздник другое, книгу на полку, расчёску на стол, перчатки рядом. Осталось только придумать, чем же сейчас можно заняться. Внизу толком не походить, не рассмотреть ничего. Да и не хочется встретить старшего сейчас. Лучше, наверное, просто погулять на улице.

Альфред постучался к Вектору с предложением пойти на рождественскую королевскую выставку, на что он с радостью согласился. Интересно, что там будет? Младший быстро оделся, кое-как сумев надеть перчатки под варежки. Без магии под рукой было не по себе всю дорогу, а тут столица, улицы с толпами, неизвестность. Век вышел в коридор, где его уже ждали учитель и Кир.