Чертовка против Мажора

Глава 2. Рита

Дорога до Кингдома занимает весь оставшийся день и целую ночь, поэтому у меня достаточно времени, чтобы многое переосмыслить. Однако большая часть воинственного настроя разлетается на части уже на подъезде к будущему месту моего пребывания. Исправительный лагерь выглядит не то чтобы уныло, а… сверхуныло!

Небо затянуто серыми тучами, по земле из леса, что окружает лагерь, стелется вязкий туман. Нескольких мрачных серых корпусов, раскиданных по обширной территории, огорожены высоким забором с металлической проволокой. Водитель останавливается у КПП, и я вижу, с каким недовольством встречает нас усатый дядька в темной армейской форме.

Какие-то они здесь не гостеприимные.

– Твой выход, плакса, – впервые за время незапланированного путешествия заговаривает водитель и, мерзко улыбаясь, опускает окно возле моего места.

Хочет, чтобы я сама отдувалась? Вот замечательно! Только почему так страшно-то вдруг стало?

– Имя, – требовательный тон седовласого охранника вызывает желание спрятаться. Он звучит настолько холодно, что я ежусь.

– Рита.

– Полное имя.

– А вы что разослали массовое приглашение на имя Рита?..

Сотрудник КПП не отвечает, лишь смотрит на меня остро и как-то зло из-под кустистых бровей. И я всё-таки сдаюсь, мысленно обещая себе, что это в первый и последний раз.

Все правильно. Покажу сегодня покладистость, разведаю обстановку, а потом… Потом они все пожалеют, что приняли меня в это место!

Процесс распознания моей личности не занимает много времени. Сторож даже не просит моих документов, отлучившись в свою будку всего на минуту, чтобы свериться с бумагами, и тут же возвращается. Все это время я пытаюсь хоть как-то через окно выведать обстановку. Но все тщетно, вблизи из-за забора и молочной дымки ничего не разглядеть.

– На выход с вещами.

И вновь я безропотно подчиняюсь, скрипя зубами от того, каким довольным выглядит водитель, видимо, только и мечтающий поскорее избавиться от меня. Выхожу на улицу, ежась от промозглой погоды. Ноги пружинят, под кожей покалывает от долгой поездки.

– Сумку оставите здесь. Ее вернут вам после досмотра. Мобильный, ключи, деньги?

– Вы рэкетом, случаем, раньше не занимались? – интересуюсь как бы невзначай, мечтая поскорее оказаться в помещении. И желательно, чтобы там был туалет!

– Позитивный настрой это, конечно, хорошо, – стоит автомобилю, который привез меня, с ревом отъехать и скрыться за лесополосой, веселеет сторож. – Но знай свое место, девчонка.

– Я знаю свое место, – не выдержав, огрызаюсь я.

И оно точно не здесь.

Погрустить на тему своей нелегкой судьбинушки мне не позволяет появление тучной женщины в чёрно-белом официальном костюме. Она выходит из тумана, словно крейсер, разгоняя мглу своим острым носом. Ее черные волосы собраны в тугой пучок, а за линзой очков толком не разглядеть эмоций во взгляде. Сторож коротко приветствует даму, выдавая ей на руки папку с бумагами, и я понимаю, что дальнейший мой путь пройдет в её сопровождении.

Так и получается. Женщина, представившаяся Антониной Николаевной, ведёт меня по скользкой, усыпанной галькой дорожке по территории лагеря, уводя в сторону от основного корпуса. Туда, где словно грибочек после дождя, стоит пятиэтажка, пустые темные окна которой отчего-то кажутся мне голодными.

– Это типо… школа-интернат у вас такой? Строгого режима, – гулко сглатываю, когда мы останавливаемся у неприметной двери, что видимо исполняет роль "черного хода". С короткого козырька крыльца почему-то капает.

– Это исправительный лагерь, Маргарита, – делится Антонина очевидным, видимо не желающая воспринимать шутки. А следом прикладывает магнитную карточку, что висит на ее шее, к электронному замку. Металлическая дверь издает противный писк.

– Мне здесь не нравится.

– Тебе и не должно здесь нравиться, – разбивает в пух и прах мои надежды дама и пропускает меня вперёд. В мою новую жизнь. – Твоя комната на втором этаже. Двадцать первая. Ученическая форма уже в комнате. И да, будь добра, перед завтраком зайди ко мне за постельным бельем.

Антонина, оказавшаяся на деле обыкновенным комендантом, тычет пальцем в сторону лестницы, повидавшем время (видимо, пожарной), останавливаясь у стойки на входе. И мне ничего не остаётся, кроме как продолжить свою путь в одиночестве.

Поднявшись наверх, я иду вдоль пустынного коридора, чувствуя неясный трепет. Вокруг никого, только ряд закрытых деревянных дверей с номерами на них, которые кто-то накарябал будто бы обычным мелком. И такая тишина стоит, что я невольно начинаю контролировать свои шаги, чтобы эхо от них не звучало слишком громко.

Однако найдя нужную комнату, я уже не церемонюсь. Антонина не выдала мне ключи, так что приходится полагаться на везение. Резко поворачиваю ручку, толкая внезапно издавшую оглушающий скрип дверь от себя, и вижу...

– Эм… С добрым утречком? – слетает с моих уст нервное.

– Ты ещё кто? – довольно грубо звучит из уст феи, не иначе, которая застыла прямо посреди комнаты в коротенькой фиалковой пижаме. Рослая худосочная девчонка с отросшими темными корнями на фоне осветленных до снежной белизны волос смотрит на меня с неприязнью.

– Очевидно, твоя новая соседка, – пожимаю плечами, входя внутрь и прикрывая за собой дверь. Та вновь издает режущий слух скрип, и я краем глаза замечаю, что в комнате есть ещё люди.

– Опять новенькая. Сколько можно? Грому это не понравится, – фыркнув, кривит свой аккуратный носик блондинка.

"Гром? Что за Гром? Вроде местного старожила?" – упоминание постороннего прозвища вызывает недоумение. Почему я вообще должна ему нравиться?

– Кровать твоя вон там. Учти, в душ я хожу первая.

Пока я пытаюсь осмыслить, что придется мне теперь ютиться на втором ярусе двухэтажной кровати, блондинка уже скрывается за неприметной дверью, громко хлопнув напоследок.

"Да уж, кажется, мы с ней не подружимся", – прихожу к выводу я, осматривая место, которое в скором времени собираюсь покинуть. Две двухъярусные кровати стоят друг напротив друга возле окна. Парочка тумбочек, встроенный в стену шкаф, и никаких намеков на то, что тут кто-то вообще живёт. Кроме очевидных, разумеется.