Честь сильных

Глава 15. Тайник. Беру за себя женами

Рампер продолжал свою историю, и где-то в ней было место для истории княжеской семьи Нагорного Рошаеля, но где именно? Дарион перебирал свитки и листки в поисках семейных записей или договоров. Неужели Мадор Неукротимый, великий герой стихов, сложенных повелителями вещей, тоже его родственник? Нет ли записей об этом родстве вот в этой внушительной грамоте? Он вытащил из сундука свиток из белого лощеного сонника, перевязанный красной блестящей лентой. На таком только королевские указы писать или рисовать родословное древо! Лента развязалась от одного прикосновения пальцев, и Дарион развернул свиток во всю длину. Это еще что такое? Ровные строчки были смазаны прямо посередине, поверх четких букв по листу разбежались кляксы, и даже на обратной стороне обнаружились размазанные пятна чего-то серо-красного, как будто свиток прокатился по грязи. Нарика пересадила светляка поближе, и тот заснул, сопя носом и освещая лист розовым светом. Дарион взялся одной рукой за древко рампера и принялся читать.

- «Сим договором я, Мадор Неукротимый, князь Отбитой крепости, беру за себя женами дочерей покойного князя Кодана, сына Сендора, а именно, Вириану Оружейницу и Кирину из Оружейной крепости. Законнорожденность обеих проверена ходатаем братом Бреноном в моем и моих воинов присутствии, равно признаны права обеих на имущество их отца. Как они есть незамужние девицы, родни не имеющие, за ними идет в приданое все наследство, поименно здесь перечисляемое. В первую голову, Оружейная крепость со всем, что внутри ее имеется, в том числе скрытые от глаз деньги и драгоценности. В голову вторую к тому придаются угодья по Темной речке, лес на западном склоне Княжьего Шлема, каковой холм находится названных угодьях, равно как деревни Пески и Глина. Буде случится смерть любой жены или измена оной, караемая немедленно смертью, так же и сокрытие имущества от мужа, тем же караемое, в сих случаях наследуется все имение мужем и его здравствующими на то время детьми. Дети, в любых браках от князя Мадора рожденные, наследуют сие приданое по старшинству».

Нарика подпрыгнула на лавке, выпустив из руки древко рампера.

- Но этого же нельзя было писать, князь Кодан в завещании запретил дочерям передавать наследство!

- И не только этого! - Дарион придирчиво перечитал свиток, водя по строчкам пальцем. – Тут все гораздо хуже! Смотри, договор определенно написан рукой ходатая Бренона, однако грамотность - как у подседельного ящера или сказительницы Кирины. А теперь смотри сюда, только не отпускай рампер! В приданое идут Оружейная крепость и деревни, но не упомянута земля, на которой они стоят, это любой деревенский хозяин или родственник наследниц может оспорить. Дальше! Названия деревень вообще не те, что в завещании князя Кодана – там были Белые пески и Глиняная, а здесь – Пески и Глина. И вот еще – завещан был лес из стой-дерева на склоне Княжьего Шлема, а здесь - лес на западном склоне, который вполне может оказаться из зеленого чешуйника, а им даже драконов окуривать нельзя! Ни за что не поверю, что бывалый законник брат Бренон потерял грамотность и разум одновременно. Скорее всего, он хотел, чтобы договор можно было оспорить!

Нарика засмеялась, но Дарион заговорил серьезно.

- Брату ходатаю после такого договора могло стать не до смеха! Братство ходатаев – это тебе не королевский суд, где сидят десятки писарей и судей, а начальники проверяют записи за подчиненными. Брат Бренон отвечал за все сам, а за ошибки, сделанные умышленно, его должны были повесить на собственной его гривне и проклясть на веки веков именем четырех стихий!

- А он мог отказаться писать договор, с которым был несогласен?

- Любой ходатай не только мог, но и должен был отказаться, если от него требовали нарушения закона. Но жених в этом договоре – Мадор Неукротимый, а его нож мог оказаться у горла брата Бренона быстрее, чем руки собратьев-ходатаев.

- А уйти из братства ходатай мог?

- После сорока лет братья ходатаи могли уйти в отставку и жениться, с этим в старину было не так строго, как теперь у слуг Огня. – Дарион повертел в руках свиток. – А брат Бренон, когда писал этот договор, не рассчитывал дожить ни до кары братства, ни до отставки. И смотри, никто, кроме Мадора Неукротимого, этот договор не подписал. Посмотрим, что там у них случилось. Нарика, берись крепче, а ты, оружие премудрое, выкладывай все, что знаешь!