Честер. Любви в небе не место

Глава 9

Боль заглушалась шумом в ушах. Зрение расплывалось. Честер работала наощупь, находя раны только по саднящим ощущениям, когда в те попадал пот. Все руки девушки были в чём-то липком и густом. Хвала небесам, она не видела в чём именно. Только чудо позволило Чес не превратиться этой ночью в решето. Если бы она знала о том, каким именно способом тотализатор собирался снять с дистанции подсадного муниципального гонщика, то ни за что бы не позволила этому случиться и разобралась бы с Беном самостоятельно. В том, что это был Бен Честер убедилась ещё до старта, наблюдая его на крыше рядом с Флемитом. Его манера держаться на ветране и сосредотачиваться перед полётом только подтвердили это. Но вот верзила в Честере хрупкую девушку метролога не распознал. Тем не менее, это лишь вопрос времени. Отсутствие девушки утром на базе и последующее появление в разбитом виде не оставит ни у кого никаких сомнений, и уже к ужину не то, что вся база, весь муниципалитет будет знать, кто на самом деле был ночным гонщиком. Честер ухмыльнулась. Мысль о возвращении на базу до ужина была уж слишком оптимистичной. Наконец, пальцы нащупали то, что так упорно искали. Небольшая свинцовая капелька, застрявшая в штанине и задевшая бедро, беззвучно упала на землю. Это была уже третья находка в теле Честер. Благо, подобных кладов было не так много, и все они спрятаны не глубоко, а вот синяков и ссадин – хоть отбавляй. В ветране же свинцовых сокровищ скрыто куда больше. Обработав и перевязав свой последний ушиб, девушка переключилась на аппарат.

Одного взгляда было достаточно, чтобы понять – эта пташка уже не полетит. Чистая удача, что девушка осталась жива и благополучно приземлилось. Крылья держались на платформе только из-за их собственного упрямства, не иначе. Киля вовсе не наблюдалось. А вся нижняя часть походила на дуршлаг. Так что Честер даже боялась открывать корпус платформы и оценивать урон. Но лучше заглянуть в лицо страху сразу, чем играть с ним в догонялки. Девушка открыла те отсеки, что смогла, и присвистнула: на каждой новой детали красовалась отметина от снарядов, из строя были выведены практически все узлы, а на значительной части лонжеронов имелись вмятины. Честер с силой захлопнула дверцы и выругалась. Она собственноручно сдерёт шкуры с тех, кто сделал такое с её детищем.

Укрытии-сарай находилось за пределами городка, и сейчас тот просматривался как на ладони. Точки пролётов зажигались одна за другой в разных концах. Гонщики выходили из тьмы мелкими пылинками только во время преодоления последних. Гонка в самом разгаре. Честер уже и не помнит, когда последний раз во время ночных полётов она стояла на земле. Теперь та от чего-то казалась ей слишком мягкой и неустойчивой. Было ли это связано с въедливым чувством ностальгии или с ранением ноги: не имеет значения. Нужно действовать, а не раскисать. Стоит промедлить, как ото всюду стекутся патрули, и перевозка ветрана станет ещё большей проблемой. А красоваться с ним днём по городским улицам или оставить пережидать день в сарайчике Честер не хотелось. Так что девушка закусила губу, собрала последние силы и волю в кулак и принялась водружать авиахлам в припрятанную телегу. До центра города, а тем более до богатых кравталов, ещё далеко.

Как бы девушка не закрепляла поклажу, но крылья так и норовили высвободиться. Они выглядывали из-под укрывающего брезента и начинали лязгать по уличной брусчатке, озвончая каждый шаг Честер. Сначала приходилось останавливаться и поправлять, но через некоторое время звук возобновлялся. В итоге девушке всё надоело, силы и терпение подходили к концу, и она так и побрела, шаркая металлом по камням, выбирая самые укромные проулки, куда не выходила ни одна дверь, не смотрело ни одно окно. Нескончаемый уличный лабиринт. До ушей донеслись звуки сирен. В небе над головой пропорхнули патрули. Как по расписанию. Ещё через пять точек будет окончание гонки, и потом улицы уже перестанут быть такими пустынными, а впереди ещё добрая половина пути.

На подходе к сердцу города, пришлось обуздать крылья и стать ещё тише и незаметнее. Иначе замарашка, везущая телегу с чем-то, большим может вызвать множество ненужных вопросов. Но, хвала архитекторам, что пышные и фееричные центральные кварталы являются таким только снаружи, а внутри хранят в себе ту же скудность и уродливость окраины.

Всё вокруг озарило красным. Последняя отметка. Честер удивилась от того, что точки пролёта, особенно последние, освещают весь город, и ускорилась. А потом. Крик толпы она слышала, даже находясь в нескольких километрах от места финиша. Сердце замерло. Финиш. Кто пришёл первым? Безусловно, Бен, если, конечно, продолжил гонку. А он продолжил. Будь Честер на его месте, она бы играла до конца. Заручилась бы доверием и поддержкой, любовью толпы, а потом… Потом бы ударила. Один раз и во всю мощь. Через несколько минут подоспела вторая волна оваций, не таких ярких. Очень большой отрыв между первым и вторым победителем… Значит точно Бен первый. Честер улыбнулась сама себе и поплелась дальше.

- Это он?! – Услышала Честер задавленный крик за своей спиной. Этого ещё не хватало! – Честер!

Больше чем приближающиеся шаги Честер ненавидела только удаляющиеся. Не к добру всё. С телегой не выйдет так легко спрятаться за соседним поворотом. Но есть надежда, что удастся уйти.

Надежда умерла в узком переулке. Четверо мужчин, по двое с каждой стороны, перегородили девушке дорогу.

- Ну, привет, Честер! – крикнул один из тех, что за спиной, - далеко ли свой путь держишь?

- Везешь свой ветранчик, может, помощь нужна? – со злорадством проговорил один на противоположном конце.

- Ты, конечно, молодец. Летаешь и всё такое, - вновь начал первый. – Да я вот на тебя кругленькую сумму поставил, но прогорел.

Честер ещё раз осмотрела незнакомцев. Мужчины, прилично одетые, ухоженные, совсем не походили на завсегдатаев уличных разборок, но вот их позы говорили об обратном. Потенциальные обидчики настроены решительно. Все они были среднего телосложения, не крупные, но и этого достаточно. Решат напасть сразу – шансов выбраться не останется. Если поодиночке, то – возможно. Тем не менее, их четверо, а Честер, во-первых, девушка, во-вторых, одна, а в-третьих, даже в своём самом лучшем состоянии ей не одолеть в рукопашке четырёх мужиков.