Честно о жизни

Однажды...

     I've tasted blood and I want more…

                           (The Rocky Horror Show)

Просыпаясь каждое утро по будильнику и монотонно ругаясь, скорее, по привычке нежели от истинного отвращения к этому звуку, я открываю глаза и еще несколько минут тупо лежу, сканируя невидящим взглядом потолок, с которого на меня с неподдельным отвращением взирают плохо приклеенные фосфорные звездочки. По легенде они должны были освещать мне путь во тьме и хранить воспоминания об одном конкретном человеке, который еще полгода назад согревал теплом своего тела мою постель, а заодно и меня. Но то ли человек оказался бракованным, то ли у клея закончился срок годности, но практически каждое утро я просыпался со звездой во лбу в буквальном смысле этого слова. И не спешил загадывать желания… А к черту, все равно они никогда не сбываются. Вот и сейчас, рассматривая проплешины на моем «звездном небе», я чувствовал какую-то внутреннюю пустоту, черную дыру, если угодно. Возможно, это из-за слишком быстро наступившей осени, холодной постели и прокисшего чая... А возможно просто пришло время что-то менять.

Я нехотя поднялся. По телу дружной стайкой пробежались мурашки, и меня как следует тряхнуло.

- Уух, бодрит…

Бормоча себе под нос все известные проклятия и зябко кутаясь в трусы, я добежал до кресла, на котором была свалена вся скопившаяся за неделю одежду. Не без труда отыскав теплые домашние штаны и мятую футболку, я немедленно оделся и поспешил на водные процедуры, попутно споткнувшись о кота. Кот выругался в сердцах, но, чтобы не остаться без завтрака, проследовал за мной в туалет, а потом и в ванную. Я решил сегодня не бриться. Честно признаться, надоело…Щетина не придавала мне особо лоска, да и выглядел я, честно говоря, изрядно потрепанным, но вот правда….не хотелось…да и смысла особого не было: на работе меня видели и в более непотребном состоянии. Например, когда…

- Маууу! - Кот провел холодной когтистой лапой по моей оголившейся спине, напоминая о том, что неплохо было бы позавтракать, в противном случае ему придется принять меры. Спорить бессмысленно: кот всегда прав. Ополоснув лицо приятной теплой водой, и смахнув последние капли мягким махровым полотенцем, я, весь погруженный в свои мрачные думы, протопал на кухню и вывалил коту в тарелку приличную порцию корма. Кот вильнул хвостом и принялся трапезничать, а я тоскливо оглядел кухню в поисках чего-нибудь съестного, но решив, что есть все-таки не хочу, направился в комнату за одеждой. Понедельник. 10 октября. Настроение – осень.

...Лишь только моя недовольная всем миром тушка показалась на пороге подъезда, ее тут же обдало сильным и невероятно холодным порывом ветра. Нутро будто съежилось и жалобно попросилось домой, но я был непреклонен: уж не знаю, что готовит мне сегодняшний день, но до работы добраться было просто необходимо. Хотя бы один раз на этой неделе…

Быстрым шагом я пересек двор, дошел до остановки, погрузился в битком набитый автобус и отправился навстречу новому дню: холодному и такому неприветливому. В салоне автобуса было невероятно душно, пахло сырокопченой колбасой и старыми носками. Если бы я не научился абстрагироваться от подобных прелестей большого города, утопая всеми рецепторами в музыке, звучащей в моих ушах, то, наверное, спятил бы гораздо раньше. А сейчас… просто уставился в окно, разглядывая проносящиеся мимо автомобили, и вслушивался в строки, которые уже давно выучил наизусть.

Тоска и мрак.

Автобус резко затормозил, заставив меня покрепче вцепиться в потертый поручень, и остановился. Двери с шипеньем открылись, и в салон, пробиваясь сквозь упрямые телеса пассажиров, буквально приросших к полу, впорхнула девушка. Невысокого роста, с бледной кожей и огромными темными глазами, она прижалась к стойке поручня, возле которого стоял я, и опустила свой задумчивый взгляд в книгу, придерживая ее тонкими изящными пальчиками. Лишь когда меня сильно толкнул в плечо проходящий мимо кондуктор, я понял, что уже довольно долго и весьма бесстыдно «пожираю» ее глазами. Не скажу, что она была очень красивой: в женской красоте я все-таки кое-что понимал. Но какой-то природный магнетизм и удивительное обаяние в ней, безусловно, присутствовали. Наверное, на это я и повелся… Слегка придвинувшись к ней и опустив глаза в книгу, я выхватил взглядом всего одну, но безумно знакомую мне строчку: «Лишь тот, кто по натуре склонен к оседлости, всегда жаждет авантюр». Девушка удивленно подняла на меня глаза. Как выяснилось позже, я произнес эти слова вслух, сам того не замечая. Я смущенно уставился на нее, а затем как-то кособоко улыбнулся и негромко произнес:

- Ремарк… «Станция на горизонте»…Моя настольная книга…

На девушку мои слова не произвели ни малейшего впечатления, и она, опуская взгляд в чтиво, лишь пробормотала «Понятно».

Отлично… Я растерялся, потому что давненько не получал столь тактичный отворот-поворот. Я был настроен как минимум на улыбку, но вот так… Нет, мне необходим был еще один шанс. Возможно, она просто не сумела как следует рассмотреть меня. Я придвинулся еще чуть ближе, и на сей раз коснулся ее плеча своей рукой.

- Так…Вы тоже любите Ремарка? – спросил я тоном истинного книголюба и опытного литературоведа.

Она медленно повернула голову в мою сторону.

- Тоже?

Я кивнул. О да…есть контакт!

- Тоже... Мне очень нравится как он пишет. Знаете, в его строках столько простой житейской мудрости, что хоть на цитаты разбирай…- Я усмехнулся, и мне показалось, что и она тоже. Однако девушка, все еще недоверчиво всматриваясь в мое лицо, покачала головой:

- Я нашла эту книгу случайно: это самое приличное из всей библиотеки моего приятеля. И да, терпеть не могу Ремарка, если, как вы говорите, его зовут…

Шах и мат. Я был ранен в самое сердце, растоптан и сражен наповал ее наплевательским отношением к классике. Нет, это была какая-то ошибка! Обладательница столь чарующего образа просто не могла… Мои размышления о несовершенстве мира были бесцеремонно прерваны грубым голосом водителя, сообщившим об очередной остановке. Двери с шипением открылись, и поток людей хлынул на улицу, унося с собой мою попутчицу, да и меня заодно…