Четкий кофе

Бусинка в кофейной чашке

Два ангела, однажды, взяв шахматную доску у творца, затеяли игру.

Тот ангел, что темней, играл за черных, а альбинос всегда брал белый цвет.

Фигуры же свой цвет не выбирают, ведь попросту не знают шахмат цвет.

И скажут им: «Иди!» – они идут, а скажут: «Бей!» - бьют, убивают.

Два ангела играют, дерутся пешки, противнику никто не уступает.

А позади, угрюмо наблюдают за ними: лошади, слоны, ладьи, ферзи и короли.

Вот наконец настал черед больших фигур! И ангел послал коня, чтоб опрокинул пешку.

Но что случилось вдруг? В последний миг, она исчезла! И конь споткнулся, не найдя преграды.

А пешка оказалась рядом, здесь же, на призрачной доске, чуть выше прежней.

- Так не по правилам! - Ей ангел возразил.

Второй ответил, - Пусть играет!

Не каждая ведь пешка ускользает, от смерти в создаваемый ей мир.

Бусинка в кофейной чашке

До взлета самолёта оставались считанные минуты, я старательно вглядывался в иллюминатор, пытаясь разглядеть видневшуюся вдали технику. В кресле рядом со мной сидел колоритный старичок с белой бородкой, явный представитель непонятной мне конфессии.

- Священник, монах или кто он там? - промелькнула мысль в голове.

С закрытыми глазами он тихо что-то шептал себе под нос, руками перебирая небольшие шарики четок.

И вот, что меня поразило в этих четках. Шарики ничем не были связаны между собой.

Вероятно, это неодимовые магниты, только раскрашенные, или даже не магниты, а шарики с магнитными сердечниками, - подумал я.

Гул двигателей усилился и, вдавив своих пассажиров в кресла разгонным ускорением, самолет начал взлет. Я снова прильнул к иллюминатору, стараясь побольше рассмотреть, пока мы не проскользнули через полосу облаков и не оказались окружены бескрайним облачным морем. И как всегда это произошло так быстро, что толком ничего рассмотреть не получилось. Да и зачем мне это? Ведь есть же карты земли, сделанные из космоса, мало того, с наложенными на них 3D-слоями, надев VR очки или шлем, можно любоваться миром словно ты птица, разглядывая застывшую картину со всех сторон и во всех деталях.

Яркое солнце ударило с небес, превратив облака в белоснежную вату. Здесь, на десятикилометровой высоте, всегда яркое голубое небо, слепящее глаза, от чего сразу хочется опустить шторку на стекло иллюминатора. Я так и сделал, закрыл окно наполовину, и откинулся в кресле.

Надпись «Пристегните ремни» уже погасла, и стюардессы начали разносить еду.

Старик как и раньше сидел и перебирал четки. Неожиданно его бормотание прекратилось, и, открыв глаза, он посмотрел на меня и произнес:

- Это не магниты. Это души, а их рисунок – это дела, которые они творили, пока были в мире. А держатся они так между собой из-за страха. Разума у них нет, а чувства остались. Вот и хватаются друг за друга, боясь потеряться. Знаешь какое чувство на земле самое сильное? Сильнее всех чувств именно страх! Видишь, как они меня боятся? Так и жмутся друг к другу, так и жмутся.

- Не понимаю, почему он вздумал заговорить со мной, - подумал я. Он мне сильно не понравился. Поэтому я молча смотрел на него, пока наконец и до нас не дошла очередь получить свою еду. Откидные столики быстро заполнились стандартными коробочками.

- Что будите пить? - Обратилась ко мне миловидная стюардесса.

- Мне кофе, пожалуйста, - попросил я.

- Сейчас будет, - произнесла девушка и, оставив тележку напарнице, заспешила по проходу.

Есть совершенно не хотелось, а еще этот старик. После его слов захотелось оказаться от него как можно дальше.

Через пару минут вернулась стюардесса, неся в руках маленькую фарфоровую чашечку эспрессо. Мне это показалось странным. Эспрессо в самолете? Неужели на борту есть кофемашина? Однако выказывать своего удивления я не стал, а с благодарностью принял чашку и стал ее разглядывать.

Да! Мелкие пузыри коричневой пенки и тонкий кофейный аромат ввели меня в своеобразный транс, я словно выпал в другой мир. Столько событий связано у меня с этим напитком. Меня буквально накрыло волной воспоминаний. А когда она схлынула, в руках я продолжал сжимать маленькую фарфоровую чашку, на дне которой лежал крохотный шарик, напоминающий те, что были в четках старика.

- Можно? - Старик протянул к чашке руку.

Я почувствовал, как вес ее резко изменился, кажется она потяжелела. Чтобы не выронить, я перехватил чашку другой рукой.

Со стороны могло показаться, будто бы я специально закрыл чашку ладонью, чтобы не дать старику заглянуть в нее, поэтому он, злобно посмотрев на меня, прошелестел одними губами: 

- Эта душа принадлежит мне, она выпала из четок, и ты ее сейчас же вернёшь!

Я вопросительно посмотрел на стюардессу, которая неожиданно оказалась рядом. Отвечая на немой вопрос, она произнесла: 

- Вам понравился кофе? Эта чашка с эмблемой нашей авиакомпании и все ее содержимое наш подарок. Дайте вашу чашку, я вымою ее и упакую в коробку.

Фраза про «все ее содержимое» подтолкнула меня к решению ни за что не расставаться с бусинкой и, быстро перевернув чашку, я выудил шарик, а саму чашку протянул девушке.

Она с улыбкой засеменила по проходу, старик же, глядя на меня, снова зашелестел: 

- Чашка предназначалась мне, ты уселся не на свое место, верни то, что ты украл, иначе случится необратимое несчастье!

Скандалить в самолетах не лучшее решение, даже если ты выглядишь как священник. Он это прекрасно понимал, от чего сильнее сжимал свои четки, бусины которых так сильно притянулись друг к другу, что образовали в его руках прочный обруч.

Свою же бусину я крепко сжимал в кулаке, который не планировал разжимать как минимум пока старик был рядом. А когда стюардесса вернулась, я попросил пересадить меня в другое место.



Iolka Eson

Отредактировано: 01.04.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться