Четыре лика Луны

Глава 6. Тихий диалог в пыльных фолиантах

Утро в Королевской Библиотеке было церемонией света и тишины. Солнечные лучи, проходя через высокие витражи, рисовали на полированных дубовых полах цветные пятна, в которых медленно танцевала библиотечная пыль. Элиан, одетый в строгий, но неброский костюм учёного-аристократа, чувствовал себя не в своей тарелке. Он был человеком действия, улицы, но сейчас ему предстояло сражение на поле эрудиции и наблюдения.

Магистр Торн встретила его у входа с выражением, ясно говорившим: «Вы отрываете меня от важной работы». Она провела его в отдалённый угол, где за столом, заваленным стопками книг и раскрытыми фолиантами, сидела Алис Брук.

Увидев её вблизи при дневном свете, Элиан почувствовал лёгкий укол разочарования, смешанный с любопытством. Она была… обыкновенной. Более чем. Бледное, почти бескровное лицо с синеватыми тенями под глазами, словно она не высыпалась несколько лет. Скромное платье серого цвета, сливающееся с полками. Руки с чернильными пятнами и следами мелких порезов от бумаги. Она выглядела хрупкой, уставшей до изнеможения и абсолютно безобидной. Идеальная маскировка, — мелькнула у него мысль, но он тут же отогнал её. Это была просто переутомлённая работница.

— Мисс Брук, — произнесла Торн ледяным тоном, заставив девушку вздрогнуть и поднять голову. — Его Высочество изволил прибыть для консультации. Вы предоставите ему всю необходимую помощь. Без лишних отвлечений.

С этими словами она удалилась, её каблуки отстукивали отступление, оставляя их наедине в кольце безмолвных книжных томов.

Алис Брук встала, сделала неуверенный книксен, глядя куда-то в район его подбородка.
— Ваше высочество. Чем… чем могу быть полезна?
Её голос был тихим, немного сиплым, как у человека, который редко говорит вслух.

— Прошу, оставайтесь на месте, мисс Брук, — сказал Элиан мягко, садясь на стул по другую сторону стола. — И забудьте на время о титулах. Я здесь как исследователь, столкнувшийся с… необычным феноменом. Магистр Торн говорила, вы прекрасно ориентируетесь в разделах по древней мифологии, особенно в тех, что касаются лунных культов.

— Я… я знаю каталоги, — осторожно поправила она, всё ещё не глядя ему в глаза. Её пальцы нервно перебирали угол пергаментного листа. — Что именно вас интересует?

— Ваша пометка, — Элиан положил на стол тот самый листок с его рисунком и её аккуратными строчками о «целостности и расколе». — Она показалась мне необычайно проницательной. Большинство экспертов видят в ситуации лишь угрозу. Вы же указали на возможную… внутреннюю драму явления. Можете рассказать подробнее? Что это за «легенды о целостности»?

Алис наконец посмотрела на листок, и Элиан заметил, как её зрачки слегка расширились. Не от страха, а от сосредоточенности. Когда она заговорила, её голос приобрёл странную, отстранённую уверенность, будто она читала лекцию по заученному материалу.

— В ряде до-гильдейских культур, особенно связанных с лунными циклами, существовала концепция не статичной, а текучей души. Они считали, что личность — это не монолит, а… созвездие качеств. Сила, мудрость, простота, скрытность. В здоровом состоянии они гармонично сочетаются. Но под воздействием мощного внешнего вмешательства — например, целенаправленного ритуального проклятия, — это единство может быть нарушено. Не уничтожено, а… расщеплено. Каждый аспект проявляется отдельно, гипертрофированно, вне контроля целого.

Она говорила всё быстрее, её глаза, обычно потухшие, вспыхнули внутренним светом. Это был не блеск колдуньи, а страсть библиофила, погружённого в свою тему. Элиан слушал, затаив дыхание. Каждое слово ложилось на подготовленную почву его трёх портретов.

— В легендах, — продолжала она, — такое состояние описывается как величайшая мука. Существо чувствует себя расколотым на несколько существ, часто действующих вразрез, не понимающих друг друга. Спасение видели не в уничтожении одного из аспектов, а в их… признании и воссоединении извне. В обретении новой, сложной целостности, включающей в себя все эти пережитые грани.

Она замолчала, словно спохватившись, что увлеклась, и снова опустила глаза, сжимая руки на коленях. Воздух между ними звенел от сказанного. Это была не просто теория. Это была карта. Карта внутреннего ландшафта их загадочного врага.

— И что могло бы служить таким «внешним вмешательством»? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Мощное проклятие, основанное на лунной магии, — немедленно ответила Алис, уже глядя на свои руки. — Самые древние гримуары называют его «Лунный Раскол» или «Песнь Разбитого Зеркала». Сведения отрывочны. Практика считалась утерянной.

«Утерянной». Но кто-то явно нашёл.

— Мисс Брук, — Элиан наклонился немного вперёд. — На ваш взгляд, как исследователя… существо в таком состоянии — это в первую очередь жертва или источник опасности?

Вопрос, казалось, застал её врасплох. Она замерла, её пальцы впились в колени. Когда она подняла на него глаза, в них не было интеллектуального азарта. Была глубокая, личная растерянность, смешанная с какой-то непроизносимой печалью.

— Я… не думаю, что эти категории тут применимы, — прошептала она. — Это… трагедия. Для самого существа. И для всех, кто с ним столкнётся. Оно может причинить вред, не желая того. Или желая, но не будучи в состоянии это контролировать. — Она отвернулась, будто не в силах больше выдерживать его взгляд. — Простите, это лишь умозрительные рассуждения. Я работаю с текстами. Не с живыми… случаями.

Её голос дрогнул на последнем слове. Элиан видел, как она сглатывает, как учащённо дышит. Это была не просто эмоция учёного. Это было что-то гораздо более личное.

Он решил сменить тактику.
— Вы много работаете допоздна? Вам не страшно возвращаться одной, особенно с учётом последних событий в городе?

Вопрос подействовал как удар хлыста. Она вздрогнула всем телом.
— Нет! То есть… я стараюсь уходить пораньше, — быстро, почти перебивая, сказала она. Глаза её метнулись к проходу между стеллажами, как у загнанного зверька. — У меня… привычный маршрут. Тихий. — Она вдруг встала, едва не задев стопку книг. — Ваше высочество, простите, но магистр Торн поручила мне к полудню завершить инвентаризацию в соседнем зале. Если у вас больше нет срочных вопросов…