Четыре партии в шатрандж

IV

— Мэриэн, Мэриэн! — Эсфи уцепилась за пояс подруги, когда чьи-то грубые руки схватили её. Эсфи вырвалась, закричала, а потом так и застыла на месте. Она видела! Как тогда, на корабле. Мир перед ней теперь был ярким, страшным, полным оскаленных рож и поднятых кулаков. Но среди дикарей Эсфи внезапно увидела высокого, стройного человека с бледным лицом, обрамлённым чёрными кудрями. С каким изумлением он смотрел своими чёрными глазами на Эсфи!

Она оглянулась. Мэриэн держали двое дикарей, заломив ей руки за спину. Рассердившись, Эсфи сжала кулаки — с земли поднялись камни, полетели прямо во врагов, те закричали от боли. Так им и надо, так им и надо!

Дикарь с повязкой на лбу торопливо отдавал приказы. Кто-то кинулся на Эсфи, но ей удалось увернуться и подбежать к Мэриэн. Они должны были взяться за руки и броситься к воротам, пока дикари не опомнились.

На пути у Эсфи выросла гигантская фигура с дубиной. Эсфи попятилась и услышала крик Мэриэн: «Не смей!» Та выхватила у эмегена дубину и отшвырнула прочь. Нужны были ещё камни, много камней! Но тут мир перед глазами Эсфи подёрнулся знакомой пеленой... Сначала она понадеялась, что это лишь слёзы, а потом сообразила, что волшебство иссякло так же быстро, как и появилось.

Кто-то схватил Эсфи за руку — Мэриэн! Она сумела освободиться и теперь заслонила Эсфи своим телом от дикарей. Эсфи в отчаянии подумала, что всё кончено. Она не попадёт в Гафарса, и дар ей так и не пригодится. И Мэриэн тоже умрёт... Эсфи зажмурилась.

— Ши-са-уа! Ши-са-уа! — кричал кто-то, и Эсфи распахнула глаза. Обеими руками она обнимала Мэриэн сзади — и теперь выглянула из-за её спины.

Тот человек! На странном, мерзком, как решила Эсфи, языке он объяснялся с дикарями. Может, убеждал их, чтобы оставили Эсфи и Мэриэн в живых? Но разве его кто-то послушает?

Как ни странно, дикари отступили, а затем повели всех троих куда-то вниз по дороге. Эсфи то и дело спотыкалась, но Мэриэн поддерживала её своей сильной рукой, и удивительное дело — больше не было так страшно. У них появилась надежда.

***

Эсфи ковыряла грязным ногтем край грубо сколоченной деревянной скамьи и слушала разговоры взрослых. Мэриэн сидела рядом, и время от времени Эсфи касалась её руки, чтобы наверняка знать — та никуда не денется, и дикари её не утащат. Дикари, которых Амарель называл эмегенами. Он говорил, что эмегены — они не как люди, и прибыли откуда-то издалека, так что с ними надо вести себя как можно осторожнее.

Амарель рассказал и о себе. Ему недавно исполнилось восемнадцать лет, и он был родом из Гафарса. Эмегены, со слов Амареля, захватили его в плен, когда он путешествовал. Амарель неплохо говорил на афирском языке, и Эсфи с удовольствием вслушивалась в его низкий и, как ей показалось, взволнованный голос. Ещё у Амареля была с собой хрустальная палочка, как у настоящего волшебника из сказки.

— Откуда ты знаешь язык эмегенов? — спросила Мэриэн.

— Я уже месяц живу здесь, — ответил Амарель. Эсфи подумала, что его талант к языкам порадовал бы её учителей.

— Почему эмегены хорошо к тебе относятся? В цепи не заковали, работать не заставляют, — подозрительно заметила Мэриэн, и Эсфи встрепенулась. Действительно, ведь эмегены доверили пленниц именно Амарелю, а не кому-нибудь другому!

— Эмегены думают, — спокойно объяснил Амарель, — что я маг. И стану делать для них всё, что они потребуют.

Эсфи сдвинула брови: она не могла понять, почему эмегены думали, что человек может быть их союзником. Неужели они настолько глупые?

— На самом деле ты не маг? — удивилась Мэриэн. — А как же палочка?

— Я потом всё объясню.

Амарель увильнул от прямого ответа, и Эсфи это не понравилось. А ещё он не сказал, как ему удалось убедить эмегенов не убивать её и Мэриэн, хотя они видели, на что способна Эсфи. Да, Амарель показался ей добрым и приятным человеком, но он что-то недоговаривал. И Эсфи решила заставить его кое-что пообещать — если он этого не сделает, значит, ему нельзя доверять. Эсфи немного помедлила и вмешалась в разговор:

— Амарель, послушай. Я хочу, чтобы ты мне дал слово…

Мэриэн нарочито кашлянула, но Эсфи не обратила на это внимания. Она всё равно сделает по-своему! Надоело уже слушаться во всём Мэриэн, как будто это она была принцессой!

— Слово? — тихо и обеспокоенно переспросил Амарель.

— Обещай, что поможешь нам выбраться отсюда!

— Я постараюсь. Мне ведь и самому надо…

— Нет, дай слово! Я приказываю! — властно проговорила Эсфи. Затаив дыхание, она ждала ответа, и её ожидания оправдались — Амарель смущённо усмехнулся и пожал ей руку, как взрослой:

— Даю слово.

Эсфи облегчённо вздохнула — вот теперь Амарель заслуживал доверия! Не станет же он так бессовестно обманывать их с Мэриэн. И голос его звучал искренне.

И конечно, Амарель не забыл рассказать о своей хрустальной палочке. Оказалось, что он нашёл её случайно — выловил из реки, а потом чуть кого-то не убил искрами.

— За мной гнались по всему городу! — закончил Амарель, и, к удивлению Эсфи, рассмеялся. Словно в этом было что-то весёлое!

— Ну, главное, что сбежать удалось, — спокойно заметила Мэриэн. Она вовсе не торопилась вести себя так, будто они с Амарелем — старые знакомые, и его оживление сразу угасло. Он только обменялся с Мэриэн парой фраз о подушках и одеялах для неё и Эсфи — и замолчал.