Четыре партии в шатрандж

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. Глава I

Эсфи не помнила, как она потеряла сознание. Последним, что отпечаталось в её памяти, были камни, они сыпались совсем близко, а Эсфи хотела их остановить, но у неё ничего не вышло.

Очнулась она в сумерках. Было неудобно лежать на земле, болела голова, и Эсфи тихонько захныкала, но тут же прекратила. Где Мэриэн? Эсфи села, огляделась — и облегчённо вздохнула, различив знакомое рыжее пятно на земле. Протянула руку, коснулась волос Мэриэн:

— Вставай!

Мэриэн не откликалась.

Эсфи стало страшно. Она никак не могла понять, что это за тёмная стена позади неё, откуда взялась. А Мэриэн… она скоро придёт в себя. С ней не могло случиться ничего плохого, твердила себе Эсфи. Если бы она хоть на миг подумала иначе, то стала бы плакать, не в силах остановиться.

Поднявшись на ноги, Эсфи неуверенно побрела к «стене», дотронулась до неё пальцем. Камень. И там камень, и здесь. Так это же обвал, который она, Эсфи, сама устроила! Когда её дар пробудился, первым на пыльную землю рухнуло дерево, выдернутое с корнем, а следом и камни полетели…

Очнувшись от воспоминаний, Эсфи с ужасом подумала, что Амарель-то остался позади!

— Амарель! — Эсфи стукнула по камню. — Ты там? Ты там?!

Никто не ответил, и только эхо разнесло её крик по горам…

За спиной раздался слабый стон.

— Мэриэн! Живая! — Эсфи обернулась, отчаянно желая увидеть, всё ли с Мэриэн в порядке. Подойти? Спросить? Отчего-то не слушались ни ноги, ни язык.

— Я… сейчас, — с трудом произнесла Мэриэн. Кажется, она вставала. Да, она могла встать! От облегчения у Эсфи по щекам потекли слёзы.

— Эсфи? Ты… — начала Мэриэн.

— Я не ушиблась! — Эсфи вытерла глаза. – А ты?

— Почти цела. Может, шишка на голове останется, — Мэриэн подошла к ней. — Счастливо отделались! Когда твои камни повалили, меня по макушке стукнуло. А где… — Она оборвала себя, и стало тихо, если не считать далёкого рокотания горного потока на дне пропасти.

— Он остался там? — голос Мэриэн упал до шёпота.

У Эсфи не было слов — она кивнула, закрыла лицо руками, и слёзы полились опять. Бедный, бедный Амарель, эмегены, наверное, добрались до него, и всё из-за неё… Эсфи села на землю, обхватила колени руками и спрятала лицо, продолжая всхлипывать.

Мэриэн звала Амареля, пока не охрипла, а когда Эсфи уже устала плакать, она слышала, как Мэриэн пыталась перелезть через камни. И когда у неё не вышло, Мэриэн пыталась раскидать камни, ругаясь, как простолюдинка, а потом обессилела и замолчала.

— Это я… — Эсфи трясло, как в лихорадке. — Это я виновата…

Она вспомнила, как раньше швыряла камни, когда они с Мэриэн убегали от эмегенов, и была поражена мыслью: а что, если и тогда кто-то погиб? Пусть эмеген, пусть не человек, но мог погибнуть. А пока они с Мэриэн идут к волшебнику, сколько ещё несчастий случится?

Что-то подтолкнуло Эсфи встать. Она окликнула Мэриэн, но та не ответила и даже не двинулась с места. Эсфи не подозревала, что Мэриэн успела так привязаться к Амарелю, несмотря на всё его лукавство. А вышло так, что Эсфи и Мэриэн сделала несчастной.

Ещё несколько тихих шагов, и Эсфи остановилась на краю пропасти. Если она захочет, то бросится вниз — полетит, как птица. Будет больно, но потом она очнётся рядом с мамой…

— Ты что делаешь?! Отойди!

В голосе Мэриэн было столько испуга, что Эсфи вздрогнула.

— Так будет лучше! — Она вовсе не была в этом уверена, но ей стало так противно от себя самой, так стыдно перед Мэриэн, что прыжок в пропасть казался лучшим решением. Разве она, Эсфи — не чудовище?!

— Кому будет лучше? Я сказала, отойди! — Судя по голосу, Мэриэн подобралась ближе.

Не оглядываясь, Эсфи распростёрла руки, словно и вправду была птицей, а это её крылья.

— Я прыгну. Попытайся только меня тронуть — и я прыгну!

— Ну, хорошо. Я тебя не трогаю, — Мэриэн заговорила мягко и печально.

— Амарель погиб из-за меня. Его убили эмегены! Или один из моих камней, — Эсфи сжала кулаки. — Я думала, я научилась вызывать дар, когда захочу!

— Ты не виновата, — убеждала её Мэриэн. — И ты научишься, обязательно научишься! Только не прыгай. Я дала слово твоей матери…

— Я лишила тебя друга, — губы Эсфи задрожали, по щекам потекли ручейки слёз. Как же ей было плохо! Опустив руки, Эсфи поёжилась — словно отталкивая её, со стороны пропасти подул холодный ветер. Становилось всё темнее... и страшнее. Сможет ли она прыгнуть? Хватит ли у неё духу... или нет.

— А теперь ты хочешь лишить меня подруги? — хрипло проговорила Мэриэн.

Всю решимость, что ещё оставалась у Эсфи, как ветром сдуло после этих простых слов. Она подумала и сделала шаг от пропасти. А Мэриэн тут же оказалась рядом, сгребла Эсфи в охапку и потащила прочь, яростно приговаривая:

— Отшлёпать бы эту девчонку да по королевской заднице!

Наверное, сегодня у Эсфи был день неиссякаемых слёз.

***

Они спустились на равнину, втайне надеясь, что все эмегены остались позади, а дойти до Фаарне, столицы Гафарса, окажется легко. Мэриэн говорила только об этом, пока кормила Эсфи невкусными корешками и готовила для неё постель. Эсфи молчала и ела корешки, не капризничая, отчего подруга снова насторожилась: