Четыре партии в шатрандж

III

Стать героем — непростое дело. Надо убить чудовище или вызволить из плена принцессу, а иногда совершить и то, и другое. Амареля порадовало, что он может обойтись без спасения принцессы. Не так давно он спас одну, и ничем хорошим это не закончилось. Да и героем он не стал.

Теперь всё обстояло иначе. Амарель шёл к пещере, где пряталось чудовище, под шумное одобрение жителей деревни Ярлы. Он чувствовал прилив сил и решимости — вероятно, потому, что в деревне его угостили чем-то крепким и пенящимся, приговаривая, что ради героя ничего не жалко.

Амареля сопроводили до нужной тропинки, извивавшейся среди густой лесной травы. Дальше идти ярлинцы побоялись, уверяя, что боги накажут их, если они осмелятся заглянуть в «елмаузову пещеру».

— Вы можете идти, — велел Амарель, поднимая руку и любуясь тем, как на кончиках его пальцев расцвели огненные лепестки.

— Удачи! Да пребудут с тобой боги! — ярлинцы торопливо попрощались и исчезли так быстро, что Амарель хмыкнул. Жалкие трусы! То ли дело он… последний и лучший из жрецов Кальфандры… повелитель огня…

Амарель зашагал по тропинке. В свете дружелюбных солнечных лучей, с теплотой, разливавшейся по жилам, он был уверен, что ему никогда теперь не станет страшно.

А вот и пещера. Вход не был ничем загорожен — тем лучше. Амарель принюхался — пахло оттуда, конечно, скверно, и в затуманенную голову прокралась неприятная мысль: а не сдохло ли чудовище? Раньше, чем до него успели бы добраться.

— А какая разница, — пробормотал Амарель себе под нос, — скажу, что это я его убил…

Амарель плохо помнил, с чего именно он решил стать героем. То ли из-за крепкого напитка, то ли потому, что жители Ярлы обещали накормить его как следует, прилично одеть, приютить в доме старосты — заима — и с почётом сопроводить в столицу Бей-Яла Сархэйн. А может, всё началось с того, что Амарель неосторожно зажёг пару огоньков посреди деревни, и это заметили несколько человек.

В любом случае, отступать было поздно.

— Вперёд, с именем Несравненной! — Амарель залез в пещеру, а огоньки плыли перед ним. Пещера оказалась небольшой — не то, что логова чудовищ, про которые Амарель читал в книгах. Зато потолок высокий — рукой не достанешь.

Амарель сделал несколько шагов и остановился. У самой стены лежала огромная тёмная куча, и Амарель присмотрелся к ней, с отвращением закрывая нос рукавом. Куча пошевелилась, вздохнула и продолжила лежать. Амарель сузил глаза: это было само чудовище, однако нападать оно и не думало.

Или это хитрость? Амарель сделал ещё один шаг, держась настороже, и рассмотрел на боку чудовища гноящуюся рану.

— Вот как, — озадаченно буркнул Амарель.

Ярлинцы уверяли, что чудовище затаилось в пещере, вынашивая коварные планы, а оно... всего-то было ранено!

— Ты, что ли, и есть тот грозный елмауз? — Амарель почесал в голове, между спутанных чёрных кудрей, с которых давно слетел засаленный шнурок.

Ответом был ещё один вздох.

— Так и убить тебя — проще простого, — решил Амарель. Благодаря огонькам он увидел, что елмауз весь покрыт чешуёй. У него, как и говорили ярлинцы, были крылья, на голове шипастый гребень, а цвет шкуры то ли грязно-коричневый, то ли грязно-зелёный.

Убить… Почему-то Амарель медлил. А елмауз так резко открыл глаза — тёмно-жёлтые, с вертикальными зрачками, — что Амарель даже попятился. Хмель улетучивался, и он начал сомневаться, стоило ли сюда приходить.

— Ты умеешь… по-человечески? — неловко спросил Амарель на бей-ялинском языке. Повторил то же самое на гафарсийском, афирском и даже на шипящем эмегенском языке. Елмауз не пошевелился.

— Значит, не умеешь, — Амарель сам не знал, зачем он топтался на месте вместо того, чтобы прикончить чудовище. Взгляд Амареля снова обратился к пораненному боку елмауза, и в памяти всплыли наставления Фаресара:

«…А если будешь лечить застарелую язву, то найди исцеляй-траву. Её легко опознать по синему стеблю и листьям, а растёт она повсюду…»

Что язва, что рана — одинаково поможет. Будущих жрецов учили не только молитвы читать и гимны петь.

Амарель потушил огоньки и задумался. И тут в мозгу его родилась новая идея, такая простая, что он подивился, как не додумался до этого раньше.

«У каждого волшебника должен быть крылатый помощник», — мысленно ухмыльнулся Амарель, а вслух сказал:

— Потерпи. Я скоро приду.

Пусть елмауз не понимал слов, но по голосу Амареля должен был понять, что тот не причинит зла.

Амарелю пришлось долго искать у входа в пещеру и потом в лесу, но, так или иначе, он нашёл исцеляй-траву и прибежал обратно. Елмауз смирно лежал на том же месте, только с трудом приподнял голову. Амарель присел на корточки, помял нетерпеливыми пальцами траву, чтобы выделился сок, и приложил её к ране на боку елмауза. Чудовище вздрогнуло, пытаясь отодвинуться и издавая непонятные звуки.

— Будет щипать, но так надо, — Амарель старался говорить как можно ласковее и похлопал елмауза по спине. — Ты, наверное, голоден?

Если елмауз долго лежал здесь без сил, кормить, да и поить его было некому. Амарель вдруг пожалел о том, что у него нет дара воды, хоть пролил бы в пасть елмауза несколько капель.