Четыре партии в шатрандж

IV

Сидя у костра, Эсфи слушала Изелу. Та говорила, как они с братом искали дэйя в свой отряд. Бывало так, что человек не мог присоединиться к ним, потому что ему пришлось бы бросить семью. Встречались те, кто просто боялся.

— А иногда мы натыкались на людей, которые говорили: «Это не моё дело. Вы хотите воевать за справедливость — вот и воюйте, а я и без этого проживу».

Эсфи понимающе закивала, когда Изела добавила:

— И я однажды сказала: «Разве это жизнь, когда ты видишь несправедливость, но не можешь выйти против неё?»

Изела и её брат обладали тем даром, который Эсфи совсем недавно заподозрила у несчастного горбуна — хозяина постоялого двора. Изул и Изела угадывали чужой дар, и ощущения при этом у них были такие же, как у самой Эсфи в Гафарса, при появлении лармов.

— Нам повезло с Гербеном, — заметил Изул. Он сидел справа от Эсфи, а Изела — слева. — Один раз в нашем отряде появился предатель. Он хотел выдать нас бей-ялинцам, и если бы не Гербен…

— …То мы бы ничего не заподозрили, — подхватила Изела. — Тот негодяй назвал ложное имя, мы насторожились, начали следить за ним…

— …И поймали, когда он уже собрался нас выдавать, — закончил Изул.

Потрескиванье веток в костре перестало казаться Эсфи уютным. Она нерешительно спросила:

— А потом… что вы с ним сделали?

Они помолчали — может, переглядывались, — а потом ответили в один голос:

— Убили, как он того и заслуживал!

— Да, — пробормотала Эсфи, задумавшись, — вы правы...

Изела взяла её руку в свои, удивительно крепкие и сильные.

— Королева, вам столько всего предстоит! Возможно, и предателей казнить придётся. Впереди много борьбы! И мы с Изулом…

— …Готовы умереть за вас, если понадобится, — просто закончил Изул.

Эсфи выдернула руку.

— Не надо за меня… умирать. Я хочу, чтобы вы все остались живы. Очень хочу.

Наступила неловкая тишина.

— Может, мы с Изелой сыграем вам на виоле?

— Я послушаю, — теперь Эсфи оживилась.

Изул и Изела отошли, вытащили свои виолы и смычки, заиграли, и все разговоры стихли — музыка и вправду казалась достойной королевского дворца. Эсфи мысленно пообещала, что возьмёт обоих в придворные музыканты. Они оденутся в синий бархат и, наверное, будут выглядеть замечательно…

— Как ты? — Это была Мэриэн, и она коснулась плеча Эсфи.

— Я… неплохо, — та принюхалась. — От тебя пахнет твоей зубочисткой. Я думала, она закончилась.

— Ну да, только что, — Мэриэн вдруг усмехнулась. — Надо было запастись двумя-тремя зубочистками. В наших краях то дерево… не растёт. А запах приятный, конечно.

Обе помолчали, слушая музыку.

— Знаешь, о чём я думала? — Эсфи пересилила себя, чтобы сказать это вслух: — А вдруг… Кальфандра есть… и она спасла Амареля?

— Не может быть, — резко возразила Мэриэн.

— Но если б Амарель оказался жив, ты бы порадовалась? — Эсфи придвинулась ближе к Мэриэн, пытаясь уловить её настроение. С тех пор, как они спустились с гор на равнину, Эсфи ни разу не спрашивала подругу об Амареле. Словно у обеих отрезало воспоминания. Но теперь Эсфи мысленно услышала слова Мэриэн, сказанные во сне: «Не другом я его хотела назвать…»

— Порадовалась бы… а потом пожалела.

Эсфи вздрогнула — так печально прозвучал голос Мэриэн.

— Я… не понимаю.

— А что тут понимать-то. Если б Амарель остался в живых, он бы попытался сделать из тебя свою ученицу. А если не получится — убил бы, — Мэриэн вздохнула ещё печальнее. — Если бы я не убила его раньше.

Эсфи отодвинулась от неё и закуталась в свою накидку — несмотря на весь жар костра, стало холодно.

— Неправда! Мы бы пришли в Гафарса… вместе… и он бы изменился. Мы с тобой помогли бы ему. И я бы снова назвала вас женихом и невестой! Ты покраснела, я это видела, а у него глаза светились, как будто из них шли лучи! Скажи, ты же его полю…

— Замолчи, — коротко хлестнула Мэриэн словом, как плетью, и Эсфи умолкла на полуслове. А затем и музыка оборвалась.

Эсфи надвинула капюшон по самые брови и закрыла лицо руками. Хорошо бы так сидеть и не шевелиться, и не идти никуда. Зачем только она заговорила об Амареле… Сверху посыпались холодные белые хлопья.

— Снег! — раздались голоса, кто-то заторопился, послышалось ржание лошадей, но Эсфи всё сидела.

— Встань, а то снегом засыплет! — тронула её за плечо Мэриэн, но Эсфи со злостью сбросила её руку.

— Отстань от меня.

Она надеялась выговориться, услышать правду, а может быть, поплакать вместе с Мэриэн. Но Мэриэн оттолкнула её.

Послышались чьи-то быстрые шаги, и Эсфи с готовностью открыла объятия Тарджинье. Вот кто выслушает… всегда… Но Тарджинья не стала обниматься, а вместо этого коснулась своей тёплой ладонью лба Эсфи.

— Эге, да у нас тут жар! Дэйя! — крикнула она куда-то мимо. — Есть в вашем отряде лекари?