Четыре сезона до идеала

Четыре сезона до идеала

Ветер твои заметает следы,
Но не спрячешься ты в этом замке пустом.
© Андрей Губин «Зима-холода»

Зима

Каролина часто захаживала ко мне в гости зимними вечерами, ведь меня в темноту не отпускали на прогулку. Даже с ней — моей давней подругой, даже несмотря на то, что были знакомы с её родителями. Зимой темнело рано, а Каролина часто гуляла поздно со своими друзьями, но не забывала отчего-то и про меня.

Так было и сегодня. Каролина — эта белокурая голубоглазая красавица, словно сошедшая со страниц сказок о принцессах, — сидя на диване, болтала ногами и грела побелевшие руки о кружку с горячим чаем. Она рассказывала всё-всё, что произошло с ней за последнее время. Мне, как всегда, рассказать было не о чем. Я выходила из дома в основном только до школы и обратно.

У Каролины радостно светился взгляд, когда она рассказывала о том, как на новогодних каникулах отдыхала на горнолыжном курорте, и я завороженно глядела в эти светлые голубые глаза.

— А потом на спуске я упала и — представляешь? — подвернула ногу, — взахлёб делилась Каролина, постукивая длинными ярко-розовыми ногтями по фарфору кружки, — но мне помог такой красивый высокий парень! Жаль, мы не успели с ним толком даже поговорить и обменяться контактами, потому что быстро подъехал папа.

И я внимательно слушала.

Каролина была для меня богиней.

Умная, красивая, обеспеченная, любимая семьёй и противоположным полом, всегда в центре внимания, с множеством друзей, с безупречной репутацией и безусловно позитивным настроем, она воплощала в себе то, чего с самого рождения не хватало мне.

Её нельзя было в этом винить, просто она родилась очень удачливой.

А мне — не повезло.

Каролина продолжала что-то рассказывать и вдруг расхохоталась, опрокидываясь на спинку дивана. Левая нога — совсем недавно повреждённая, до сих пор находившаяся в бинтах — упала с дивана и взмыла носком вверх.

Невольно в голову пришла мысль, что вот так же когда-то хохотала и каталась по кровати старшая сестра — до тех пор, пока не погибла. День её трагической смерти перечеркнул всю нашу жизнь. Мою жизнь.

— Не разлей чай, — улыбнулась я. Я старалась быть искренней, но в такие моменты особенно остро ощущала, что и улыбка, и забота слишком притворны, натянуты. Странно, что этого не замечала Каролина.

С Каролиной было очень приятно общаться; она будто лучилась светом изнутри, даря теплоту и заботу всем окружающим. Мне было тяжело общаться с другими людьми, и каждая дружба заканчивалась сокрушительной обидной ссорой, из которой я выходила только проигравшим. Но Каролина как-то сумела найти подход, с ней было легко и непринуждённо общаться, она с радостью делилась всем, что видела, слышала, знала. Иногда мне казалось, что я с ней дружу только потому, что она способна заполнить пустоту в душе, а не потому, что она такая прекрасная, но это глупая мысль.

За окном уже стемнело, и в свете фонарей поблёскивал мягко падающий снег.

— Я бы тоже так хотела, но меня родители не отпустят, — вздохнула я, не глядя на Каролину.

В одной из параллельных вселенных Каролина наверняка жила в Стране Кошмаров отсылка к одноименному мультфильму "Коралина в Стране Кошмаров", но эта вселенная — не наша, наша, скорее, Страна Счастья.

Каролина уселась на диване поудобнее, поставив ноги на пол, оправила задравшуюся белую толстовку, вслушиваясь в мои слова. Краем глаза я наблюдала за тем, как она посерьёзнела, её брови нахмурились, сдвинулись к переносице, и тут на них упал белый локон, закрывая её взгляд.

— Через год мы с тобой обязательно отправимся в путешествие! — спокойно сказала Каролина. — Осталось чуть больше года до нашего совершеннолетия. Родители не смогут тебя удержать дома.

— Откуда ж я возьму деньги на путешествие?

— А это — не твоя забота, — искренне улыбнувшись, подмигнула Каролина. — Но я обещаю тебе.

Весна

Я стояла у ворот школы и ждала Каролину — ведь она обещала, что сегодня мы пойдём в кино. Учились мы всегда в параллельных классах и познакомились случайно, но дружили крепко, как мне всегда казалось.

На улице разгоралась самая настоящая, прекрасная весна. Тёплый ветерок мягко обдувал лицо, легонько трепля мои чёрные кудрявые локоны. Над головой шелестели сочные светло-зелёные листья деревьев, в ветвях весело щебетали на разные голоса птицы. Со школьного двора доносились детские крики и хохот — настолько привычный и довольный, что улыбнуться в ответ хотелось и мне.

На руку мне приземлилась божья коровка, маленькая, красная, в чёрную точку. Я аккуратно поднесла ладонь к носу, чтобы полюбоваться ею, — делать всё равно нечего, не стоять же как истукан. Божья коровка сидела неподвижно, только иногда словно подпрыгивала, взмахивая маленькими крылышками. Как хорошо, что ей не нужно заботиться о себе, о других, усердно учиться и представлять себя взрослым! Зачем ей об этом беспокоиться, если не пройдёт и года, как она умрёт? (Божьи коровки живут от нескольких месяцев до двух лет, в средней полосе средняя продолжительность жизни — около года).

Божья коровка в очередной раз взмахнула крылышками, вспорхнула и улетела от меня. Вздохнув, я опустила руку и выглянула в проём ворот, выглядывая Каролину.