Четырнадцатый архидемон. Том 2.

Глава 1. Охотники.

Вален шёл по слежавшемуся снегу бесшумно, не оставляя следов и так уверенно, словно это была твёрдая земля. Он был одет в лёгкий халат — а всё же зимний мороз в горах только пощипывал кожу, не в силах пробрать до костей. Луна уже ушла с ясного ночного неба и лишь Небесная Река, с расплескавшимися вокруг капельками звёзд, светила тем, кто охотился в эту ночь. Валену этого света вполне хватало.

Как практик с одним цветом духовного ядра, он ещё не вышел за смертный предел. Не мог пока устоять на летающем мече и уж тем более не мог одним волшебством выдернуть свою добычу из укрытия. А всё-таки, циркуляция духовной энергии даже на уровне одного цвета давала человеку потрясающую силу, ловкость и остроту чувств.

Вален на миг остановился, чтобы повнимательнее разглядеть торчащее из снега сломанное копьё. Коснулся его кончиком пальца — ярость и страх, остаточные эмоции погибшего хозяина, кольнули кожу.

Он Вален, не сможет вернуться с этой горы живым, полагаясь только на силу, ловкость и обычные чувства. В последний раз сюда пошли четверо опытных охотников из горной деревни. Пусть они не были настоящими практиками и свой цвет ядра получили просто дожив лет до тридцати, пусть у них не было волшебного оружия, пусть их боевые приёмы и техники вообще не считались техниками по стандартам великих сект… Но их было четверо, и всем четверым приходилось сражаться с бессмертными зверями раньше. В отличие от Валена. А вернулся с горы только один из них. Даже не тот, который быстрее всех бегал — тот, которому просто повезло.

Вален закрыл глаза, выкинул из головы посторонние мысли, всплывшие при виде немого свидетельства чужой смерти, втянул в себя ледяной воздух, прислушиваясь к безмолвию ночи. Сейчас его жизнь зависела от остроты его духовного чувства.

Первый шаг в саморазвитии практика — закалка тела и получение начального цвета ядра раньше положенного от природы времени, второй шаг — формирование чувств. Духовное чувство не просто позволяет ощущать духовную энергию гораздо лучше прежнего. Не просто позволяет видеть волшебные барьеры, понимать свойства обычных сокровищ, и, главное, использовать полноценные техники. Духовное чувство позволяет ещё и предугадывать опасность. На начальном этапе формирования — улавливать намерения противника, которого ты можешь видеть. На среднем этапе, как у Валена — улавливать намерения противника вообще. Даже если враг попытается убить тебя, выпустив летящую быстрее звука стрелу с расстояния в километр, духовное чувство, достигшее этого этапа, позволит уклониться от атаки. Злое намерение само по себе выдаст нападающего.

Вот только улучшенный контроль над духовной энергией и понимание того, как именно ты себя выдаёшь, которые практик получает на формировании чувств, позволяют такие намерения скрывать. Состязание нападения и защиты продолжается в новой области.

Живущий на этой горе бессмертный зверь — не практик. Он осмыслить это состязание не может и пользуется духовной энергией инстинктивно. Но его инстинкты — это инстинкты засадного хищника. Наверняка включающие в себя сокрытие своего присутствия. Поэтому жизнь Валена сейчас висела на волоске. Если он не сумеет очистить разум от страхов и посторонних мыслей, то внутренняя сумятица исказит его восприятие внешнего мира. Если он не сможет воспринимать мир таким, какой он есть, то не заметит зверя вовремя. И зверь перегрызёт ему шею. И окажется, что нечего ему было вообще делать на пути практика. Уж если его противник в первом настоящем бою практиков ощущал опасность духовным чувством, даже будучи ослеплённым, оглушённым и шокированным, то позорно для Валена будет не ощутить опасность сейчас, среди тишины и спокойствия.

Вален открыл глаза, повернулся и беззаботно зашагал дальше по тропе. Как если бы вышел проветриться в сад у материнского дома, а не выманивал на себя хищника-людоеда.

*****

Хищник замер на миг, распластавшись на вершине высокого камня. Он не имел ни малейшего представления о практиках. Идея, что двуногие могут быть намного более грозными охотниками, чем он сам, выходила за рамки его понимания. Но он знал про существование ловушек. Знал по опыту, что приманкой в них может служить живая овца. Этот двуногий чем-то напоминал ему овцу-приманку. Уж очень… странно он себя вёл. Как эта самая овца, не убегающая с опасного места потому, что её держит верёвка.

Но на этом двуногом никаких верёвок не было. И не могли же его собратья незаметно выкопать яму с кольями или устроить ещё какую-нибудь ловушку прямо в сердце угодий хищника! Не наследив так, что безносый учуял бы!

Порыв холодного ветра принёс запах двуногого. Очень вкусный запах. Запах существа с особым ядром. И голод победил осторожность.

*****

Предчувствие опасности пришло как искра, нет, как крохотная молния, пробежавшая по нервам Валена. И реакция его тоже была подобна молнии.

Лёгкий Шаг! Техникой быстрого перемещения, Вален разом отскочил метров на десять, даже не потревожив снега. А вот от туши, приземлившейся туда, где он только что стоял, снег разлетелся брызгами.

На миг человек и зверь замерли, глядя на друга.

Бессмертный барс был не очень велик. Покрупнее своих смертных сородичей, поменьше тигра. Глаза поблёскивали льдистым серебром в звёздном свете. И оскаленные клыки казались выточенными изо льда. Если верить выжившим — эти клыки без малейшего труда раздирали толстую одежду и несли то ли парализующий яд, то ли сковывающее жертву оледенение. Наверное, и шкура обладает защитными свойствами, если зверь до сих пор случайно не искалечил сам себя. Проверить, как она держит оружие, пока ещё никому не удалось.

Барс глухо зарычал, припал к земле, его хвост дёргался из стороны в сторону, покрытая инеем шерсть стала дыбом. Получив цвет духовного ядра, став бессмертным, обретя большую силу зверь остаётся зверем, во всяком случае, поначалу. Не исполняется какой-то особой ненависти к людям и гуаям, не сразу теряет страх перед ними и не утрачивают своих обычных повадок. Если речь идёт о крупной кошке — повадки не лезть зря на добычу, которая может всерьёз огрызнуться. А уж если настолько оголодал, чтобы всё-таки лезть — так нападать только со спины. Вален показал себя именно такой добычей, избежав первого броска. Пожалуй, если твёрдо стоять и глядеть барсу в глаза, не выказывая страха, он отступит сам.