Чипированная. Код L-831

Глава 15

На разрисовку стен уже ушло пять дней, три банки белой, две синей, по одной красной, желтой и черной красок. Спасибо Арсении, которая помогла с выбором, да еще и сделала скидку.

– Я бы лучше платье новое прикупила или туфельки, а она краску. Сдалась тебе эта стена? – ворчала Арсения, выдавая очередную банку.

– Стены, – поправила ее. – Когда увидишь – оценишь.

– Роман тебе помогает? – спросила она, отведя взгляд в сторону и почесывая ухо.

– Нет.

Арсения выдохнула.

– Он предлагал, но я отказалась, – добавила я, внимательно посмотрев на Арсению. – А что?

– Ничего, – слегка посмеялась она. – Расскажи, а как у вас в Системе с ухаживаниями?

– Никак, – развела руки в сторону. – Отношения до брака неприемлемы. А уже после... там у всех по-разному.

– А как на счет... ну... – нервно теребила пальцами рукава, – образования в области жизни после свадьбы?

– Девушкам велят слушаться мужей. После Оракулов, конечно, – хихикнула я, задрав палец вверх. – Мужчины же в этом плане более образованы. На пороге вступления в брак у них проходят факультативы в зале Телесности.

– Сложно представить, – Арсения замерла, что-то собираясь сказать, но рот открывался и закрывался. – И не хочется представлять.

– Я бы сходила, – решилась я на откровенность. – Не считаю это честным, что на факультативы отправляют только мужей.

– Значит, Роман не ходил на эти занятия... – продолжила Арсения. – Многое становится понятным.

– Почему не ходил? Его должны были направить, но расшифровку он так и не выгружал... может, ты и права.

– Ты о чем? Какая расшифровка?

Арсения медленно надвигалась.

– Та-ак, – я поняла, что почти выдала и себя, и его. – Его возраст. Он подходит для соединения пар. И мы постоянно получаем сигналы с вызовом, мало ли, что ему пришло, пока он шел до вас.

– Тебе тоже по дороге приходил сигнал?

– Да, – часто кивала. – Возможно, это из-за побега.

– Возможно... Почему ты отказалась от помощи Романа?

– Какой помощи? – перестала кивать.

– Со стенами.

– А-а-а-а, – успокоилась я. – Мне нравится творить в одиночестве.

– И только?

– Почему ты спрашиваешь?

Арсения снова скрыла взгляд, подтолкнув меня к двери.

– Просто, спросить уже нельзя, – проворчала она.

– Ладно, спасибо, – сказала я, выходя за порог и сталкиваясь там с Романом.

– Лесия, ты точно две стены разрисовываешь, а не всю квартиру? – спросил он, вместо приветствия.

Роман остановился, рассматривая меня с банкой и маячащую за спиной Арсению.

– Точно, – ответила я, спустившись.

– Опять замкнуло? – услышала я голос Романа, обращенный к Арсении. И дверной колокольчик – дверь закрылась.

Расспросы Арсении насчет Романа навели на мысль – а не нравится ли он ей? Если так, это что-то меняет? Почему от этих мыслей что-то заскреблось внутри? Когда Роман говорил о замужестве, я сама отвергла его – и не жалею. Я хочу иного от брака, а не повторения сценария Системы. Но что тогда это?

Вернувшись домой, я все пытаюсь разобрать, что это за ощущение внутри. Совсем недавно я призналась Михаилу, что Роман мне нравится, но я его не люблю – и это была правда. Мы понимаем друг друга, прошлой жизни в Системе у нас не отнять. Он мне дорог, но... но что тогда это?

Переодевшись, я принимаюсь за разрисовку. Четкие прямые линии. Широкие мазки. Стены поглощают меня.

– Тебя тянет к Михаилу? – голос Ночи и прохлада.

Я оседаю, рассматривая результат. Стены готовы.

– Да, но... не всегда. И чаще я вообще не хочу разговаривать с ним.

– К Роману же тянет иначе?

– Иначе, – соглашаюсь я. – Он как часть оставленного дома. Как связь с родителями. Он... он как брат мне! – осознаю я, вскакивая на ноги. – У меня нет брата, но я думаю, что это именно оно!

– Тогда что скреблось в тебе?

– Не знаю.

Я замираю.

– О чем ты подумала?

– Что ... он недавно делал мне предложение, не мог свыкнуться с новой жизнью, а теперь оставил все в прошлом. Как у него это получилось?

– Ты же не хочешь этого союза, тогда зачем думаешь об этом?

– Все из-за Системы. – Я сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в ладони. – Оракулы плотно поселились в голове.

– Время... время поможет.

– Время.

Глаза наливаются тяжестью. Пять дней ночного труда сказываются. Закрыв остатки краски и промыв кисти, я отправляюсь в кровать. На улице слышу крики и смех. И чего им не спится?

– Ночь, а я точно права? Что отпустила Романа....

– Он же тебе как брат.

– Как брат...

Глаза закрываются.

Утром подскакиваю от прыгающего пенька-будильника на прикроватной тумбе. Будильник свою миссию исполнил, теперь пора исполнять и мне свою.

Спускаю ноги с кровати, приходя в себя. Взгляд в сторону – хорошо же получилось! Определенно хорошо, но чего-то не хватает... Яркого акцента. Багульник бы подошел... но он ядовит и долго не выстоит. А если посадить цветы в горшок?

Спросонья завтракать не хочется. Приходится съесть несколько оладий, до обеда Добродея расслабиться не даст. Так и выходит. Пока солнце не поднялось в зенит, мы обрабатываем огород.

Выпрямившись над соседней грядкой, Добродея подходит ко мне:

– Молодец, девочка, в приемной приберешься и свободна на сегодня.

– Да? – спрашиваю я, выпрямляясь. – Я как раз хотела цветы отыскать.

– Какие цветы и для чего?

Я делюсь идеей с Добродеей, прибирая огородные инструменты. Она советует сходить в лес, чтобы выкопать понравившиеся растения.

– Спасибо огромное! И ждать не надо, пока вырастут.

– Прибирайся. Как Дмитрий зайдет, дашь ему пару ложек мази номер пять. Справишься?

– Конечно. Сосед мой?

– Он и есть. Олефия заходила, за него просила.

Мы заходим в дом, Добродея уходит к себе, а я с усердием начинаю подметать пол.

Когда с уборкой покончено, Дмитрий еще не объявился. Я хочу ополоснуться и переодеться, но переживаю, что стоит уйти, как явится сосед. Подождав десять минут, оставляю записку на столе, что скоро вернусь, а сама спешу в ванную. В предвкушении быстро собираюсь: сегодня на мне легкое оранжевое платье чуть выше колена на тонких бретельках и подпоясанное на талии. Двойной волан на юбке добавляет озорства. Волосы оставляю распущенными, чтобы скорее высохли.