Choose your lifestyle

Chapter 12

Новые дни текли словно медленная река, унося с собой всё, кроме нас двоих. Вот уже две недели, как мы с Николасом не могли насытиться друг другом. Каждая ночь становилась бесконечной — словно созданной специально, чтобы мы могли раствориться в этой близости, открываясь всё глубже.

Я ощущала, как каждое прикосновение его рук разжигало во мне пламя — горячее, нежное и такое живое, что казалось, тело горит изнутри. Его пальцы были одновременно осторожными и настойчивыми, будто читали меня, зная каждый секрет моей души и тела. Поцелуи Николаса — сладкие и страстные — скользили по моей шее, плечам, опускались ниже, оставляя за собой шлейф трепета и желания.

С каждой ночью я открывала в себе новые оттенки чувств — хрупкость и уязвимость, нежность и силу, которую раньше не знала. Его дыхание сливалось с моим — тяжёлое, прерывистое, но такое родное. В эти мгновения я понимала, что мы связаны не только телом, но и сердцами.

Каждый шёпот, каждый взгляд в темноте казались откровением. Я была его — и он был моим. В этом было всё, что мне нужно было знать и чувствовать. Желание и любовь переплетались внутри меня, танцуя в огненном вихре, от которого кружилась голова и трепетала душа.

Ночь за ночью, прикосновение за прикосновением — мы создавали наш мир, полный тепла и страсти, где исчезали страхи и сомнения. И я знала: эта близость — не просто порыв тела, это начало чего-то настоящего, глубокого и вечного.

Первые лучи утра пробивались сквозь занавески, мягко касаясь моей кожи. Я лежала рядом с Николасом, чувствуя его тепло, его дыхание — медленное и спокойное. В этот момент внутри меня была такая тишина, будто весь мир замер, уступая место только нам двоим.

Я осторожно повернулась к нему, чтобы увидеть его лицо — расслабленное, чуть уставшее, но всё такое родное и близкое. Его глаза медленно открылись, и в них сразу загорелся тот самый огонь, который я уже успела полюбить — страсть и нежность, смешанные с заботой и пониманием.

— Как ты себя чувствуешь? — прошептал он, проводя пальцем по моей щеке.

Я улыбнулась, чуть наклонившись, чтобы коснуться губами его пальца.

— Лучше, чем когда-либо. Ты был таким бережным… и внимательным. Спасибо, — сказала я, и голос мой дрожал от волнения и счастья.

Николас улыбнулся в ответ и, обнимая меня крепче, прошептал:

— Я хочу, чтобы ты всегда чувствовала себя в безопасности со мной. Чтобы у тебя не было ни страха, ни сомнений.

В этот момент я поняла — наши чувства не просто страсть. Это глубокая связь, доверие, которое растёт с каждым днём, несмотря ни на что. В его объятиях я была собой — сильной и уязвимой одновременно.

Мы провели утро, обнимаясь и разговаривая — о страхах, надеждах, маленьких мечтах. Каждое слово, каждый взгляд были наполнены любовью и нежностью. Я знала, что этот путь только начинается, но с ним рядом — я готова пройти его до конца.

Утро в середине марта было особенным — словно сама природа готовилась к пробуждению, осторожно снимая зимнюю тяжесть с земли и неба. За окном нежно расплывались прозрачные капли росы, первые проталины пробивались сквозь остатки снега, а воздух наполнялся лёгкой свежестью, щекочущей ноздри и обещавшей перемены.

Я проснулась от тихого смеха и аромата свежеиспечённых блинов, которые Амелия, как всегда, готовила на кухне. Свет мягко лился через окно, освещая старенький деревянный стол и разноцветные чашки, собирающие в себе солнечные блики. Было тепло — не только в комнате, но и в душе.

Подойдя к кухне, я увидела, как Амелия ловко переворачивает блины, улыбается и напевает себе под нос какую-то весёлую мелодию. Это утро было наполнено легкостью, и даже в её взгляде я чувствовала ту искру, которая дарит нам силы продолжать идти вперёд.

— Доброе утро, — сказала я, садясь за стол.

— Привет, Белла! — ответила Амелия, подавая мне чашку с горячим чаем. — Сегодня солнце уже не прячется, а значит — весна не за горами.

Мы заговорили о планах на день, вспоминали смешные моменты из наших прогулок, смеялись и делились надеждами. Между нами была та редкая лёгкость, когда слова текут сами собой, а молчание не кажется тяжким.

Сердце наполнялось теплом, и я снова понимала, что эти дни — как свежий воздух после долгой зимы. В них было место и для боли прошлого, и для надежды на будущее. Рядом со мной были те, кто стал для меня семьёй, и это чувство делало каждое утро по-настоящему новым началом.

Я сидела за столом, наслаждаясь первым глотком тёплого чая, когда в комнате раздалась тихая, но проникновенная мелодия — из колонки доносилась песня Lewis Capaldi — «Before You Go». Голос певца словно проникал в самые глубины души, и слова песни заставили меня остановиться и задуматься:

“When you hurt under the surface
Like troubled water running cold
Well, time can heal, but this won't
So, before you go
Was there something I could've said to make your heart beat better?
If only I'd have known you had a storm to weather...”

Сердце сжалось, словно в ответ на ту боль, что жила где-то внутри меня. Я ловила себя на мысли, что и сама была когда-то похожа на эти “troubled waters” — холодные, бурлящие, но скрытые под спокойной гладью.

В этот момент к нам присоединился Николас. Его взгляд, усталый, но тёплый, встретился с моим, и я почувствовала, как поддержка наполняет меня изнутри.

— Что за песня? — спросил он, усаживаясь рядом.

— Глубокая... — ответила я тихо. — О том, что иногда даже время не лечит всё.

Амелия улыбнулась и переключилась на разговор о планах.

— Слушай, нам с Ником нужно будет уехать на три дня, — сказала она, глядя на меня с лёгкой грустью. — Мой ребёнок очень по мне соскучился. И Андрей тоже. Хочется провести с ними время.

Николас кивнул:

— Мне тоже надо закрыть пару долгов по школе, чтобы спокойно двигаться дальше. Так что мы вернёмся скоро.

Я вздохнула, но в глубине души понимала и поддерживала их. За последний месяц после визита Кости к нам, он, к счастью, перестал проявляться. Страх, что когда-то сковывал меня, постепенно отпускал.