Что будет со мной, когда её спасут?

Глава 7

Замок Шилсы.

На дворе стоял полдень. Солнце оказалось в самом зените. На территории Шилсы, однако, была тишина. Не пели даже маленькие птички, которые наверняка хотели бы понежиться на солнышке да порезвиться в водице. Внутрь временных покоев принцессы Саксонии нещадно пробивались золотистые лучи. Они были настолько отчётливыми и яркими, что можно было с лёгкостью разглядеть витающие в воздухе пылинки.

Ранис давно был на ногах, и сейчас ему приходилось покорно ждать, пока гостья замка не удосужится проснуться. Он сидел на выбранном им ранее бархатном табурете, сложив руки на груди, и пристально всматривался в девушку. Парень был настолько сосредоточен на ней, что даже не заметил, как в покои неслышно заходил Мавн, чтобы проверить, как обстоят дела. Верный слуга Шилсы удалился почти сразу, бросив что-то под нос. Звук закрывающейся двери также не привлёк внимание первого. Кем же она приходилась ему, спрашивал себя ассасин. Несомненно, их связывали отношения «заложник-надсмотрщик», но всё же безрассудное, по его мнению, спасение его собственной шкуры от лап ненормальной Рамси до сих пор ставило его в тупик. Когда он вновь и вновь возвращался к этому моменту, то закрывал глаза ладонями, а потом запускал пальцы в шевелюру, проводя ими ото лба к затылку. После этого все его рассуждения прерывались, и он тупо продолжал смотреть на Нину, как истукан без мозгов. Нахлынувшее наваждение проходило, мысли возвращались, и всё повторялось по кругу. За этими занятиями парень провёл большую часть утра. Проснувшись, отходить от принцессы до её пробуждения было под запретом. Однако, подумалось ему, если не сбежала ночью, то почему должна сделать это под утро?

— Агх, чёрт! — шёпотом выругался ассасин, прогибаясь вперёд.

О чём бы он ни думал, его главная задача — охранять принцессу Саксонии и постоянно за ней следить. Ранис не нанимался в няньки, но ему казалось, что всё так и будет выглядеть, когда он наконец приступит к своим обязанностям. Эта должность задевала его гордость, но Шилса дала ему чётко понять, что усомнилась в его навыках, что он пока ни на что не годен, кроме опекунства над девушкой. В том ухмыляющемся взгляде Госпожи парень прочёл не просто неуважение, а практически полное его отрицание в качестве настоящего тёмного ассасина. И это его жутко бесило. Не выпрямляя спины, Ранис отклонился немного назад и подставил правую руку под голову. Саксонская что-то промычала во сне и перевернулась с бока на живот, отчего цепь в руках задумавшегося ассасина дрогнула. Он дёрнулся от неожиданности, но цепь поправил. Сейчас пленница выглядела смешно. Из-за того, что теперь её голова была повёрнута аккурат в сторону балкона, яркие лучи солнца били ей прямо в глаза. Как только ассасин поднялся, то сразу же распахнул ткани, надеясь, что это поможет девушке проснуться раньше. Однако, как он понял, ничто не помешало бы ей встать исключительно за счёт своих биологических часов. Как ни странно, но Нина провалялась в постели гораздо больше времени, чем думал первый. Возможно, сказывались стресс и недавняя встреча с Рамси: ассасин догадывался, что эта барышня вызывает в девушке не самые приятные эмоции. Впрочем, он и сам является грушей для битья в какой-то мере, поэтому её чувства можно было понять.

Наконец, юная принцесса проснулась. Она поднялась на ладонях, задержав положение навесу, и с вымученным видом осмотрелась по сторонам, хлопнула себя по лицу, явно чем-то расстроенная. «Это был не сон», — подумала она. Нина вновь ощутила тяжесть в области горла, проверила. Цепь по-прежнему оставалась на месте. Дёрнувшись, как будто от разряда тока, рыжеволосая быстро повернулась в противоположную сторону. «И этот всё ещё здесь». С невозмутимым лицом первый отложил цепи, встал и подал девушке свежее бельё.

— Вот, переоденься, — протянул руку.

Нина с опасением покосилась на новую обновку и не спешила взять её. Ассасин вспомнил, что нужно держать себя в руках, поэтому не стал мигом взрываться. Тяжело выдохнув, он повторил:

— Возьми эти одеяния.

Воспользовавшись тем, что цепь была свободна, принцесса Саксонии медленно попятилась назад. Давалось ей это с трудом, так как верёвки по-прежнему сковывали движения. Отрицательно покачала головой. Первый начинал злиться. Нина ненароком подумала, что он станет давить на неё и заставит сделать так, как хочет. К её удивлению, ассасин сделал кое-что другое.

— Почему отказываешься?

Поверить в то, что твой собственный похититель будет выяснять причину отказа в каком-то вопросе, было просто невообразимо. Она решила пропустить этот момент, но этот жест отчётливо ею запомнился.

— Я буду носить только свои вещи. Они были сшиты специально для меня. Люди старались, между прочим.

Видимо, такой ответ не очень впечатлил ассасина. Откровенно, ему было плевать, что там делали ради неё какие-то портные. Он знал только то, что ей нужно выполнить его приказ. Остальное — пустая болтовня. Видя, что менять своё мнение принцесса не желала, пришлось переходить на принудительные меры.

— У тебя есть два варианта: либо надеваешь то, что я тебе даю, либо пойдёшь голой. Если всё же второе, тогда я позволю тебе спуститься в темницу и забрать оттуда свои вещи. Так, что выбираешь?

В итоге это всё равно оказалась ловушка. Где-то в глубине души Нина ещё надеялась, что это шутка. Однако дальнейший взгляд парня не намекал на это хотя бы на йоту. Саксонская помолчала несколько секунд, потом гордо вздёрнула голову и сказала:

— Я останусь в своих одеждах!