Что было до нас
Панихида
Я ещё никогда не гулял на краю деревни, мне всегда говорили, там грустно танцуют камни, бродят странные звери, безмолвно поют деревья. По ночам люди молятся и закрывают ставни. Мне всегда запрещали ходить на опушку леса, там слепые огни водят слабых поглубже в дебри, горизонт застилает туманом, кровавый месяц для чернильных теней на земле открывает двери. Побывавшие там рассказали про привидений, кровожадных сектантов, снующих во тьме друидов. Со времён, когда в центре болот был распят священник, деревенские хаты заполнила панихида.
Разлетелся псалом над забрызганной черепицей – вдоль дымящихся труб, грязных улиц, дворов пустынных, – и незримо ожили забытые небылицы, посыпая умы, как траву посыпает иней. И воскресли из праха неверия, предрассудки, тени старой вражды, боль, которую лечит время. Не стихает молитва седьмые-восьмые сутки над жилищами тех, где обычно преступно немы. Я устало шепчу в общем хоре пустые строки, умоляю кошмарные тени меня покинуть, но смеются средь звёзд, неустанно хохочут боги. Никогда, ни за что не закончится панихида.
Догадаются люди, откуда пришли их беды, кто привёл на порог из лесов темноту густую, только скроются с улочек странные силуэты, перестанут бродить по ним медленно и вслепую, стихнут в дальних поместьях рычание, вой и крики и бордовое зарево сменится чистым небом, но вот тьма не уходит, в ночи золотые блики к стёклам окон всё ближе, а воздух пропитан пеплом.
Мне всегда запрещали гулять на краю деревни, за ворота соваться, ходить далеко от хижин, но смотрю, как висит на горящем кресте священник и смеётся беззвучно, кричит мне
с соседской крыши.
Отредактировано: 15.01.2022
Добавить в библиотеку