Что говорит Господь своим святым?

Глава 31. Исповедь бывшей ведьмы

Исповедь бывшей ведьмы
В 1986 году одного двухмесячного младенца крестили под именем Елена, крестили на дому, потому что в те времена, хоть и появилась свобода, но всё-таки на работе христиан не уважали и могли даже уволить. А родители у младенца того были хоть и суеверные, но христиане. Познакомились они в те времена с бабушкой, «доброй» колдуньей, она-то и привела в дом священника. Который, возможно, и сам не знал, чем бабуля в свободное время занимается, а она младенцу грыжу заговорила, ну и потом, через 2 года приснилась, дала что-то выпить во сне... Я только потом поняла, почему ведьмы за крещение, чтобы потом Божьего человека с особой радостью от Бога отвратить...

И вырос из младенца Елены скромный, мечтательный, замкнутый рёбёнок, со своими творческими и интровертными интересами, из-за проблем с гормональным развитием — выглядящий слишком рослым (я до своих вполне себе средних 171 см выросла уже годам к 12) и это вполне вероятно, что он потом стал объектом насмешек. Причём, ребёнок был абсолютно безобидный и ненависти ни на кого не держал, всегда готов был помочь и легко всё прощал... Но ближе к подростковому возрасту стало совсем невыносимо. И, однажды его с издёвкой спросили: «Что у тебя за камень-то такой на шее висит, ведьма что ли?».

И я говорю да, мол, ведьма... И пошло-поехало. Начала гадать по рукам. Тут — угадала, тут — сообразила, тут — сбылось. И всё. Я добиваюсь самого главного — от меня отстают. Более того — меня начинают бояться, уважать, звать для сеансов, чтобы привлечь внимание интересующего мальчика. А тут ещё мама рассказала, что в святки можно гадать, мне как раз 13 лет было, можно уже и о женихах спрашивать. Научила духа вызывать, значения карт рассказала, ну обычное гадание, многие балуются... Только я всё подробно выучила и стала общаться с духами, как с друзьями. А ещё мама рассказала, что много женщин в нашем роду магией увлекались, к ней и к её маме сущность в деревне приходила, а бабушка моя по папиной линии быстро что-то как-то со света ушла из-за тёмных делишек, но я тогда внимание на эти слова не обратила — новый сказочный мир начал меня, увлечённую натуру, захватывать. Он приносил уважение сверстников и сказочное настроение. А я всегда любила сказки.

Внешний образ ведьмочки мне вполне подошёл. Знай, играй... Да и, опять же, мало кто в душу влезет. Но всё это было пока баловством. То, что после моих сеансов нередко у меня поднималась температура или же ломалась электропроводка, я тоже как-то пропускала мимо глаз. Было так магически здорово — искры летят. А токи бежали по проводам и плавно переходили в моё сердце.

А однажды приснился сон, как ведут меня по ослепительно светлому коридору и приводят куда-то, спрашивая: «Ты зачем духа в Благовещение вызывала??».

Наутро я спросила у мамы, а Благовещение — это что? А православный праздник, ответила мама... Но что мне, малой, было внимание на такие очевидные знаки от Божественного промысла обращать? Я обратила внимание на всё это гораздо позже... Я и забыла про это.

Для тёмных сил нужен был толчок, чтобы захватить меня в свои сети полностью, потому что я ведь в Бога верила с тех дней, что себя помню (большое спасибо родителям за это и за крещение меня во младенчестве) и иногда ходила в храм, пару молитв знала... Да и всё. У нас же, так называемых нецерковных православных, отчего-то вся вера от случая к случаю приходится и заключается в свечках, да иконках в углу, да раз в год на службу сходим, в лучшем случае, а в подробности смысла бытия и своей грешной жизни мы как-то не вдаёмся, думаем, не убиваем никого, не бьём, так значит и не грешим...

А лукавый понял, что я сделала несколько шагов в его строну. И он нашёл подходящий момент. В самом сложном возрасте я влюбилась. Совершенно без головы, в человека с которым при всём старании и желании никогда не сулило быть вместе. Как сказать — влюбилась, скорее, накрутила, придумала, казалось ведь так неформально — какое препятствие. Это вам не какой-нибудь Васька из соседнего класса...

И тут начался «Бал сатаны». И длился он пару лет, самые тяжёлые годы были в моей жизни. Моя главная цель просто требовала колдовства. Я помню, как сидела в комнате с бешеными глазами, и вертела карандашом на автоматическом письме, криком вызывая духа, а окно распахивалось, и ветер сдувал все предметы со стола... На бумаге стало вырисовываться: «Да, всё получится». То ли я нарисовала, то ли не я... В меня влились какие-то неведомые силы, я ощутила их приток. И чем больнее мне было, тем больше сил вливалось. А внешняя жизнь стала оставлять желать лучшего...

Из скромной и покладистой девчушки я стала каким-то монстром. Начались сигареты и алкоголь, прогулы, пьянки и... магия и жизнь в эзотерике.

И на меня хлынул поток — книги заговоров, чёрная магия, белая (такой не бывает), эзотерика, гипноз, экстрасенсорика, изменённое сознание, оккультизм... Вот такие книжки покупала шестнадцатилетняя Елена. И, конечно же, всё пробовала. Входила в медитативные состояния, беседовала с ангелами, как тогда считала, разговаривала с духами, познавала древние эзотерические учения по улучшению качества жизни, которые сулили вечное счастье...

Главной моей целью была «любовь», но и просто я втянулась. Это всё было так интересно, необычно, не как у всех, не буднично... Моя гордыня поползла вверх. Ко мне обращаются, меня уважают, я интересна, я знаю то, что не знают эти простые людишки...

С каждым шагом эксперименты становились всё серьёзнее. Духи вызывались прямо из ада, потому что якобы Пушкин и Лермонтов — это низшие касты бесов, мне захотелось пообщаться с самими, с самим... с самыми злобными и умными из легиона. Они были серьёзнее, говорили загадками и, практически, стихами, это было так чёрноромантично. Я даже не знала некоторых слов, поэтому нельзя утверждать, что их выдало моё подсознание.

У меня даже свидетель есть, когда дух сказал мне, что на мне кила. Кила, как я посмотрела в словаре — порча. Мне было не страшно, странно, но мне было не страшно... Кто-то одел плёнку на мои глаза, и в мозгу крутилось — у тебя цель, цель, а все средства хороши... Тут же я хваталась за иконы, плакала, сидя рядом с ними, а потом снова бежала к своим чёрным книжкам... Нет, я не каялась, я просто просила помощи у всех, у меня тогда ещё не было чёткого понимания Бога и всего, что с ним связано, но я точно знала, что потусторонний мир ЕСТЬ. Процесс пошёл.