Что мы будем делать с принцем (пьеса)

Сцена 16

Маргарита ходит по комнате, в ее руках меч.

МАРГАРИТА: Мой сын, моя кровь, мой милый Сол решил, будто бы я способна убить мальчишку! Его двоюродного брата, великого изобретателя! Нет-нет, не мальчишку, мужчину, пускай он инфантильный, открытый и наглый, словно ребенок, но в его возрасте мой муж уже был великим воином! А мой сын, что лишь на три года младше, будет уже королем, победившим в войне. (Останавливается). Я не травила паршивца, пускай и рада была бы, если бы он погиб. Да, я не стала бы его и спасать, смолчала бы, что и целебные травы мне знакомы, если бы Сол не объяснил, как нам невыгодна его смерть. Все так. Я же способна на убийство молодого человека, просто я убивала не того. (Смеется).Ах, как тяжело быть непонятой! Вот бывает, ты совершишь один ужасный поступок, и тебя не раскроют, и ты спокойна, но большой радости тебе это не приносит, а потом тебя обвиняют в другом ужасном поступке, который ты не совершала, и вдруг так становится обидно! Как удивительна человеческая психика! Нет, я не буду обижаться на Сола, он совершенно прав, что так подумал. Убила же я Мирцеллу, так почему бы мне не убить принца Нильса? (Хлопает в ладоши). А, я поняла! Вот в чем заключается моя обида, мой сын посчитал, что я более глупая, чем я есть. А я ведь считалась в свое время одной из умнейших королев, и поэтому мне и стало обидно, да-да! Но ничего, Сол, я теперь правда не в обиде, ты юн, и кажется, будто бы все вокруг идиоты, и ты единственный все понимаешь. Да, это ощущение непременно приходит ко всем молодым людям, когда они начинают соображать хотя бы что-то в этом непростом мире, и сразу кажется, что все загадки раскрыты. Сол не понимает, что я полна ненависти, и да, я высказываю ее вслух, иногда я совершенно не могу сдержаться, говорю необдуманно, но первостепенна для меня именно победа Сола и, как следствие, свержение Скара. Конечно, я хотела бы, чтобы Скар пострадал, но это не главное. Для победы я готова на все, на куда менее благородные поступки, чем мой сын. Да и пускай он остается благородным принцем, я готова пойти в ад за него. Конечно, Александр Грейт согласился быть на нашей стороне, и он среди наших союзников самая главная персона. Но вторым по важности для нас был Крез! А я с молодости знаю эту продажную шкуру, он бы ни за что не пошел против действующей власти, пока совершенно очевидно не стало бы, что она падет. А когда бы это стало очевидным, нам уже не нужны были бы его деньги и влияние, но благодаря им же мы бы его простили. Я понимала, что Сол будет пытаться умаслить его, но также знала, что у него ничего не выйдет. И вот мне подвернулся счастливый случай перетянуть его на нашу сторону! Каждую ночь я выпускаю воронов, чтобы они смотрели, не грозит ли в предстоящий день моему сыну опасность. И в это утро один из них доложил, что Скар, разъяренный известием и свадьбе дочери Грейта и Сола, призвал Гиену и сказал ему убить Сола и всех, кого встретит на своем пути. Нет-нет, как же там было? «Пускай Нильс поедет во дворец и вручит им в подарок эту ебаную чашу, а ты со своими людьми поедешь в его охране и убьешь щенка и любых гостей на свадьбе, которые тебе только попадутся! Убивай так, чтобы им было больно, мне плевать кого! Запрягай коней и без головы этой выскочки не возвращайся!». Да, так он и кричал. Жаль, что мои вороны передали мне лишь то, что касается угрозы жизни Сола, и я так и не знаю, причастен ли на самом деле Нильс. Но это неважно! Я знала, что Скар импульсивен и яростен, а Гиена холоден и глуп. Конечно, конечно, я знала все про убийц своих сыновей! Это было большим испытанием — встретиться с Гиеной. О, как он боялся, он знал, что у нас есть Александр Грейт и наемники, и что задание своего дряного короля ему не выполнить. Я дала ему зелье, чтобы он мог исчезнуть, а взамен я всего лишь попросила убить Мирцеллу. Он, идиот, не знал, как убийство дочери Креза может не понравиться королю, но такие широкие размышления ему недоступны, она вполне вписывалась в его приказ «убить кого угодно». А что это молодая невинная девушка, ему плевать. Как и мне. Крез теперь на нашей стороне, и все равно, какой ценой это нам досталось! (Смеется). Гиена, должно быть, подумал, что я совсем из ума выжила и помогала тому, кому было сказано убить ее последнего сына. Но я-то знала, что Сол не умрет, что он храним моими чарами и самим Богом! А если бы ему удалось убить еще кого-то на свадьбе, то мне все равно. Пускай весь мир горит синим пламенем, лишь бы только наша месть свершилась и мой сын стал королем! Пускай погибли бы все, пускай даже я, и ему досталась бы совершенно безлюдная земля и правил бы он только самим собой, да зверьми и травами королевства, лишь бы правил! Впрочем, я все-таки рада, что Гиена более никого не успел убить, пускай моему сыну достанется больше подданных. (Прислушивается). Слышу шаги и чую этот мерзкий запах гнили. Идет.

Входит Гиена.

ГИЕНА: А, Маргарита… Что, дура, меч схватила?

МАРГАРИТА: Ты подойди, узнаешь.

ГИЕНА: Я подойду, узнаю. Да только что с тобой? Я думал, мы теперь друзья и ты простила мне убийство ангелочков. Сначала я не понял, что за цена, смерть девчонки за дружбу бывшей королевы? Потом сказал себе: не твоего ума, Гиена, это дело, не тебе, простому исполнителю, вникать в думы королей и королев. Там, значит, замысел великий скрыт богопомазанников и их непорочных жен. А ты — лишь крыса рядом с ними, тебе сказали убивать — не думай, убивай! Так мы не дружим, Маргарита?

МАРГАРИТА: Молчи! Кровь сыновью тебе я не прощала. Ты стал орудием в моих руках на время, но я ведь знала, что срок зелья ограничен, тебе не скрыться, или же тебя поймают, или же ты сам меня разыщешь, ища добавки снадобья, и попадешь ко мне.

ГИЕНА: Вот я пришел, и что теперь, попал?

МАРГАРИТА: Я убью тебя.

ГИЕНА: Меня? О нет, не надо, Маргарита, я прошу! Ха-ха.

МАРГАРИТА: Та благая ненависть, что во мне копилась, и вся чудовищность твоего поступка позволят мне тебя убить. Бог сам должен спуститься с небес и вложить мне в руки меч.