Что не нужно делать в командировке?

Глава 4

Первое знакомство – это практически всегда тяжело. Не знаю, как у экстравертов, к счастью для меня и к сожалению для окружающих, я к ним не отношусь, но мне ещё с детства было сложно впервые с кем-то встречаться. Ты не знаешь, что надеть, чтобы это было не слишком вызывающе, не знаешь, что сказать, чтобы разговор не закончился через минуту и не знаешь, куда деть руки – они предательски не слушаются.

Чаще всего ты становишься маленькой девочкой у школьной доски, забывшей строчку из стихотворения, которое учила весь прошлый вечер. Ладони становятся влажными, пальцы неловко переплетаются между собой, мысли лихорадочно сменяют друг друга, но ни одна из них никогда не бывает верной. Зато ты твёрдо остаёшься уверенной в том, что сделать ноги – лучший выход. Стоя там, возле доски, уже понимаешь: чёрт, ведь весь ближайший месяц я буду думать об этом позоре перед сном.

Весь месяц буду думать о том, что учительница заметила мою шпаргалку и с позором поставила двойку.

Весь месяц буду думать о том, что парень, которому я подарила шоколадку в форме сердца на День святого Валентина, просто проигнорировал это.

Весь месяц буду думать о том, что мужчина, которому я случайно наступила на ногу в метро, проклял меня, ведь он сказал столько неприятных слов, сколько я в жизни не слышала в свою сторону.

Весь месяц буду думать о том, что на вопрос экзаменационной комиссии на защите диплома нужно было ответить по-другому.

О ссоре с кассиршей в очереди в магазине, об ошибке в отчёте, о том, что отправила коллеге смс, предназначавшееся парню, о том, что забыла имя старого знакомого.

А иногда тридцать или тридцать один день – слишком мало, чтобы забыть о чём-то, что произошло за несколько минут, но произвело неизгладимое впечатление на окружающих, и, как следствие, тебя. И тогда ты вспоминаешь об этом событии спустя полгода, год или даже два. В исключительных случаях неловкие ситуации запоминаются на всю жизнь. В отличие, конечно, от действительно важных вещей – номера телефона бабушки, пароля от сервиса, которым ты не пользовался несколько недель или времени записи к врачу. Такое забывается быстро. Окончательно и бесповоротно. В этой проблеме я самый настоящий эксперт.

Жизнь в сожалениях – вот чего я стала бояться по мере взросления. Со временем понимаешь, что каждая такая ситуация выбивает из колеи, портит настроение и треплет без того не самые крепкие нервы. Стоит ли это того? Стоит ли один нелепый случай, о котором другой человек забудет через десять минут, моих переживаний? Удивительно, но ради того, с чем родились одни люди, мне нужно было перебарывать себя каждый день. Несколько лет усилий и теперь я – тот самый человек, который может позвать работника в супермаркете, если очередь становится слишком большой.

Ведь на самом деле это просто работа учительницы, и ты один из пары сотен её учеников. И даже не самых глупых.

Ведь парень, которому ты подарила шоколадку, просто не понял, от кого она. В страхе ты забыла подписать фамилию, а девочек с твоим именем в школе ни один десяток, поэтому он уже которую неделю ломал голову.

Ведь у мужчины, которому ты случайно наступила на ногу, просто был тяжёлый день. И последующий месяц он сожалел о том, что наговорил тебе гадостей в порыве злости.

Ведь комиссия и так была довольна твоим ответом.

Но в моменте всё это казалось чем-то ужасающим.

Коллектив был молодым. Раньше я не придумала бы ничего лучше, чем надеть худи и широкие джинсы – с новыми людьми оверсайз одежда почему-то всегда помогает чувствовать себя немного увереннее, чем есть на самом деле. Словно это маленькая возможность скрыться от посторонних глаз. Но сейчас мой образ был олицетворением выражения «пир во время чумы». Серая ассиметричная юбка с воланами, укороченный пиджак, белый топ и туфли с острым носом на небольшом каблуке, позволяющие сделать мой не самый выдающийся рост хотя бы немного больше. Любовь к классическому стилю передалась мне от мамы, а любовь к экспериментам, в том числе в одежде – от бабушки. Обычно я любила неброский макияж: светлые сияющие тени, тушь, немного румян и блеск для губ. Сегодня же хотелось накраситься ярко. Мне казалось, что красная помада добавит решительности и уверенности – тех черт, которые не всегда дают о себе знать в трудную минуту. Я надеялась произвести впечатление человека, который не боится вступить в схватку с руководителем отдела. Ведь в конце концов, это было моей миссией.

Вход в офис был оформлен своеобразно, но выглядел достаточно уютно для рабочего помещения и в то же время крайне современно: он всем видом выдавал работающих здесь дизайнеров. Было видно, что в здании трудятся увлечённые и креативные люди. Над дверью висела неоновая вывеска с названием компании. Окна были выполнены в каком-то морском стиле – панорамные и бело-синие. На входе расположились искусственные растения, но не пионы или розы, а монстеры, папоротник, мох и вьющийся плющ. Всё это быстро создавало ощущение, будто ты гуляешь по кавказскому лесу, и отлично подходило Сочи – городу среди гор, моря и бесконечной зелени. А ещё меня всегда удивлял песок в коридоре: вместе с крупными ракушками и сухими кораллами он был насыпан на входе под стеклянной плитой. Казалось, каждый, кто ходил такому полу изо дня в день, прикасался к морю.

— Алиса, как же я рада тебя видеть, сколько времени прошло, — девушка с короткими прямыми волосами быстро направлялась ко мне навстречу. Совсем скоро я оказалась стиснута в крепких объятиях – она оказалась на удивление сильной. Это была Кира – один из главных дизайнеров филиала и по совместительству моя хорошая приятельница. В её глазах читались заинтересованность и внимательность, и начало казаться, что она обеспокоена моим приездом. Мы вместе работали в Москве, и с тех пор время от времени переписывались и делились подробностями своих жизней. Возможно, у Киры не было близких подруг. Или же она увидела одиночество во мне?