Что не нужно делать в командировке?

Глава 12

Я проснулась от шума, доносившегося откуда-то из кухни. Мытьё посуды, шипение масла, торопливые шаги по плитке просто не могли не разбудить. Пахло чем-то горелым. И этот запах напоминал первые мои шаги в кулинарии.

В голове всплыли события минувшей ночи, и щёки сразу же налились краской. Вчера я была почти уверена, что Марка утром в квартире не будет. Мне казалось, что он уйдёт ещё до моего пробуждения. Но он был здесь. И готовил завтрак на моей кухне. Человек, с которым мы ссорились в аэропорту неделю назад. Всё это было совсем на меня не похоже, но почему-то сейчас я не могла представить себе иного развития событий. Я впервые за последние несколько лет почувствовала настоящее спокойствие. Мне нравился Марк. И нравилось то, что происходило между нами.

— Я тебя разбудил, да? Прости, пытался не шуметь, — его футболка была в муке. Как и стол, пол, кухонный гарнитур. И его волосы.

— Что ты готовишь?

— Я нашёл тут вафельницу. Заказал продукты. Хотел приготовить для нас завтрак.

В его руках была вафельница моей бабушки. Не новая электрическая, а советская, приехавшая доживать в эту квартиру свои последние годы. Сейчас Марк был похож на моего дедушку – заядлого любителя вафель. Сам того не зная, он хорошо умел возвращать меня в детство.

— Ты когда-нибудь готовил вафли?

— Только ел.

Я быстро умылась и принялась за помощь. Мы готовили вместе: Марк был в роли су-шефа. К счастью, он купил много продуктов, и мы смогли приготовить вторую порцию теста. Первой партии уже ничего не могло помочь. Даже сгущёнка.

Вдвоём получилось справиться с готовкой быстрее, чем я думала: совсем скоро мы уже сидели за столом.

— Присоединяюсь к словам твоей сестры, — Марк взял вафлю и щедро полил её варёной сгущёнкой.

— Каким?

— Пора тебе открыть собственную пекарню.

— Это всего лишь вафли, — честно говоря, они были не такими вкусными. Но Марк, готова поспорить, ел их раз в несколько лет, поэтому сейчас его всё устраивало.

— Ну да, хлеб ты мне ещё должна.

Его слова неожиданно меня отрезвили. Через несколько дней я должна была сидеть в московском офисе и заниматься новым проектом отца. А сейчас мы с Марком вместе ели вафли и обсуждали что-то, что вообще не должно было произойти. Испечь ему хлеб? Что мы вообще сейчас делали?

Марк, очевидно, тоже понял смысл своих слов, потому что в ту же секунду его взгляд потух.

— Почему ты заставил меня надеть маску в аэропорту?

— Я не заставлял! Это ты слишком упрямая. Вообще не думал, что встречу кого-то более неуступчивого, чем я.

— И почему ты сам её потом не носил? Ведь в лагере спокойно ходил без маски.

— А как ты представляешь себе человека в медицинской маске, собирающего палатку?

— Ну, палатку ты так и не собрал…

— Алиса!

— Марк! — продолжаю передразнивать парня.

— Потому что я очень переживал, что ты заразишь меня сибирской язвой.

— Как насчёт того, чтобы быть немного серьёзнее?

Кира говорила, что Марк болел. Но мне хотелось, чтобы это сказал он. Я думала, что нам обоим будет проще, если мы узнаем друг друга лучше.

— Я кашлял долго, температура высокая и всё такое. В тот день уже хорошо себя чувствовал, но всё равно не хотел никого заразить. Когда прилетел в Сочи, сделал тест и сходил к врачу. И оказался здоров. Поэтому маска мне была не нужна.

— И почему ты не мог тогда просто сказать, что болеешь?

— Потому что я хорошо знаю наших людей, — он тяжело вздохнул, — и нашлась бы целая толпа народа, которой всё равно на собственное здоровье. Не хочу снова брать на себя такую ответственность.

Он отмахнулся рукой, будто понял, что сказал лишнего. А я замолчала. Не хотела снова лезть не в своё дело. У меня точно не было на это права.

— Послушай, — Марк отодвинул тарелку и аккуратно взял меня за руку, — я уже знаю этот взгляд.

— Какой?

— Когда ты боишься переступить черту.

Меня в очередной раз напугала его проницательность. И всё-таки я не отважилась сказать ни единого слова.

— Поэтому черту переступлю я, — он набрал в лёгкие побольше воздуха, — моя бабушка никогда не была за границей. И почти четыре года назад, когда я наконец стал зарабатывать достаточно, чтобы показать ей другую страну, мы решили съездить в Турцию. Я решил. Она долго отказывалась. Бабушка вообще не любила принимать чьи-то деньги или большие подарки. Но в итоге согласилась. Потому что я настоял.

— И как прошла поездка?

— Бабушка была мне второй мамой. Я старался, чтобы её отдых был комфортным. Снял номер в дорогой гостинице, и она каждый день хорошо питалась, ходила на массаж и в бассейн. Ей понравилось. К тому же, мы вместе поездили по окрестностям, посмотрели природу.

— Но? Что-то случилось?

— Случилось. Коронавирус.

Руки Марка начали дрожать, и я сжала парня в крепких объятиях. Мне казалось, что он мало с кем делился такими подробностями своей жизни. И я тотчас почувствовала вину: не стоило вообще заводить этот разговор.