Что не так с королевой

Процесс пошёл

Каю удалось перед обедом перехватить внимание Нолана и рассказать о том, какими он видит школы для детей королевства. Размах оказался нешуточным: образование начиналось с малых лет, начиная с момента вставания ребёнка на ноги.

- Не рановато? – хмыкнул Нолан.

- Самое время, потому что до семи лет он всё время проводит с родителями в огороде или поле. А если детей и собирают в кучу, то они просто сидят гуртом, пока взрослые занимаются хозяйственными делами.

- А это плохо? – Нолан осознал, что за время своего мэрства никогда не думал об этой стороне вопроса. Дети как-то вырастали, превращались в здоровых, веселых жителей городка, способных смастерить посуду из дерева или глины, сшить, связать или выдуть из стекла. Нолан был очень практичен, и такие высокие материи были ему неведомы. – Разве недостаточно в семь лет научиться писать, считать. Они – простые люди, зачем им углубляться?

- А что, если через много лет королевство станет главным интеллектуальным центром страны? Что, если здесь будут вырастать люди, которые станут известными на весь мир врачами, художниками, писателями, учёными? Политиками, в конце концов? Что, если сюда будут съезжаться лучшие умы для встреч, конференций, выставок? Сюда будут привозить детей со всей страны для обучения?

После предложения выращивать в Норнберге лучшие политические кадры Нолану можно было ничего не рассказывать – он уже согласился. А перспектива зарабатывать на обучении приезжих детей – для них-то образование точно будет платным – сразу устранила извечный вопрос: где взять на всё деньги? Нолан, конечно, обдумает вариант повышения налогов и такого объяснения жителям необходимости туже затянуть пояса, чтобы они ещё и обрадовались, но идею Кая, однозначно, надо претворять в жизнь.

Так же, как практичен, Нолан был честолюбив. Выросший в трущобах, он не тяготился отсутствием образования, и его устраивала перспектива сделать из королевства успешный туристический или торговый объект. Но хотелось чего-то нового – тем более, статус короля позволял пробовать всё. Нолан признавал, что в его ближайшем окружении никогда не было умной, образованной, деятельной головы. И теперь он её нашёл.

Герда проспала до вечера. Открыла глаза, когда за окном уже стемнело. Ужин, королевский ужин! Вскочила с кровати, пригладила волосы и ринулась было за дверь, но потом вспомнила: она – королева. Герда издала тяжкий вздох, в котором усталости было намешано не меньше, чем отчаяния. Что же она за королева такая, если даже не может позаботиться об ужине? Или не должна?

Герда на цыпочках подошла к двери, робко открыла её и выглянула в коридор. Перед ней оказалось лицо младшей фрейлины, такое же испуганное, что и у госпожи. Девушка присела в реверансе и прошептала: «Изволите переодеться, ваше величество?». Герда ответила ей так же тихо: «Наверное, да. Поможете?».

Она помнила, что к ужину все знатные особы наряжались особенно пышно. И если с утренним платьем Герда справилась самостоятельно – хотя, и не была уверена, что надела всё, что нужно, - с вечерним нарядом нужен был совет.

- Как тебя зовут, - сидя на кровати, она наблюдала, как фрейлина ловко и быстро открывает дверцы шкафов и достаёт с полочек что-то яркое, блестящее.

- Мадлен, ваше величество, - фрейлина удивилась, что королева не помнит её имени. Девушке вдруг вспомнилось другое лицо, более красивое, надменное, строгое. Она даже на мгновение остановилась от внезапности этого воспоминания, а потом тряхнула головой и продолжила собирать королевский наряд.

Герда полчаса стояла перед зеркалом и наблюдала, как сноровистая Мадлен надевает на неё одежду и украшения в только ей известной последовательности. С причёской всё оказалось гораздо проще: волосы собрали в пучок, а на голову водрузили высокий парик. Наконец-то! Герда в который раз пожалела, что ввязалась в эту авантюру. С другой стороны, разве у неё был выбор? Она почему-то проснулась королевой.

Герде было тревожно – она утратила контроль над жизнью, которую ей навязали. Хорошо Каю: он во дворце, как рыба в воде. А она? Слеза скатилась по щеке, и Герда торопливо вытерла её, пока Мадлен не заметила. Девушка деликатно отвернулась в этот момент, а потом начала припудривать лицо королевы во второй раз.

- Ну что, мы закончили? – Герда старалась говорить уверенно, но понимала, что у неё нет на это сил. Она решительно поднялась с кресла и почти бегом кинулась к двери. Надо обязательно забежать на кухню и подержаться за кастрюлю или половник. Вспомнить, что тоже чего-то стоит в этом мире.

- Ваше Величество, - остановил порыв отчаянный крик Мадлен, - а корона? Вы корону забыли!

Герда обрела уже мизерную толику уверенности, поэтому со вздохом скомандовала:

- Давай, водружай!