Что скрывают небеса?

Часть 3. Глава 5. Розово-жёлтый дым

— Герман? — спросил я у голоса.

Отвечать мне не спешили. Я посмотрел назад, по сторонам, но никого не было. Даже голоса больше не было слышно. Лишь деревья покачивались на ветру.

Когда рядом с собой я не заметил самого Германа, облегчённо выдохнул. Не мог же он умереть? А я уже успел надумать. Теперь осталось понять, откуда доносился звук.

Я переступал с ноги на ногу, вертелся, всматривался в самые далёкие деревья, но здесь никого не было! Как такое может быть, что я слышал голос прямо над ухом, но рядом со мной ни души? Чертовщина какая-то!

— Бу!!! — вдруг крикнул голос, из-за чего я подпрыгнул на месте и еле сдержался, чтобы не заорать.

Раздался смех. Он закружил вокруг меня, а вместе с ним у меня закружилась голова. Этот кто-бы-он-ни-был начинал раздражать. Если бы я его видел, либо врезал бы ему, либо... либо... не знаю! В общем, ничем хорошим это бы не закончилось.

Этот голос стих и выдержал ещё одну паузу, за которую я успел подумать, что у меня едет крыша и мне всё это мерещится. Когда я резко развернулся и пошёл дальше по дороге в лес, вновь услышал его, что заставило меня остановиться:

— Да ладно тебе, не пыхти! Хочешь, расскажу кто я?

— Было бы славно, — фыркнул я и посмотрел на небо.

— Я... — он опять замолчал, а после крикнул: — голос Германа Колоса!

Я опять подпрыгнул от неожиданности, но мою злость притупила маленькая радость, что мои теории оказались правдивыми.

Я немного остыл, потому что рад был встретить хоть кого-то знакомого в Междумирье. Даже если это не сам Герман, а его голос.

— Что ты здесь делаешь? — спросил я.

— Жду своё Тело, которое меня потеряло.

— В смысле?

Хоть он и не был человеком, но я был уверен, что тот сейчас закатил глаза.

— Когда Герман умрёт, я вернусь к нему и он снова сможет разговаривать. Хоть тогда я и потеряю свою возможность жить как отдельное существо, зато моё Тело будет счастливо. А может и нет. — Голос Германа противно засмеялся.

Я никак не мог понять, что этот голос делает в Междумирье и долго обдумывал его слова. Сюда попадают только усопшие, думал я. Если Герман потерял свой голос, по логике этого мира, его голос умер? Тогда это всё объясняет.

— Ты не хочешь этого?

— Чего? Чтобы Герман был счастлив?

— Нет, — сказал я, рассматривая дорогу. — Не хочешь... потерять свою сущность?

Голос снова замолчал. Его последние слова унёс ветер и спрятал среди листвы деревьев.

Я не знал, что хотел добиться этим вопросом. Он просто случайно вылетел из моего рта. А теперь мне действительно стало интересно, что же он думает по этому поводу.

— Не хочу. Но пока моё Тело будет жить, пройдёт много времени. Я успею насладиться этим моментом.

Я не нашёл что ответить, поэтому так и продолжил разглядывать землю, мелкие камешки, пока голос Германа не сказал:

— Что это за роза у тебя?

Я посмотрел на неё, а она после этой фразы чуть засветилась и едва уловимо запульсировала. Она слышит нас?

— Артефакт от пастуха одного.

— А-а, — протянул голос Германа. — Знаю такого.

Мне показалось, что лепестков розы что-то коснулось. Как будто чья-то невидимая рука нежно провела по каждому из них. Они податливо наклонялись, но тут же возвращались в нужное положение.

— Судя по тому, что артефакт активирован чуть меньше, чем на половину, тебе нужно в Рыбный квартал. Давай, Влад, я тебе провожу туда, заодно прогуляюсь.

Откуда он знает моё имя? Почему оно здесь всем известно?! Это безумно раздражало. Я стиснул кулаки. Если мне первый встречный вдруг расскажет, что я ел на завтрак семнадцатого марта прошлого года, не удивлюсь.

— Откуда ты знаешь моё имя?

— Я всегда нахожусь рядом с Телом, лишь иногда по нужде отлетаю в Междумирье, как сейчас, например. Поэтому мне известно всё, что происходит с Германом и его окружением. — Сказал голос Германа. — Идём?

Я пнул ногой горсть серых камушков, поднял облака пыли и пошёл вперёд. Только сейчас я понял, как мне сильно не хватало такой обычной прогулки по Междумирью. Здесь я не знал никого. А сейчас рядом со мной есть голос Германа, который хоть немного меня понимает и со мной знаком. Теперь я мог не чувствовать себя одиноко. Всё-таки хорошо, даже несмотря на такое странное приветствие, что я встретил голос Германа. Или он меня.

— А разве ты не можешь пойти в Рай? Раз ты...

На языке вертелось слово «умер», которое я ужасно ненавидел и боялся произносить. Было страшно, что если сказать его, слово сработает как заклинание. Поэтому я принял решение оборвать фразу.

— Не могу. Надо дождаться Тело. Только так я смогу покинуть Междумирье.

Я заметил большую деревянную арку, которую не было видно сквозь деревья, а, может, я просто до этого не обращал на неё внимание. Через неё проходила наша пыльная дорога. Что же эта арка разделяет? Или стоит здесь для красоты?

— А для чего она? — спросил я и указал рукой на постройку.

— Вроде бы не пропускает нечисть всякую... вроде тебя. Но это всё равно не помогает.

Я попытался проигнорировать такую идиотскую шутку, поэтому просто спросил:

— Почему?

Я шагнул в арку и провёл рукой по деревянной колонне.

— Почему ты нечисть? — он, видимо, заметил мой раздражённый взгляд, потому что сразу же перестал прикидываться дураком. — Если же ты про то, почему это бесполезно, так не пропускает нечисть только арка. Что же им мешает обойти её? — голос Германа засмеялся.

Странно. Сделали бы невидимый барьер тогда какой-то. Зачем арку то? Ну, хотя бы красиво.

Мы прошли сквозь неё и двинулись дальше. Лес поменялся: в нём деревья не были высокими и росли на достаточном расстоянии друг от друга. Из-за этого лес был светлее. Вдали можно было заметить яркое небо. По траве расползались разноцветные цветы. Нос щекотал их сильный запах. Если здесь находиться долго, то начинала кружиться голова. Что со мной и случилось.